Владислав Вишневский – Искусство отказаться от войны (страница 6)
Мама со временем поменяла свое отношение к моим татуировкам – ей начало нравиться и казаться, что это красиво. Однажды она сама подошла ко мне и сказала, что хочет татуировку. Я направил ее к своему мастеру. Он набил ей на плече изящную хохлому, немного заходящую на шею. Выглядело красиво и женственно. Так мама сделала свою первую татуировку в 45 лет.
Отец прилетел в гости. Я был уверен, что он видел мои татуировки. Однажды за ужином он с удивлением посмотрел на мою надпись через всю руку и сказал:
Я так и не понял – он так пошутил или это было всерьез. Отец всегда шутил с серьезным лицом, и бывало, что доходили шутки только через несколько лет.
Еще он добавил:
Никогда не делай то, что невозможно исправить
Глава 2: Ордер на арест
В воскресенье мы вернулись на остров. Я оказался дома около полуночи, и уже через два часа мне нужно было выезжать в Малайзию за новой визой. Это обычная процедура, в простонародье —
Там все схвачено: на месте уже ждет проплаченный пограничник-полицейский, который заранее знает о вашем прибытии. В двух словах процедура выглядит так: заходишь на границу, заполняешь бумажку, получаешь штамп о прибытии в Малайзию, разворачиваешься и тут же получаешь новый штамп от Таиланда – еще на шестьдесят дней. Схема проста и стара как мир. Естественно, это нелегально. Фактически, так люди живут на территории королевства без законного основания. Работает это только по земле – на самолете такой трюк не прокатит: развернут и депортируют.
Законно находиться в Таиланде, как турист, можно не более двух месяцев. После этого нужно сделать перерыв минимум на полгода, чтобы у них не возникло подозрений, что ты живешь в стране на постоянной основе. Самое забавное, что визаран сам по себе является нарушением закона, но при этом все такие поездки за визой полностью контролируются государством, включая купленных пограничников. С каждого пассажира идет серый налог – 2000 бат – в казну королевства и по карманам полицейских.
Практически все, кто живет в Таиланде, пользуются этой схемой и выезжают на границу раз в два месяца. Есть и легальные методы остаться тут жить: рабочая и студенческая виза – они годовые, но стоят значительно дороже.
Дорога в одну сторону занимает порядка шести часов. К восьми утра мы были уже на границе. Передо мной в очереди стояли пара ребят из нашей машины. Все получают штампы и проходят дальше на малайзийский КПП. Подошла моя очередь. Подхожу к окошку, отдаю документы, снимают отпечатки пальцев. Все как обычно. Но тут что-то произошло. Дамочка-офицер, явно взволновавшись, зовет своего коллегу. Они что-то обсудили и вызвали меня в другое окно. Прохожу ту же процедуру уже там. Офицер долго что-то делает в компьютере с напряженным видом. И тут я понимаю: что-то пошло не по плану.
Пограничник выходит из здания и зовет моего проводника, который организовывает такие поездки. Он русский и у него здесь налажены связи. На ломаном английском офицер сообщает, что на меня наложен запрет на выезд с территории страны.
Я не понял, как такое могло произойти. Наверное, ошибка. Пытаемся выяснить, можно ли как-то обойти этот запрет и поставить мне штамп. Хотели его уговорить. По факту, я не покидаю территорию страны, мне просто был нужен новый штамп, чтобы легально находиться в королевстве. Мол, поставь мне штамп, а дальше мы уже разберемся. Но офицер был непреклонен: нельзя – не пройдет по базе. К тому же все фиксируют камеры. Логично, что в дальнейшем их накажут, если они меня пропустят.
Пока они пытались что-то решить, я лихорадочно перебирал в голове возможные причины запрета на выезд.
Она произошла всего два дня назад. Но я же подписал все бумаги и меня признали невиновным. Что могло пойти не так?
Вспомнил, что хозяин арендованной машины вчера писал мне: когда пострадавший выйдет из больницы, он даст свои показания. Тут я подумал, что может быть дело еще не закрыто, и я нахожусь в стране по подписке о невыезде. Но меня никто ни о чем не предупреждал.
Внутренний диалог обрывает офицер. Посмотрев мой репорт на компьютере, он вышел из здания и сказал:
Здесь я вообще теряю логическую цепочку и вообще какую-либо причинно-следственную связь. Я покрывался липким потом, давление подскочило, меня начало трясти.
Я же все подписал и свободно уехал. Может, мужчина умер в больнице? – подумал я, – и на меня повесили причинение травм, повлекших за собой смерть человека? Поэтому они влепили мне ограничение на выезд. Звучит логично. Я в полнейшем непонимании. Что происходит и как решать эту ситуацию?
Мы попросили офицера уточнить детали и причину ареста. Он удалился. Спустя пару минут он вернулся:
И тут в моей голове моментально сложился весь пазл. Я сразу понял, в чем дело…
Маяк
Мою матушку зовут
Ее мать сильно пила и ушла из семьи, когда моей маме было девять. Отец воспитывал детей в одиночку, а мама стала заменила мать своим братьям.
Через дорогу от их дома был небольшой пруд, где местные купались в знойные летние дни. Когда маме было шестнадцать, в их семье случилась трагедия: отец пошел плавать в этот пруд, у него случились судороги. Он утонул. В один миг дети остались без единственного родителя. Детство, которое врагу не пожелаешь.
За то, каким человеком я вырос, безусловно благодарен именно маме. Она всегда давала мне полную свободу выбора. За меня никогда не принимали решения о моем будущем.
Моя мама – мать-героиня. Таким людям надо ставить памятник при жизни. Она всегда была светлой, жизнерадостной и бесконечно доброй. Именно она была тем единственным человеком, который верил в меня и поддерживал во всех начинаниях. Даже когда весь мир был против меня, мама была рядом и говорила, что все получится. В том числе, благодаря ее вере, я смог пройти свой путь.
В моем сознании с детства отсутствовали какие-либо границы. Я вырос очень свободолюбивым человеком. Искренне верю, что
Еще одно из моих главных правил:
Никогда не предавай себя и не делай то, к чему не лежит душа
Тень отца
Я был не единственным авантюристом в семье – пошел по стопам отца. Мало что знаю о его прошлом – буквально несколько фактов. Когда я расспрашивал маму о том, чем занимался отец в 90-е, она ответила: когда они с отцом создали семью и он начал заниматься бизнесом, отец часто уходил из дома и был постоянно в делах. Мог вернуться под утро или не вернуться вовсе. Когда мама начала задавать вопросы и хотела узнать, чем он занимается, он коротко ответил:
Мама с папой познакомились в новогоднюю ночь, в небольшом городке Копейск, буквально в нескольких километрах от Челябинска. Мать там родилась и жила всю жизнь, отец же был там на службе в армии. Маме было девятнадцать. Отец был старше на два года. У дворца спорта была площадь с елкой, на которой собиралась молодежь. Отец с другом сослуживцем сбежали из части, чтобы попасть на этот праздник. Там он впервые и увидел мою маму и подошел познакомиться.
Во время службы они сыграли свадьбу и отец заочно поступил в МГУ. Он был москвич. После демобилизации они переехали в Москву. Когда мама забеременела, он понял, что нужно срочно что-то предпринимать. У него был старший товарищ, к которому он обратился за помощью со своей идеей по бизнесу, и тот проинвестировал его стартап. Это было начало 90-х, открывалось большое окно возможностей для страны. Отец начал возить разную бытовую технику из Сингапура: холодильники, стиральные машины и т. п.
Почти сразу после моего рождения всей семьей мы переехали в Питер. Мы жили в одном доме с Михаилом Боярским. Мама рассказывала: когда гуляла со мной в коляске, он нередко стоял на набережной напротив нашей парадной – опирался на забор у реки и играл на гитаре. Вокруг собиралась молодежь, и все вместе пели песни.
Когда бизнес отца пошел в гору, появились и желающие его отобрать. Классика 90-х. Однажды они с секретаршей обедали в кафе. В заведение зашел мужчина, который произвел выстрел в сторону отца. Пуля предназначалась для него, но стрелок промахнулся и случайно застрелил секретаршу. Она погибла на месте.
Тогда стрельба была обычным делом. А бандиты вырезали целые семьи предпринимателей, в ответ на отказ делиться прибылью.