Владислав Маркин – Носитель номер 101 «Алое небо» (страница 5)

Они были не такими, как те, что открывал Архитектор. Те были спокойными, холодными, техничными. Эти — дышали. Их края пульсировали в такт чужому сердцу, из глубины доносился низкий гул, похожий на рёв далёкого зверя.

— Что это? — спросил Саша, выходя из машины.

— Врата вторжения, — ответил первый. — Открылись сегодня утром. Прямо на территории базы.

— Как?

— Мы не знаем. Творцы, видимо, нашли нас быстрее, чем мы нашли их.

Саша подошёл ближе.

Запах ударил в нос — озон, горелая плоть и что-то сладкое, приторное, от чего подташнивало. Воздух вокруг Врат дрожал, как в жаркий день, и давил на психику — тяжёлый, чужеродный, враждебный.

Система внутри Саши ожила.

ОБНАРУЖЕНЫ ВРАТА ВТОРЖЕНИЯ (РАНГ B)

Источник: Внешнее измерение («Домен Творцов»)

Монстры: Воины Творцов (ранг D-C)

Угроза: Высокая

Рекомендация: НЕ ВХОДИТЬ В ОДИНОЧКУ.

— Не входить в одиночку, — прочитал Саша вслух.

— Что? — спросила женщина.

— Система советует не соваться одному.

— И вы послушаетесь?

Саша посмотрел на Врата. Красный свет пульсировал, маня, притягивая, обещая опасность и силу.

— Нет, — сказал он. — Ждите меня здесь.

— Александр! — крикнул первый, но Саша уже шагнул в портал.

Внутри было темно и жарко.

Саша оказался в огромном зале из чёрного камня — обсидиан, покрытый красными прожилками. Стрельчатые своды уходили вверх, теряясь в темноте. Вдоль стен горели факелы — не обычные, а с зелёным пламенем, которое не дымило, но пугало своей неестественностью.

Запах здесь был сильнее — озон смешивался с медью и потом. Чужим потом.

Саша сделал шаг вперёд.

Из-за колонны вышел первый воин.

Он был в золотых доспехах, покрытых символами, которых Саша не узнал. Лицо скрывал шлем с узкой прорезью, из которой горели два красных глаза. В руке — копьё с навершием в виде раскрытой ладони.

Система выдала информацию:

ВОИН ТВОРЦОВ (РАНГ D)

Уровень: 25

HP: 120/120

Способности: Копьё света, Доспех нестабильности.

— Ты кто? — спросил Саша.

Воин не ответил. Он поднял копьё — и наконечник вспыхнул золотым светом.

Саша уклонился в последний момент — луч прошёл в сантиметре от его плеча и выжег в чёрной стене глубокую борозду.

— Не хочешь говорить — не надо, — сказал Саша.

Он выпустил Огненный шар — один, без предупреждения. Шар ударил воина в грудь, доспех треснул, но не развалился. Воин пошатнулся, но устоял.

— Крепкие, — отметил Саша.

Второй удар — Водное копьё. Воин попытался блокировать копьём света, но вода обошла блок и ударила в лицо. Шлем треснул, из прорези потекла красная жидкость — не кровь, что-то другое, светящееся.

Воин упал на колени.

— Ты не должен был приходить, — сказал он вдруг. Голос был металлическим, искажённым, но слова — понятными. — Ты не готов.

— Готов или нет — я здесь, — ответил Саша.

Он положил руку на голову воина — и активировал поглощение.

Фиолетовый свет вырвался из его груди, втянул воина внутрь. Доспех треснул, рассыпался в прах, а под ним... Саша увидел лицо.

Обычное лицо. Уставшее. Испуганное.

Воин был человеком.

Или был им когда-то.

— Прости, — сказал Саша.

Воин исчез.

Из темноты вышли ещё четверо.

Такие же доспехи, такие же копья, такие же красные глаза. Но они не атаковали. Они стояли и смотрели.

— Вы знаете, кто я? — спросил Саша.

— Ты — Носитель №101, — ответил один из них. — Тот, кто убил Архитектора. Тот, кто носит в себе Пожирателя.

— Зачем вы здесь?

— Мы служим Творцам, — ответил второй. — Это наш долг. Наша честь. Наша... — он запнулся.

— Смерть, — закончил третий. — Мы знаем, что умрём. Но мы не можем ослушаться.

— Почему?

— Потому что они внутри нас, — сказал первый, коснувшись шлема. — Они видят всё, что мы видим. Слышат всё, что мы слышим. Если мы ослушаемся — они убьют наших семьи. Наших детей. Наших богов, которым мы молились до того, как стали... этим.

Саша сжал кулак.

— А если я убью вас — вы станете свободными?

— Да, — ответил первый. — Наши души уйдут в эфир. И Творцы не смогут их достать.

— Вы хотите умереть?

Четверо переглянулись.

— Мы хотим свободы, — сказал второй. — Если смерть — единственный путь — пусть будет смерть.

Саша закрыл глаза.

Пожиратель внутри него рычал — нетерпеливо, требовательно. Но Саша не слушал.