Владислав Шаронов – Тринадцатый отряд (страница 2)

Она брезгливо смотрела на него поверх очков, словно британская аристократка на плененного туземца, и он не мог тогда понять причин такой жестокости.

Особенно больно ему было, когда подобные унизительные слова относились не к нему, а к какой-нибудь девчушке из далёкой глубинки, и он, стиснув зубы, мог лишь молча наблюдать, как она утирает слезы.

Увы, эта социальная сегрегация в университете существовала давно, хотя далеко не все преподаватели ее поддерживали. И, тем не менее, Александру в полной мере удалось познать на своем горьком опыте разницу между «бледнолицыми» и «краснокожими». Коснулось это его и здесь, на летней практике.

И тем усерднее по утрам он начищал черным воском свои сапоги, подарок отца. И тем сильнее он ощущал свое одиночество на станции.

2

Гулко и раскатисто ударил гром. В открытое окно с шумом дождя ворвался запах озона. Тяжёлые капли забарабанили по крыше, пробиваясь сквозь щели в дырявом дощатом потолке.

Александр встал со скрипучей койки, открыл входную дверь сырого, из волглой щитовой фанеры, домика. Такие спартанские домики предназначались для студентов, но не для студенток – они жили в более комфортных условиях в отапливаемом общежитии. В этих же сырых скворечниках не было ничего, что могло бы согреть воздух и мокрые стены, и единственным прибором, излучающем тепло, у Александра был кипятильник.

Не удивительно, что в прошлом году, когда было особенно дождливое лето, все первокурсники сразу заболели.

Холодный июньский дождь закончился так же стремительно, как и начался. Над высокими звенигородскими соснами дыбились величавые белоснежные облака. От мокрой тимофеевки и папоротника-орляка струился пар.

Бабочки голубянки в брачном танце носились над влажными соцветиями люпина, сверкающего крупными каплями росы, вспыхивающими на солнце стразами чешского стекла. В глубине синего неба с радостным визгом носились стремительные стрижи, гоняясь за насекомыми в сыром воздухе, пропитанном густым духом сосновой хвои. Гроза ушла на запад, раскатываясь над розовыми облаками негромким ворчанием, похожим на взрыкивание сонного льва.

Александр с наслаждением потянулся, подставляя лицо солнечным лучам. Сегодня он один на станции. Почти один, если не считать старенького профессора Темочкина и еще нескольких пожилых преподавателей. Даже иногородние студенты разъехались – кто в общежитие, где можно было хотя бы помыться, кто к в гости к московским друзьям-подругам.

Ведь сегодня праздничный день – двенадцатое июня, день независимости, а потом еще два выходных дня. Вот москвичи и уехали домой, к папам и мамам. Будут рассказывать с восторгом о своих приключениях на практике.

Александр усмехнулся, вспомнив, какой восторг в его зоологической группе вызвала поимка живого ужа. «Дети асфальта!» – подумал он тогда. Дожить до восемнадцати и не видеть обычного ужа!

Неплохо было бы и ему поехать к своим родителям, да легко сказать – триста километров с пересадкой. Два дня уйдёт только на дорогу. Да и денег на такую грандиозную экспедицию не хватит.

Он нащупал под ремнём пояс с деньгами, завернутыми в кусок фланелевой ткани, бережно пересчитал мятые купюры.

Нет. Нечего даже и думать.

Александр вышел из душного фанерного домика навстречу солнцу, приветливо выглянувшему из-за мокрых еловых лап.

Бодрым шагом он устремился к шоссе, а оттуда – к базе отдыха, где в выходной день можно было пообедать – студенческая столовая не работала. Сегодня, в честь дня независимости можно и разориться.

С жадностью проглотив тарелку щей и говяжьи биточки с картофельным пюре, он довершил свой праздничный обед стаканом компота с яблочным пирогом.

Конец ознакомительного фрагмента.

Текст предоставлен ООО «Литрес».

Прочитайте эту книгу целиком, купив полную легальную версию на Литрес.

Безопасно оплатить книгу можно банковской картой Visa, MasterCard, Maestro, со счета мобильного телефона, с платежного терминала, в салоне МТС или Связной, через PayPal, WebMoney, Яндекс.Деньги, QIWI Кошелек, бонусными картами или другим удобным Вам способом.