Владислав Порошин – Тафгай. Том 10 (страница 29)
Глава 14
В пятницу 7-го февраля на второй период матча против гостей из Челябинска наш бравый коллектив и я, в том числе, выходили в шоковом состоянии. Причём начало матча было полностью за нашим «Торпедо», на 1-ой и 5-ой минуте отличился ветеран Александр Федотов, которому ассистировали Виктор Доброхотов и Алексей Мишин. А дальше, начиная с 10-ой минуты, челябинский «Трактор», что болтался в турнирной таблице на 3-м с конца месте, воткнул в ворота Геннадия Шутова 4-е шайбы. Нападающие гостей: Белоусов, Бец, Шорин и Бородулин как-то играючи и без каких либо усилий поражали цель, шайба словно намагниченная после самых диких отскоков влетала в сетку. Хотя, справедливости ради, Шутов мог бы парочку не очень опасных бросков и потащить.
— Вот они, твои вечерние походы по библиотекам, — высказал мне в перерыве старший тренер Валерий Шилов, — по воротам попасть не можешь! Три штанги обстрелял.
— И ещё один раз попал в перекладину, — поддакнул тренеру капитан команды Алексей Мишин.
— Хорошо, уговорили, в следующий раз пойду по девочкам, — пробубнил я, чем вызвал взрыв гогота в раздевалке. — А может быть пора Виктора Коноваленко в рамку выпустить? Ведь ещё на вчерашней тренировке было очевидно, что Сергеич в лучше форме, чем Шутов.
— Только попробуйте мне проиграть! — Шилов погрозил пальцем всей команде. — На неделю запру на базе. В вы, Виктор Сергеевич, разминайтесь, встанете на ворота, — обратился он к Коноваленко.
«Однако быстро из нашего наставника выветрились либерально-демократические представления об управлении хоккейной дружиной, — криво усмехнулся я, выкатываясь в центральный круг вбрасывания. — Всё верно, всё правильно. В этом деле с одной стороны нужны и демократия и либерализм, но с другой требуется и дисциплина. Что ж мне сегодня-то не везёт? Вчера с этой „любительницей сходить налево“ не повезло и сейчас в игре не прёт. Видать непруха дана нам за грехи наши скорбные».
Новосибирский судья Юрий Карандин швырнул шайбу вниз, и я чётким выверенным движением переиграл своего визави, Анатолия Картаева. Кстати, Картаев наравне с Белоусовым и Шориным являлся одним из лучших снайперов команды. И наш старший тренер наконец-то, во 2-м периоде, против первой тройки гостей выпустил моё боевое сочетание с Ковиным и Скворцовым по флангам, с парой защитников Фёдоров — Куликов.
Стадион, где сегодня собралось всего 6 тысяч человек, одобрительно загудел, а мы для атаки на ворота Владимира Коршакевича откатились на свою синюю линию. Но гости в белых свитерах, в центре которых была изображена, похожая на клюв прописная буква «Т», не бросились сломя голову прессинговать. Челябинская пятёрка грамотно расположилась около красной линии и принялась ждать наших активных действий. Парни в белой форме решили, раз они ведут в счёте — 2:4, то самое время половить нас на разных ошибках и оплошностях.
Я же откатился ещё глубже в оборону и, сделав вираж рядом с Виктором Коноваленко, набрал приличную скорость в своей зоне защиты. И в этот момент мне отдал пас Юрий Фёдоров. А дальше я на высокой скорости объехал Картаева, ушёл от Белоусова, который меня шлёпнул клюшкой по руке, и, уже приближаясь к чужой синей линии, отдал пас на правый фланг Саше Скворцову. Защитник гостей Николай Макаров рванул было в мою сторону, но тут же покатил спиной к своим воротам, блокируя владеющего шайбой Скворцова.
— Бросай! — заголосили болельщики на трибунах автозаводского стадиона.
«Куда бросай? Я тебе дам, бросай! — зашипел я про себя. — Разыграем!». И постучав клюшкой по льду, потребовал обратного паса. Но Саша Скворцов пробросил шайбу вдоль правого борта, чтобы её в левом закруглении уже выловил Володя Ковин. «Нормально», — рыкнул я про себя и уже привычно вломился на пятачок перед воротами гостей. Ко мне почти сразу приклеился ещё один игрок обороны «Трактора» Геннадий Цыгуров. Уступая мне в росте сантиметров пятнадцать, будущий тренер российских и казахских команд, плотно обхватил меня за талию и попытался вытолкать хоть куда-нибудь.
— Не суетись, Геннадий Фёдорович, поздно пить боржом, — хохотнул я, пока мои партнёры по команде около синей линии устроили небольшую перепасовку.
— Чё? — не понял он.
— На тренерскую тебе пора, Фёдорыч, — прорычал я и в этот самый момент защитник Саша Куликов от левого борта метнул шайбу в моём направлении.
Николай Макаров, старший брат будущей звезды мирового хоккея Сергея Макарова, смело бросил под бросок, но шайба, зацепив ногу защитника, лишь чуть-чуть потеряла в скорости. И через мгновенье сама, ударившись в черенок моей клюшки, отрикошетила в верхний левый угол ворот.
— Гоооол! — обрадовались болельщики на трибунах.
«Вот ведь зараза, бросаешь шайбу наверняка — летит мимо. Не бросаешь вообще — сама в сетку прыгает», — проворчал я про себя, сетуя на переменчивую удачу.
— Ты, чё сказал? — схватил меня за грудки Цыгуров. — Чё, ты, мне сказал?
— Мужики-мужики, — полезли нас разнимать, находящиеся на льду хоккеисты.
— Я говорю, что тренер из тебя хороший получится, в будущем, — загоготал я. — Всё! Мир!
«Хоть так, всё вперёд, — подумал я и, присев на лавку, покосился на табло, где загорелись новые цифры — 3:4 в пользу гостей. — Интересное дело: вот Геннадий Цыгуров уступает мне в росте, в весе, в скорости, достижений у него практически никаких. Но из меня тренер будет никакой, то есть откровенно бездарный, а из него тренер получится превосходный. Или нападающий „Трактора“ Валерий Белоусов в качестве наставника „Металлурга“ и „Авангарда“ в будущем трижды выиграет Российскую Суперлигу, а как хоккеист он завоюет всего лишь одну бронзу в 1977 году. А его юный одноклубник Сергей Макаров соберёт целую россыпь золотых наград, станет обладателем Кубка Канады, Кубка Вызова, 13-кратным чемпионом СССР, а тренер из него не получится. И в этом виновата либо судьба, либо среднему хоккеисту, которому недостаток таланта ежеминутно приходилось компенсировать за счёт тактического мышления, потом проще тренировать».
— Что ж ты раньше-то так не забивал? — проворчал Валерий Шилов, остановившись у меня за спиной.
Я открыл было рот, чтобы покивать на невезение, но в этот самый момент нападающий гостей Николай Бец прорвался по центру и с 12-и метров можно щёлкнул по нашим воротам. И Виктор Коноваленко эту непростую шайбу красиво отбил блином, вызвав на трибунах взрыв аплодисментов.
— А что ж вы раньше-то Коноваленко не выпустили? — хмыкнул я.
— Поговори мне ещё, — крякнул старший тренер и скомандовал тройке Владимира Орлова, — смена!
Нападающие Кокурин, Орлов, Усов, а так же пара защитников Гордеев — Астафьев вышли на лёд. И вдруг за нашими воротами кто-то принялся громко стучать на большом барабане: «Бум! Бум! Бум!». А после дружный хор десятка голосов пропел: «Горький-Торпееедо!». «Бум! Бум! Бум! Горький-Торпееедо!» — повторилась простенькая кричалка.
— Фанаты, — пробормотал Володя Ковин. — Ты, Иваныч, как уехал, так фанаты и пропали. Ты появился и они тут как тут.
— Мистика, — буркнул Саша Скворцов, а на льду вновь завязалась немного хаотичная, но бескомпромиссная борьба. — Иваныч, а сколько по-твоему Виктор Сергеевич ещё сможет отыграть в рамке ворот?
— Если не нарушать спортивный режим, то ещё пару сезонов, — кивнул я и в подтверждении моих слов, новая контратака гостей закончилась тем, что Коноваленко намертво поймал шайбу в ловушку. И тут я обратил внимание, что Скворцов тыкает своего друга Ковина локтем в бок.
— Кхе-кхе, — прокашлялся Володя Ковин, — а ты, Иваныч, сколько сезонов отыграешь за нас?
— Посмотрим, чем закончится этот чемпионат, но ничего обещать не могу, — проворчал я, так как с этим вопросом ко мне уже несколько раз подходил администратор команды Иосиф Шапиро. Иосиф Львович искал для меня съёмную однокомнатную квартиру, и постоянно намекал на хорошую новенькую «двушку», но не в наём, а в полное моё личное пользование, при условии, что я останусь в команде ещё на пару лет. И тогда я ему прямо сказал, что раньше лета эту тему лучше не поднимать, так как планов у меня громадьё, а возраст уже ветеранский.
— Тройка Тафгаева на лёд! — скомандовал Валерий Шилов.
— Если ты в следующем сезоне опять собираешься уехать, то в этом надо брать золото, — обиженно пробубнил Скворцов, когда мы через калитку вышли на ледяное поле.
— Может, сначала с «Трактором» разберёмся, а потом будем строить планы на золото, серебро или бронзу? — хмыкнул я, покатившись на вбрасывание в средней зоне.
«Какое золото? ЦСКА сейчас вне конкуренции. Максимум серебро», — проворчал я, выиграв шайбу на вбрасывании. Однако тут же организовать качественную атаку не получилось. Пас от нашего игрока обороны Володи Астафьева на его тёзку Ковина перехватил нападающий гостей Пётр Природин, который свои лучшие матчи проведёт за московское «Динамо». Но и в этой игре Пётр нам уже успел немного испортить настроение, когда в конце 1-го периода ассистировал Бородулину. И в данный момент Природин смело пошёл вдоль левого борта в нашу зону защиты.
И я тут же рванул в защиту к воротам Коноваленко, не хватало ещё после обреза пропустить обидную шайбу. А нападающий гостей ловко увернулся от нашего второго защитника Владимира Гордеева и пересёк синюю линию. Зрители на трибунах моментально притихли. Коноваленко чуть-чуть выкатился из ворот, сокращая угол обстрела, а я уже на всех порах летел по центру стараясь перекрыть пас на правый фланг, по которому накатывал другой игрок «Трактора» Владимир Бородулин.