Владислав Морозов – На западном направлении (страница 30)
В общем, вся Прибалтика вдруг взяла и побежала. Этого следовало ожидать, поскольку все три «маленьких, но гордых народа» слишком долго внушали сами себе паскудную психологию вечных жертв, к которым постоянно приходят какие-то злые чужие дяди, которые диктуют всем этим эстам, земгальцам и жмудинам свою волю. И теперь в мозги местных обывателей просто не вмещалось, что вообще возможно остаться и пытаться хоть как-то защитить свою столь священную «свободу и независимость». Нет, сейчас им всем надо было немедленно бежать куда-нибудь подальше отсюда, где другие, уже «добрые», дяди позаботятся о них, накормят, обогреют, а потом, надо полагать, будут судиться с «азиатскими оккупантами» по поводу возвращения Прибалтике независимости. И судиться они будут лет пятьдесят, а значит, уже можно будет и не возвращаться обратно, оставшись в какой-нибудь тихой стране Евросоюза в священном статусе беженца, т. е. отбирая пропитание у негров и арабов.
В Европе и США эти события вызвали недоумение, хотя бы потому, что ролик о «русском вторжении» всплыл в Сети за несколько часов до того, как должно было быть обнародовано официальное заявление Госдепа США о вторжении русских в Литву. Теперь же получалось, что русские вторглись не в то время и не в том месте (а точнее – в совсем другую страну), а значит, все заготовленные заранее заявления и меморандумы надо было выбросить в помойное ведро. В попытках хоть как-то подправить имеющуюся концепцию американцы и их коллеги из Брюсселя пытались связаться с эстонским правительством, но там не отвечал ни один министр или военный руководитель, возможно, из-за отсутствия связи. Масштабы охватившего Прибалтику хаоса американцы пока представляли смутно, но в тех немногочисленных местных воинских частях, с которыми на какое-то время восстанавливалась связь, отзывались лишь дежурные офицеры в чине капитанов или лейтенантов. Куда делось все местное военное руководство – американцы были не в силах понять, как, впрочем, и многое другое.
Хотя кто-то побежал, сверкая пятками, а кто-то ждал «вежливых людей». Но за несколько прошедших часов ни один русский солдат или танк еще не пересек прибалтийских границ. При этом многим на этой территории уже вовсю мерещилось то, чего в действительности не было. Именно на это и рассчитывал Генштаб ВС РФ.
Действие 3. Война по-русски
Калининградская область. Польско-российская граница. 5 июня. Рассвет.
Главной ударной силой, олицетворяющей НАТО при наступлении на Калининградский Оборонительный Район, должна была стать специально пополненная по такому случаю дополнительными подразделениями 16-я Поморская механизированная дивизия имени Казимира Ягелончика, со штабом в Эльблоге, чьи подразделения в последние десятилетия всегда дислоцировались напротив этого участка российской границы – 15-я Гижицкая мехбригада, 20-я Бартышицкая мехбригада, 9-я бронекавалерийская бригада, 16-й Поморский артполк, 13-й Эльблонгский полк ПВО, 16-й батальон управления, 3-й разведбат и ряд других мелких частей.
После усиления 16-й дивизии за счет временной передачи в ее состав полусотни «Леопардов-2А4» из 1-й Варшавской танковой бригады имени Тадеуша Костюшко и дополнительных, недавно полученных из-за океана САУ М109А6 «Паладин» в распоряжении командира дивизии генерала дивизии Комуда имелось намного больше обычного комплекта боевой техники – 230 танков (50 «Леопардов», 70 РТ-91 «Тварды» и 100 Т-72М), около 300 БМП-1, колесных БТР «Росомак», БРДМ-2 в местных вариантах типа «Шакала» и МРАПов, 12 155-мм САУ М109А6, 18 152-мм САУ «Дана», 48 122-мм САУ 2С1 «Гвоздика», 18 122-мм РСЗО М-85, 16 ЗРК 9К33 «Оса» и более 10 000 человек личного состава.
Считалось, что для действий против сосредоточенных под Калининградом российских войск этого будет достаточно, поскольку предполагалось, что недавно развернутый там заново 11-й армейский корпус русских, относящийся к частям береговой обороны их Балтийского флота, располагает всего двумя кадрированными бригадами (336-я бригада морской пехоты и 79-я мотострелковая бригада), одним мотострелковым полком (7-й мотострелковый полк), одной артиллерийской бригадой (244-я артбригада), одним ракетным полком береговой обороны (25-й полк) и одним полком ПВО (2-й полк), при этом разведка НАТО оптимистично полагала, что большая часть из имеющихся в составе 11-го корпуса нескольких сотен единиц тяжелой техники и артиллерийских стволов находится на долговременном хранении и, скорее всего, неисправна, а ни одна часть означенного корпуса не имеет полной штатной численности. Сведения о прибывших под Калининград на время учений «Запад-2020» российских частях были предельно недостоверны, и в НАТО излишне оптимистично полагали, что эти подразделения не способны нарушить сложившийся в регионе за последние два десятка лет баланс. Некоторые сообщения в СМИ об учениях «Запад-2020» и участвующих в них войсках вообще воспринимались на Западе как пропаганда.
Разумеется, позади 16-й дивизии наличествовало и нечто вроде «второго эшелона», в частности 12-я Щецинская механизированная дивизия в полном составе, но этот «второй эшелон» должен был быть задействован только в том случае, если русские все-таки перейдут границу и окажутся на территории Польши. В последнее польскому командованию верилось как-то слабо.
Сообщения о непонятных событиях последних часов в Прибалтике никого в польском военном руководстве сильно не удивили. Поляки традиционно относились к прибалтийским военным свысока, за глаза называя их «гоблинами», «гномами» или «пигмеями» (аналогичными словами самих поляков называли американцы и прочие немцы), и считали их ни на что не способными. Правда, по плану намечалось некоторое взаимодействие с литовцами, которые должны были во время наступления поляков перекрыть свой участок российской границы на направлении Шилуте – Таураге – Смалининкай – Шакяй – Кибартай, но роль, которую они должны были играть, была насквозь пассивной. В общем, хотя никакой связи с литовскими штабами и не было, польских генералов это как-то не настораживало.
Предварительные данные о противнике были, разумеется, сильно устаревшими. После потери двух спутников вышел из строя еще один – КН-218. Этот отказ стал сюрпризом, тем более что на сей раз аппарат остался на заданной орбите, но у него начались необъяснимые проблемы с управлением и передачей данных на Землю. Американцы еще не знали, что это последствия проникновения в их оборонные компьютерные сети запущенного в последние сутки вируса, имевшего российское или восточноевропейское происхождение. Сей факт был установлен только спустя четверо суток, когда уже было поздно. Пока же из-за этого досадного казуса поступающая с орбиты «картинка» была далека от совершенства, к тому же летом, когда буквально все изрядно нагревалось за день, было мало пользы от наблюдения со спутников в инфракрасном режиме.
Попытка поднять разведывательные БПЛА закономерно окончилась ничем. Из 23 аппаратов у 5 сразу начались неполадки со связью, еще 10 вернулись сразу после пересечения границы (на их обзорных камерах пропало изображение или начались сильные помехи и сбои при передаче информации), а контакт с 8 был потерян полностью, то есть дроны были либо сбиты, либо противник перехватил управление ими. Поскольку количество беспилотников в польской армии даже с учетом последних поставок было, в общем, невелико, на высшем уровне было принято решение не использовать БПЛА «до прояснения обстановки». А когда эта самая обстановка прояснится – не знал никто.
Тем не менее, даже несмотря на все проблемы со связью, спутниковым наведением и полетами БПЛА из Варшавы был отдан приказ действовать по плану, то есть провести артподготовку и наступать.
За всем этим была оставлена без внимания и еще одна серьезная несостыковка. Тщетно пытавшиеся понять, что происходит в Прибалтике, и хоть как-то согласовать текст своего заявления по этому поводу, Госдеп США слишком долго тянул время. В итоге данное заявление Госдепа «О российской агрессии против стран Балтии и ответных мерах со стороны НАТО» попало в СМИ и Мировую паутину только через сорок минут после того, как первые польские снаряды разорвались на российской территории.
В 5.30 по варшавскому времени огневые средства 16-й Поморской механизированной дивизии начали обстрел территории противника.
Дивизионы «Паладинов» и РСЗО М-85 (чешские копии БМ-21 «Град» на четырехосном шасси «Татра»), развернутые северо-восточнее Бранево, начали обстрел заранее выявленных возможных позиций российских войск (данные, разумеется, были старые, двух-трехсуточной давности) на направлении главного удара дивизии, в районе Мамоново.
Развернутые восточнее, в районе Бартошице, дивизион колесных 152-мм САУ «Дана» и два дивизиона 122-мм 2С1 «Гвоздика» открыли огонь по Багратионовску и предполагаемым российским позициям возле шоссе, идущего в сторону Черняховска, – там намечалось направление второго удара дивизии.
В районе Бранево РСЗО успели сделать ровно один залп, а САУ М109А6 выпустили в общей сложности 90 снарядов, когда рядом с огневой позицией дивизиона «Паладинов» совершенно неожиданно разорвалась пара тяжелых снарядов.