Владислав Русанов – Одиночество менестреля (страница 32)

— Неправда, — улыбнулась она. — Мы только что договорились идти отдыхать. На сегодня хватит.

— Это правильно, — глубокомсленно кивнул кондотьер. — А пока вы не ушли отдыхать, позвольте представить нашего гостя и, надеюсь, соратника на время войны ы Вожероне. Трен Кухал Дорн-Куах с полуострова Кринт, глава Клана Кукушки и предводитель отчаянного воинства, явившегося поддержать нашу борьбу за справедливость.

Черноволосый, у которого вдобавок и глаза оказались похожими на сгустки мрака из Преисподней, довольно ловко поклонился, прижимая ладонь к сердцу.

— Видеть столь прекрасную прану — одновременно честь и счастье для меня!

— Прана Реналла из Дома Ониксовой Змеи, племянница главы тайного сыска Аркайла — Гвена альт Раста.

Приподняв краешек юбки двумя пальцами, Реналла присела, одновременно кивнув. Конечно, было бы на ней атласное платье, в котором пристало ходить дворянке, а не серое шерстяное, приветствие выглядело бы гораздо изысканнее.

— Фра Бьянческо из Лодда — мой ротный костоправ, — продолжал пран Жерон. — Порой мне кажется, что он использует магию для исцеления раненых.

Лекарь поклонился, неловко взмахнув левой рукой. Несмотря на благородное происхождение, он с ранней юности предпочитал получать знания по врачеванию вместо искусства благородных манер.

— Хороший костоправ — на вес золота, — сказал Кухал. — Счастлив знакомству.

— У меня для вас новость, прана Реналла, — кондотьер прищурил единственный глаз. — Не знаю, хорошая или плохая. Это уж вам решать. Вместе с отрядом кринтийских воинов в Вожерон прибыл ваш дядюшка — пран Гвен альт Раст. Прямиком из Аркайла, я полагаю.

Реналла побледнела. Она прекрасно знала, как при новом дворе самозваной герцогини Кларины относятся к тем, кто служил её противнице из Аркайла — Маризе. Вряд ли прана Гвена здесь ждёт ласковый приём. Зачем же он тогда явился? Неужели не осознаёт грозящую ему опасность? Или его привезли против воли? Захватили в плен, руководствуясь какими-то своими соображениями, и теперь с выгодой передают Кларине?

— Я была бы очень рада повидать своего дядюшку, — осторожно произнесла она. — Но, вместе с тем, мне будет очень досадно, если он не сумеет воспользоваться вожеронским гостеприимством, о котором я столь наслышана. Любое известие о том, что он терпит лишения, повергнет меня в печаль на много дней.

— Теперь я вижу, что прана Реналла отличается не только красотой, но и умом, — уважительно заметил Кухал Дорн-Куах. И едва заметно улыбнулся. — Племянница достойна своего дядюшки.

— Благодарю за столь лестную оценку.

— Я искренне восхищён. Поверьте, прекрасная прана, я не часто разбрасываюсь похвалами. Вам нужно обязательно познакомиться с моей племянницей — Морин.

— Я бы с радостью, но, боюсь, посетить Кринт в ближайшие годы у меня не получится.

— Да нет необходимости в путешествиях! Морин здесь, со мной.

— Вы взяли племянницу на войну?

— Она очень настойчиво меня уговаривала, — теперь Кухал улыбнулся во всю ширину, сверкнув белозубой улыбкой. — Тем более, есть дела, в которых Морин незаменима. Я не жалею, что взял её с собой.

— И всё равно… Здесь же убивают друг друга.

— Прана Реналла, если уж вы живёте в мятежном Вожероне и не бежите отсюда, сломя голову, то уж и Морин как-нибудь приспособится. Нет! Клянусь святым Эодхом, я должен вас познакомить. И никаких возражений!

— Ну, если вы настаиваете… — Реналлу подкупила непосредственность сурового воина, он, сама того не желая, ответила улыбкой. — Почту за честь повстречаться с вашей племянницей.

— Тем более, что такой случай представится нам прямо завтра, — решительно вмешался пран Жерон. — Герцогиня Кларина всё это время уклонялась от разговора со мной. Ни подлое убийство знаменщика Толбо, ни нападение на резиденцию Роты не получили должной оценки от правительницы Вожерона и окрестностей. Но мы доставим её Гвена альт Раста — человека, раскрывшего её заговор в Аркайле, из-за чего герцогиня и была вынуждена сбежать в Вожерон. Перед таким соблазном она не сможет устоять. И поручить арест Гвена альт раста какому-нибудь мелкому дворянчику ей тоже не удастся. Я на это не соглашусь. Только главнокомандующий, только Этуан альт Рутена. А когда они заглотнут наживку и примут нас в ратуше, я задам вопросы, касательно наших дел. Убийство из засады моего офицера, вероломный удар в спину, когда все силы Роты мы бросили на оборону города. Прошу вас, прана Реналла прибыть в ратушу к началу второй стражи. Охрану и сопровождение я обеспечу.

— Пран Жерон, — повернулся к нему кринтиец. — Поскольку мы с благодарностью воспользовались вашим гостеприимством и переночуем в резиденции Роты Стальных Котов, то я предлагаю свои услуги в качестве охраны праны Реналлы. Я, Морин и ещё троих вполне хватит.

— Благодарю за великодушное предложение, — снова присела, склоняя голову Реналла.

Теперь Кухал нравился ей меньше. Какой-то навязчивый. Не успели познакомиться, кА кон уже просится в провожатые. А совсем недавно расточал комплименты её уму и красоте. Как бы не повздорили они с лейтенантом Пьетро…

— Благодарю, трен Кухал, — словно эхо повторил за ней кондотьер, — за великодушное предложение. Конечно, вы тоже идёте в ратушу. И, конечно, с племянницей и парой-тройкой своих людей для солидности. Но прану Реналлу будет сопровождать лейтенант Жанель альт Новил с моими людьми. Они же будут при мне во время аудиенции. Для солидности, как вы можете легко догадаться. — Пран Жерон хмыкнул, подкрутил ус. — А теперь, полагаю, нам пора. Прану Реналлу проводят до резиденции Роты. Одна Лонара стоит троих пикинеров.

Оглянувшись, Реналла увидела сиделку, которая стояла, уперев кулаки в бока, и грозным взглядом сверлила кринтийца. Кондотьера она знала давно и очень уважала. За честность, за прямоту, за заботу о солдатах, за строгость к офицерам и сержантам. А вот незнакомец дикарского вида, да ещё ростом больше брасе, вызывал подозрения. Возможно, неприятности Кухала, если он решит поухаживать за молодой вдовой, начнутся гораздо раньше, нежели лейтенант Пьетро вернётся из очередной вылазки, на которые у него уходило от двух до пяти дней. Тем более, мужчинам здесь трудно призывать друг друга к ответу, ведь пран Жерон запретил дуэли между своими, а Лонара способна постоять за себя и за Реналлу острым словом, разящим не хуже свинцовой пули из аркебузы.

Возможно, кринтиец воспринял улыбку, озарившую лицо Реналлы на свой счёт, поскольку раскланивался долго и со всяческими изысками, словно вирулийский щёголь. Капитан же, перед тем как вскочить на коня, просто прикоснулся двумя пальцами к широкополой шляпе фазаньи пером.

Глава 5

Ч. 1

Вновь в большом зале ратуши Вожерона было не протолкнуться. Несмотря на распахнутые створки витражных окон, воздуха не хватало. До войны здесь собиралось от силы полтора два десятка зажиточных горожан и представителей ремесленных гильдий. Приходили не часто, только когда собирал консул магистрата, желая обсудить новые налоги или грядущие расходы на содержание города. Ну, или местный барон, глава Дома Сапфирного Солнца хотел поговорить с подданными, вернее, с лучшими их представителями. А о чём он мог говорить? Правильно, опять же о деньгах — доходы, прибыли, подати, расходы. Но покойный барон наезжал в город редко, предпочитая проводить время в Аркайле, при дворе Лазаля, где тоже искал всякой выгоды и находил. Кларина, овдовев, вообще позабыла о наследных землях Дома покойного супруга. Серебро управляющие привозят исправно — вот и хорошо, вот и замечательно. Только неудачный заговор и последовавший за ним мятеж, переросший в вооружённое противостояние с Аркайлом, вынудил самозваную герцогиню поселиться в Вожероне. Именно в городе, который защищён стенами и способен вместить армию защитников. Вздумав скрываться в замке Дома Сапфирного Солнца, она угодила бы в руки Маризы ещё несколько месяцев тому назад, ведь взять штурмом её родовое имение не составило бы труда для солдат герцога-консорта.

Сейчас собрания в ратуше проходили едва ли не ежедневно. Консул магистрата, мэтр Нико, бывший главой гильдии огранщиков, собирал купцов и торговцев, от которых зависели поставки пищи в город. По приказу прана Клеана альт Барраса магистратом проводились закупки хлеба и земляных яблок для раздачи бедноте — беженцам из окрестных деревень и лишившимся жилья горожанам. Казалось бы, пустое расточительство золота, которого во время войны вечно не хватает на жалование наёмникам, закупку пушечного зелья, ядер, пик, арбалетов и тому подобного, но оно помогло главе Дома Бирюзовой Черепахи во-первых, завоевать любовь черни, которая теперь валом валила в ополчение, а во-вторых, избежать воровства, грабежей и разбоя, неизменно сопровождающих войну и разруху. Кроме того, местные мастеровые, ремесленники и купцы, которые успешно вели дела с остальным Аркайлом, ныне спешно заводили торговые связи с Кевиналом. Через перевалы шёл поток телег с тем же самым железом, углём, медью, изделиями чеканщиков, златокузнецов, стекловаров. Когда герцогиня Мариза намеревалась задушить восстание, лишив жителей двух южных провинция средств к существованию, то просчиталась, не учитывая их близость к южному соседу.