Владислав Моисейкин – Хроники Алдоров. Проклятый дар (страница 14)

Уже начинало темнеть, когда они наконец приехали к дому, где жил Рикард, припарковав джип в переулке, они поднялись на третий этаж. Квартира была опечатана и на двери прикреплен магический замок, который закрывал барьером всю входную дверь. Орк снял с кармана значок и поднес к сканеру, послышался щелчок, и барьер исчез, открывая доступ в квартиру. Унгар на всякий случай отстегнул ремешок на кобуре, который удерживал гигантский пистолет и шагнул внутрь.

Все та же квартира, какую он помнил, ничего необычного, вся мебель на тех же местах, только следы группы криминалистов, которые засыпали чуть ли не все комнаты и мебель порошком, который помогал снимать отпечатки пальцев. Ничего необычного в квартире не было, только в открытое окно налетело листьев с дерева, да и мебели не так много, чтобы проводить длительный обыск. Компьютер Рикарда забрали на осмотр в участок и теперь только десятки тараканов властвовали в квартире.

– Думаю, ни черта мы тут не найдем, – проворчал орк, облокачиваясь на стену.

– Я смотрю, ты сдался через пять минут, как тебя вообще еще на службе держат, верзила?

Эльфийка не прекращала обыскивать каждый уголок квартиры, пока не заглянула в каждый шкаф и даже за плинтуса. Орк же с улыбкой следил за ее усилиями.

– Ага! – вскрикнула Инарис и показала орку маленькое перышко.

– Ну ты молодец, – усмехнулся Унгар. – Улика так улика, теперь точно дело раскроем!

– Ты, может быть, мозгами и не блещешь и информация у тебя стирается через час, но я напомню тебе, мой клыкастый друг, что в твою тачку врезалась птица, такого же окраса, разве нет?

– И че? – отмахнулся орк.

– Ниче, – помедлив ответила эльфийка. В рапорте, в разделе улик, подобные перья встречались и, по сути, никакого проку, кроме факта присутствия в квартиры птицы, не давали. А это и так было известно.

Унгар фыркнул.

– Хорошо, допустим эта птица прилетела сюда за Риком.

– Или это была его воскрешенная птица, и все было им спланировано? – парировала Инарис.

Она что-то еще говорила, но Унгар ее уже не слушал и думал теперь только о темной фигуре, что следила за ними в маленький бинокль с соседней крыши.

– …и если это было спланировано, то…

– Замолчи и не оборачивайся, – резко оборвал свою напарницу орк. – На соседней крыше за нами наблюдает кто-то. Если мое зрение меня не подводит, это эльф, черная форма, больше ничего не различить.

Зрение орка не было острее эльфийского, и он не мог различить длинных ушей, торчащих из маски.

– Я видела похожего эльфа утром, – прошептала Инарис. – У меня есть идея.

– Нет, постой! – выкрикнул Унгар, но было поздно. Соседний дом всего на один этаж выше, и разделяла дома только узкая односторонняя дорога. Со скоростью кошки, Инарис развернулась и швырнула в наблюдавшего за ними эльфа деревяшку с рунами, точно такой же она сковала бродягу на улице. Эльф явно не ожидал подобного, но увернуться он сумел, выронив бинокль.

Колба упала в пяти шагах от незнакомца, и из нее во все стороны вылетели зеленые лианы. Орк видел, как ноги эльфа обвил один из отростков и протащил его несколько метров по крыше.

– Бежим! – крикнула Инарис и рванула из квартиры. Орк же не стал тратить время на лестницу и сиганул в открытое окно, успев схватиться за ствол дерева, по которому съехал вниз. Инарис выбежала из подъезда, увидев орка, на секунду опешила, но останавливаться не стала, лишь прибавила скорости. Они влетели в подъезд соседнего дома и мигом добрались до двери, ведущей на крышу, она оказалась заперта на очень массивный замок, но это ни на секунду не задержало напарников, и орк, не останавливаясь, вынес дверь вместе с петлями. Но как только они оказались на крыше, их опалила волна огня. Инарис успела заметить догорающие корневые цепи и эльфа, входящего в портал и закрывшего тот изнутри.

Не дожидаясь, пока рассеется все пламя, напарники рванули к месту закрывшегося портала. Орк развернул голову и увидел, как эльф ходит в квартире Рикарда.

– Да вы, мать вашу, издеваетесь?

Было ясно, что их попросту выманили из квартиры. В окне промелькнула фигура незнакомца, и в ту же секунду прогремел выстрел, Инарис надеялась, что с такого небольшого расстояния сможет хотя бы ранить его, но тот лишь безразлично шагнул в пространственный разлом, держа что-то в руках.

Напарники стояли на соседней крыше, обреченно смотря на окно, в квартиру Рикарда. Второй раз Инарис встречает этого эльфа, и второй раз он ускользает прям из ее рук. Она глянула на Унгара, вид у того был весьма безрадостный, да и к тому же рубашка на плече медленно горела.

– Ты горишь, – сообщила она напарнику.

– Ага, – вздохнул орк и продолжил стоять на крыше даже не шелохнувшись.

Инарис пожала плечами, убирая пистолет в кабуру, она все равно не дотянулась бы до плеча орка, чтобы потушить пламя, и направилась обратно в квартиру. Вернувшись, они увидели, что маленький кусочек стены над телевизором отсутствовал вместе с обоями.

– Кажется, он забрал видеокамеру. Видимо, за парнем следили, – предположила Инарис.

Унгар осмотрел отверстие, действительно, если бы он хотел спрятать маленькую камеру, он бы выбрал это же место.

– Это нам ничего не дает, кроме вопросов, – пробубнил орк.

– Это дает нам еще один выговор за порчу места преступления, – сухо съязвила эльфийка.

Орк вздохнул и зашагал на выход. Напарница последовала за ним, аккуратно закрыв за собой квартиру. Спустившись к машине, она тут же услышала Унгара, который только успел открыть дверь.

– Да он че там все обгадил, что ли?!

В машине царила ужасная вонь, и только довольная морда пса выражала полную непричастность к происходящему. Но к облегчению орка, салон был совершенно чист.

– Кофе, – с улыбкой сообщила Инарис, – его всегда после него пучит.

Унгар еще минуту постоял возле внедорожника и, только удостоверившись, что запах немного проветрился, сел в машину, открыв настежь окна. Он понятия не имел, что делать дальше, и обреченно пялился на приборную панель. Эльфийка же листала свой маленький блокнотик, в который записывала все, чтобы не забыть.

– Есть идея. Возле места, где погиб Эл, нашли труп птицы, рассеченный пополам. Криминалисты могли уже закончить анализ. Поехали.

– Нам не дадут ответов. Мы отстранены от этого дела, забыла? – напомнил орк.

– Местный патологоанатом мне должен одну услугу. Поехали.

Унгар молча завел внедорожник и нажал на газ.

Уже ночью они добрались до лаборатории, в которой проходил анализ. Здание находилось рядом с участком, это был обычный морг, но там же находились специалисты, профилирующие анализ всего, что связано с некромантией. Это не удивительно, ведь обычно это были покойники, воскрешенные мерзкой магией. Рабочий день уже закончился, и в лаборатории остался только дежурный специалист, молодой и, надо сказать, весьма симпатичный по меркам своей расы, гоблин сидел за столом, перебирая какие-то пробирки и постоянно бубня себе похабные песенки под нос. На лице большие очки в роговой оправе, волосы аккуратно подстрижены в модную у молодежи прическу.

Инарис постучала по дверному косяку открытой двери, но гоблин даже не повернул головы.

– Приходите завтра, рабочий день окончен.

Унгар в нетерпении протиснулся в узкий дверной проход и развернул гоблина на стуле лицом к себе. Тот едва не выронил пробирки из маленьких рук и охнул.

– Рамус, у нас безотлагательное дело.

Гоблин поправил большие очки на носу и спрыгнул со стула, относя пробирки в смешивающий аппарат.

– С каких пор тебя интересуют покойнички, лейтенант? В прочем не важно, я прекрасно знаю, что ты не допущен к делу, и да я знаю, что тебе нужна эта курица, не держи меня за идиота.

– Рамус, лапочка, не надо вести себя как ботаник, – проговорила эльфийка. – Ты помнишь, что должен мне услугу?

Гоблин посмотрел на эльфийку, затем на орка и снова на Инарис, помедлив, он печально вздохнул и указал рукой на зеленую папку на соседнем столе.

– Если меня уволят из-за вас, я вам не прощу.

– Мы тебе очень благодарны, лапочка, –нежно проговорила Инарис и чмокнула гоблина в щеку. Унгар вопросительно поднял бровь, но напарница отмахнулась от него, мол, потом.

Рамус жестом велел полицейским следовать за ним и направился в зал, где хранились покойники. Некоторые контейнеры были запечатаны магическими замками, а на одной даже стояла максимальная защита, которую ставят обычно по особому случаю, когда не уверены в окончательной смерти покойника. Гоблин вписал свое имя в журнал персонала и открыл один из больших железных ящиков, предварительно встав на небольшую лесенку.

В контейнере лежали две половинки сокола, которого орк узнал сразу и безошибочно. Все те же повреждения, но только теперь птица была разрублена надвое.

– Анализ показал, что птица была воскрешена не меньше пяти дней назад, но что самое интересное, ее воскрешали уже после довольно большого срока смерти, а если точнее, заморозки, в которой она пробыла примерно лет пять. Точнее сказать очень трудно.

– Надо сказать, она не выглядела как чумной зомби, когда я видел ее в последний раз.

– Это-то и самое странное, – ответил Рамус. – Скорее всего птицу заморозили либо сразу после смерти, либо еще будучи живой, но при разморозке начался процесс деградации тканей. Некромант, который оживил ее, либо средней категории, либо сделал это намеренно.