Владислав Русанов – Золотой вепрь (страница 55)

Женский визг, наполненный испугом, прервал их беседу. У переправы пронзительно заржал конь. Мгновением позже вступили резкие, злые мужские голоса.

Антоло обернулся.

У моста творилось неладное. Тяжело груженная повозка, опасно наклонившись, сползала в реку. Запряженный в нее саврасый конек судорожно дергался, но копыта скользили по мокрым бревнам. Несколько человек вцепились в оглобли – Кир, Лопата, Вензольо, Почечуй. Совместными усилиями им удалось слегка придержать телегу, но исход был все равно предрешен. Еще чуть-чуть, и повозка рухнет в мутную холодную воду, увлекая за собой и коня, и наемников, а главное, визжащую на горе пожитков молодицу и полдюжины вцепившихся в ее юбку детишек.

– Что такое? – удивленно пробормотал Иллам.

– Похоже, мост разваливается! – воскликнул Розарио и ударил коня каблуками.

«Тебе-то что за дело?» – хотел сказать Антоло, но опоздал – только хвост буланого перед носом мелькнул.

– Бегом, парень! – Темноволосый тоже пришпорил мышастого.

Табальцу ничего не оставалось, как броситься сломя голову за ним.

На бегу он видел, как Кольцо, сдернул с телеги мальчишку лет семи, отшвырнул его, как котенка, на берег. Схватил за штаны другого, дернул, но перепуганный насмерть малец держался за мамкину юбку, как утопающий за соломинку, и разжимать пальцев не хотел.

Откуда-то сбоку выскочил Тер-Ахар. Растолкал следопытов в гугелях, ошивавшихся здесь второй день, вместо того чтобы уйти подобру-поздорову. В два шага достиг берега и спрыгнул с откоса.

– Давай, давай, родимая!!! – орал Лопата, дергая левой рукой лошадь за недоуздок.

Кольцо, пытающийся расцепить визжащих мать и сына, ругался так, что уши сами собой в трубочку сворачивались.

– Ой, люди добрые! Спасите! Пропаду! Безлошадным останусь! – топтал собственную шапку бородатый мужик. Должно быть, хозяин коня и телеги.

«Жену с детьми ему, значит, не жалко», – отстраненно подумал студент, глядя, как Розарио прыгает прямо с седла на телегу и сгребает в охапку самых младших детей незадачливого бородача…

– А ну поддай, ребяты! – гаркнул Почечуй во весь голос.

– Еще чуток! – вторил ему Лопата.

Хоть фра Иллам скакал на коне, а табалец бежал, у повозки они оказались почти одновременно. Во всяком случае, схватились за чересседельник, столкнувшись пальцами.

– А ведь не падает уже… – выдохнул темноволосый в ухо бывшему студенту.

Розарио кубарем скатился с телеги, не выпуская детишек из рук, упал на спину, гулко «хэкнув», выпучил глаза.

– Погоняй! Погоняй!!! – кричал коморник.

Саврасый рванулся изо всех сил, натужно хрипя. Оглобли опасно затрещали, но выдержали. Телега выкатилась на берег вместе со всем грузом, визжащей бабой наверху и повисшим, как репей на хвосте кота, Кольцом.

– Ой, спасли! Отцы родимые! – Радостный мужичок с полубезумным взглядом кинулся целовать розовые ноздри конька.

Его жена выхватила откуда-то из-под кипы тряпок сковороду на длинной ручке и с криком: «Вот я тебя!» – полезла с телеги.

– Ах ты, кошкин сын! – зарычал Кольцо, подкатывая рукава.

Вензольо и Лопата с готовностью заржали, предвкушая потеху.

Антоло наклонился над краем обрыва, заглянул под мост. Великан стоял по пояс в воде, обхватив двумя руками осклизлую опору. Увидев табальца, он пожал плечами, насколько это позволяла неудобная поза.

– Расшаталась.

Так вот отчего наклонился и едва не обрушился мост!

– Тебе помочь? – спросил студент больше из вежливости, осознавая, что не в человеческих силах заменить северянина, превосходящего людей в росте и весе настолько же, насколько они сами превосходили дроу.

– Ничего. Справлюсь, – ответил Тер-Ахар, глядя куда-то за спину студента.

Антоло обернулся. Позади него стоял темноволосый фра Иллам и, радуясь невесть чему, улыбался до ушей.

– Рад видеть тебя живым и здоровым, друг! – проговорил Иллам.

– Спасибо, – загудел в ответ великан. – А тебе все не сидится на месте?

– Спокойная жизнь – удел стариков и усталых духом, – хитро прищурившись, заметил темноволосый. – Мне еще интересно мир повидать.

– Чего вы тут… энтого… болтаете… – к откосу вприпрыжку подбежал Почечуй. Увидел великана, охнул. Замахал руками. – Эй! На том берегу! Шуштренько… энтого… Некогда ждать!

Возницы оставшихся телег (всего-навсего три с беженцами и обоз с ранеными солдатами) гикнули, свистнули и покатили через мост.

– Я сейчас помогу! – Иллам присел на корточки, выглядывая, как бы сподручнее соскочить к великану.

– Не надо! – замотал головой Тер-Ахар так, что хвост белых волос стеганул по плечам, словно у разъяренного сторожевого кота. – Вымокнешь!

– Надо!

Человек упрямо сжал губы и прыгнул. Как и следовало ожидать, попал в промоину и скрылся с головой. Антоло сиганул за ним, взметнув фонтан брызг, а рядом поднял волну кто-то еще.

В два гребка студент достиг сваи, уперся ногами в глинистое дно. Здесь вода доходила ему до середины груди. Огляделся и увидел две головы, облепленные мокрыми волосами. Одна – со щегольскими усами – фра Иллама, а вторая – с дурацкой каматийской повязкой. Кир?

– Ты зачем сюда? – воскликнул Антоло, протягивая руку.

– Не за тобой, не бойся! – отплевываясь ответил Кир. На руку он и внимания не обратил.

Зато Иллам не стеснялся. Схватился за ладонь, подтянулся. Обнял сваю, уперся ногами.

– Вчетвером удержим! – подмигнул он парням.

– Я бы и сам… – В голосе великана странно смешались обиженные и довольные нотки. Еще бы, с одной стороны, вроде как его силушке не доверяют, а с другой – все-таки на помощь пришли и вымокнуть не побоялись.

– Мир тесен! – не слушал его Иллам. – Не думал я, что встречу тебя, лейтенант т’Кирсьен делла Тарн! Да и тебя, Тер-Ахар!

У Антоло глаза полезли на лоб. Они что, знакомы между собой?

– Не часто встретишь на севере Гобланы лучшего сыщика Аксамалы! – усмехнулся Кир. И тут же спохватился. – Ох, простите… Вы, наверное, путешествуете тайно?

– Смеешься? – Иллам поправил о плечо упавшую на глаза мокрую прядь. – Впрочем, ты не так уж и не прав. Для некоторых тайно. Не стоит называть меня Мастером при Розарио.

– Это ваш спутник? Вы… – Антоло поперхнулся словами, сообразив, что напрасно встрял в разговор.

– Тебя я тоже знаю, студент, – небрежно бросил Иллам, или, вернее, Мастер. – Это ты с дружками устроил потасовку в «Розе Аксамалы». Так ведь?

– Я! – напрягся табалец. Вот сейчас начнет стыдить, воспитывать… Тогда уж и лейтенанта заодно повоспитывай. Можно подумать, он совершенно ни при чем, овечка овечкой.

– Молодо – зелено, – неожиданно вмешался великан. – Я слышал об этой истории.

Кажется, несмотря на неодобрительные слова, он посмотрел на молодых людей с уважением.

– А ну, держитесь там! – крикнул сверху Лопата. – Сейчас подводы пойдут!

Они покрепче обхватили столб. По бревенчатому настилу загрохотали колеса. Посыпался мусор – кусочки коры и комки грязи. Опора затряслась, словно живая, вырываясь из рук.

– Вам обоим будет интересно знать, наверное, – проговорил Мастер, поглядывая наверх. – После всех событий, начало которым положила ваша драка, фрита Эстелла была вынуждена уехать из столицы вместе со всеми девочками. Так что можете поискать на дорогах Тельбии фургон под названием «Запретные сладости». Авось повезет и вы найдете его раньше каких-нибудь мародеров или извращенцев.

– Поищем, но попозже, – сжал зубы Антоло. – Когда долги отдадим кое-какие.

– Успеется, – одновременно с ним быстро произнес Кирсьен. – А что это вы про них вспомнили?

– А чтобы вы знали, детвора, что ваши игры бьют еще и по другим, которые совсем не виноваты, что оказались рядом с вами. Что вы, может, и выкрутитесь, а вот девочкам придется гораздо тяжелее.

Табалец вздохнул, отвел глаза. И ведь не возразишь ничего! Все верно. Сами виноваты. Могли бы и в другом месте выяснять отношения.

Бывший гвардеец прикусил губу. Сказал, глядя в сторону:

– Вы лучше скажите, шпиона айшасианского поймали или нет?

– Нет. Если ты Корзьело имеешь в виду.