Владислав Русанов – Стальной дрозд (страница 58)
Тогда за Жерехой загудели сигнальные трубы. Генерал делла Пиерро двинул в бой пехоту, спасая и положение, и остатки кавалерии.
Две баталии вступили в поток, вспенивая воду сапогами и калигами.
– Скачи к Гиллю дель Косто! – приказал Антоло ближайшему ординарцу. – Пускай бегут вперед! Бегом! Прыжками! Как хотят! Лишь бы строй удержали! Встретить Барн у воды во что бы то ни стало! Не дать закрепиться на нашем берегу!
Мальчишка умчался, прижавшись к конской гриве.
– Коннице отход! – генерал уже наставлял следующего вестового. – Не ровен час – зажмут. Как между молотом и наковальней. Пускай отходят, во имя Триединого!
Второй парень ударил скакуна мечом по крупу. Поскакал так, что комья земли из-под копыт взлетели.
Граф ди Полларе покачал головой, но ничего не сказал. После внезапного предательства кондотьера дель Граттио он только по сторонам поглядывал да хватался за меч – надо и не надо. Будто причислил себя к личным телохранителям Стального Дрозда. Даже распорядился десятку солдат из охраны обоза всюду сопровождать Антоло. Зато в командование не лез, не подсказывал и не пытался навязать свое мнение. И на том спасибо… Жаль, генерал делла Нутто от пережитой встряски отправился прямиком в чертоги Триединого – лопнула какая-то жила в сердце. Вот он как раз и мог ненавязчиво подсказать, исходя из своего многолетнего опыта.
Вскоре темная стена табальской пехоты пришла в движение. Вначале баталия качнулась вправо, чтобы не влезть в топь, послужившую ловушкой барнским латникам, а потом размеренно зашагала вперед. Полковник дель Косто сообразил (сам, никто не подсказывал!) освободить в плотном строю два прохода для своей конницы, которая теперь оттягивалась из-под удара и уходила на привычное место – за дубраву.
«Молодец полковник! Достоин второго банта… А то и трех сразу!»
Щитоносцы Барна и Табалы столкнулись у самого берега. Передние линии стояли по щиколотку в воде. Над долиной прокатился такой грохот! Куда там латникам – им и не снилось своей атакой такой шум поднять!
Антоло представил на миг, каково сейчас солдатам передовых линий. Спереди теснят, сзади жмут, с боков кряхтят товарищи по оружию, а враги так и норовят всадить болт под козырек шлема. Давка, нечем дышать, из пересохшего горла вместо крика рвется лишь жалкий хрип, нисколечко не напоминающий боевой клич. И мысль одна – только бы устоять. Свалишься – затопчут. Свои или чужие – неважно, какая разница?
– Жмем, – одними губами проговорил граф. – Кажется, мы их давим…
В самом деле. Толпа потихоньку перемещалась в реку. «Загогулина» кочерги медленно, но верно охватывала барнцев справа. Вот еще немножко, и ударят во фланг. А там и по течению плыть пустят…
– В Окраине говорят, – рассеянно пробормотал Антоло, – не загадывай на рассвете, где вечером придется костер развести. Не прост делла Пиерро. Не верю я в его слабость…
Он еще хотел добавить, что всерьез опасается затесавшегося в барнскую армию колдуна, но промолчал. Слишком много рядом простых солдат – вестовых, адъютантов, охранников… Незачем панику разводить среди своих, запускать лишние слухи.
Лишь бы не было у барнцев резерва. Трудно на глаз оценить численность ввязавшихся в сражение полков, но, кажется, людей маловато. Хорошо бы это только казалось… Но на всякий случай…
Антоло подал знак вестовому:
– Скачи к полковнику Фальо дель Вера. Пускай собирает силы в кулак. Тяжелораненых – в обоз, а легкораненых – на коней. Нужно готовиться к атаке. Понял?
– Так точно, ваше превосходительство!
– Молодец! Скачи.
Гонец умчался. Антоло подозвал второго:
– Будь наготове.
– Слушаюсь, ваше превосходительство!
Парень тщательно проверил подпругу, слегка подтянул ее и замер рядом с конем, держась за гриву. Просто воплощение готовности.
– Кого вы атаковать хотите? – поинтересовался ди Полларе.
– Если барнцы введут в бой свежие силы, то их. Если не введут, о чем я молю Триединого, то будем гнать отступающего врага.
Граф почесал кончик носа. С ним всегда так. Не поймешь – одобряет он твои поступки или нет. Вот с генералом делла Нутто было не в пример легче… Антоло покачнулся в седле. Почему так мысли путаются? И в голове шумит, словно ветер воет в печной трубе. Похоже, все-таки бедному затылку досталось больше, чем показалось сразу. Молодой человек попытался просунуть палец под шлем, чтобы пощупать – нет ли крови.
– Мой генерал! – встревоженно вскричал ди Полларе.
– Что?
– Поглядите!
Граф ткнул пальцем в опушку на том берегу. Из лесу выходили и строились в плотную баталию щитоносцы, за ними спешили копейщики. Мелькали верховые – скорее всего, офицеры и гонцы.
Все. Конец…
– Полковнику дель Вера – срочно в атаку! – выкрикнул Антоло, поворачиваясь к вестовому.
Тот метнулся в седло – только подметки мелькнули. Рванул с места в карьер.
«Что же теперь делать? Там пехоты не меньше тысячи… Для них наша кавалерия что быку комариный укус! Что делать?»
Барнский резерв, не особо торопясь, построился и зашагал, направляясь прямиком в тыл солдатам-табальцам, выдвинувшимся для охвата. Баталия двигалась с той неотвратимостью, с которой в кошмарном сне к тебе приближается бруха, протягивая когтистые лапы и оскалив острые зубы. Страшно, аж дыхание заходится, но сделать ничего не можешь – ни убежать, ни даже просто пошевелиться.
Антоло перевел глаза на главную битву. Противник отступал. Отходил, уступая табальцам в числе и натиске. Еще бы полчаса… Но этого времени у них нет.
Все кончено…
Генерал делла Пиерро, матерый кот, шутя переиграл молодого выскочку. И поделом! Ишь ты, прочитал одно-единственное наставление по тактике и возомнил себя величайшим полководцем. Против кадровых генералов воевать – это не шайку мародеров взять в кольцо и уничтожить. Тут, кроме поверхностных знаний, нужен еще и опыт, и умение мыслить совершенно особым образом…
От дубравы мчалась табальская конница. Кони пластались в скаче, будто прониклись настроением хозяев. Во что бы то ни стало ударить по барнцам до того, как они выйдут в тыл «нашей» пехоте.
«Бесполезная атака. Бесполезные жертвы. Проигранная битва. Вряд ли многие вернутся домой в Табалу. Потерпеть поражение в глубине чужих земель – это верная смерть для всех. Как для генерала, так и для самого последнего солдата».
– Все вестовые, ко мне! – Антоло наконец-то принял решение, показавшееся в данной ситуации единственно правильным. – Во весь опор. Ко всем полкам и ротам. Немедленный отход. По возможности сохранять строй. Коннице дель Вера особое задание. Прикрывать правый фланг, защищая от окружения. Ты! К полковнику ди Ровене, в обоз. Составить все повозки вагенбургом. Готовиться к обороне…
– Неужели все так плохо? – Ди Полларе продолжал всматриваться в поле боя, словно желал увидеть чудо, ниспосланное Триединым.
– Плохо – не то слово. Мы должны попытаться хотя бы сохранить людей…
– Погодите, мой генерал! Смотрите! Да смотрите же! Они уходят от схватки!
Граф, привстав на стременах, тыкал пальцем туда, где барнская баталия, так и не достигнув вод Жерехи, скорым шагом отходила к лесу. Строй, прежде на загляденье ровный, теперь сломался. Солдаты толкались, стараясь опередить друг дружку. Офицеры… те попросту пришпорили коней, первыми скрываясь между деревьями.
– Что это? – одними губами выдохнул Антоло.
– Не знаю, – почему-то шепотом отвечал ди Полларе.
– Не верю своим глазам!
– Чудо… Триединый ниспослал нам чудо…
– Может, кто-то ударил по ним с тыла? – Антоло не склонен был верить в чудеса. Хотя еще немного, и придется. Куда денешься?
– Ваше превосходительство! – звонким голосом воскликнул ординарец. Крайнее изумление заставило его забыть о почтении к командирам. – Ваше превосходительство! Они бегут!
Антоло посмотрел. Потом протер глаза и снова посмотрел.
Пехотные баталии, теснимые его войском, уже не отступали, борясь за каждый шаг, за каждый локоть болотистого дна Жерехи, а разбегались, бросая щиты и пики. Как почуявшая запах дикого кота овечья отара. Никто не пытался сохранить даже видимость порядка. Офицеры или погибли, или бежали в числе первых. Солдаты дель Косто гнали барнцев, сбивая с ног щитами, били тупыми концами пик по плечам и по головам, захватывали в плен десятками…
Конница Фальо догнала третью баталию. Полковник, еще недавно бывший простым солдатом, быстро сообразил, что надо делать. Несколькими клиньями они рассекли плотную массу пехоты и погнали их в разные стороны, понуждая бросить оружие и просить пощады.
«Что это? – подумал Антоло. – Вмешательство свыше или везенье, про которое говорят – дуракам и новичкам удача в рот заглядывает?»
– Да это же победа, разрази меня гром! – Граф поднял коня на дыбы, размахивая мечом. – Да здравствует генерал Стальной Дрозд! Слава нашему генералу!
– Слава! Слава!!! – подхватили его клич ординарцы и адъютанты.
Антоло покачал головой, пытаясь возразить – дескать, его заслуги в этой победе как раз и нет. Стечение обстоятельств, и не более того. Нахлынувшее головокружение заставило его вцепиться здоровой рукой в переднюю луку. Истоптанная десятками копыт земля завертелась смазанной каруселью.
Адъютанты не дали ему упасть. Подбежали, подхватили генерала и бережно уложили его на траву. Чернявый парнишка с тонкими усами плеснул Стальному Дрозду на лоб из фляги. Другой уже подсовывал под голову Антоло свернутый плащ.