Владислав Русанов – Война менестреля (страница 57)
— Я ему в зубы — они за ножи.
— Мы табуретами отмахались.
— Четверых покалечили, двоих насмерть.
— Пришлось удирать.
— Только пятки сверкали.
— На рынке говорили — хозяин в Унсалу ускакал.
— Мол, с королём Ронжаром дружит.
— Мы в Унсалу пошли.
— Ну, как пошли? Прибились к обозу купеческому.
— Мы же всё умеем. За лошадьми ходить.
— Кашу варить.
— Шорничаем помаленьку.
— Если надо, и тесаком рубанём.
— В Унсалу сходили. Там говорят, не было хозяина.
— В Трагеру, говорят, подался.
— Мы к другому купцу нанялись.
— Так его разбойники до нитки обобрали.
— Но живым оставили.
— А мы что? Зачем нам купец без денег?
— Мы в шайку попросились.
— Какая нам разница?
— Никакой!
— Только там плохо. В брюхе когда густо, а когда совсем пусто.
— Летом ещё туда-сюда.
— А зимой в лесу ночевать не в радость.
— Ещё стража по лесу гоняет.
— Житья не даёт.
— Как-то грабили проезжего прана.
— Мы смекнули, что человек хороший.
— Верховода нашего кистенём по затылку — бац!
— Остальные сами разбежались.
— Нас пран к себе в замок взял.
— В стражу.
— Дом Белого Пса.
— Эх, хорошо кормили. По службе не гоняли.
— А нам какая разница?
— Никакой!
— Потом сын старого прана в Аркайл поехал.
— В гвардии служить.
— Нас с ним отправили.
— Мы же всё умеем. За лошадьми ходить.
— Кашу варить.
— Шорничаем помаленьку.
— Если надо, и тесаком рубанём.
— Как Айдена скинули, всем, кто за «серебряных барсов» почёт и уважуха.
— А Дом Белого Пса как раз за них.
— Хозяин наш, как сыр в масле.
— Ну, и мы при нём.
— Только потом война началась.
— «Серебряные барсы» с «сапфирным солнцем» зарубились.
— Или с «бронзовой черепахой».
— Нам-то какая разница?
— Нам без разницы.
— Лишь бы кормили хорошо.
— Наш новый хозяин на войнуху пошёл.
— Добровольно, потому как… этот… как его…
— Вернопроданный! Во!
— Дубина ты. Верноподданный.
— Да мне без разницы.
— Ему тоже. Верно говорят, мол, пуля — дура.
— Вот он и схлопотал пулю в живот.
— Не пулю, а шрапнель.
— Ему какая разница? Никакой.
— Помер на второй день.
— Кричал громко. Знать, мучился.