Владислав Кулигин – Союз бородатых (страница 2)

– Да, что? – громко спросил фон Клаус, успевший переодеться в роскошный персидский халат вишневого цвета.

Дверь приоткрылась, и, в проеме показался полноватый мужчина среднего роста, который, будучи охранником барона, вежливо спросил: « Господин барон, здесь официант у двери, пропустить?»

– Разумеется, – коротко ответил господин Герхард фон Клаус XII.

Охранник тут же исчез, и в номер вошел официант, катя впереди себя тележку с продуктами, на которой прекрасно устроились омары, виноград и французское вино. Официант, невысокий брюнет, щуплого телосложения, с заурядным лицом, которое, однако, немного украшала окладистая борода небольших размеров, делавшая его отличным от других, вежливо обратился к барону: « Господин барон, вот ваш заказ».

Получив от триумфатора оплату и щедрые чаевые, невысокий брюнет сразу поспешил удалиться, сказав только, что их главное блюдо славиться на весь Петербург. – Отведайте, господин барон – вы не пожалеете, – сказал официант перед тем, как покинул апартаменты.

Триумфатор, после его ухода, задумчиво осмотрел тарелку с главным блюдом, которая была закрыта железным колпаком. Недолго думая, он снял колпак, и, вдруг, его лицо исказила гримаса ужаса. Блюда на тарелке не оказалось, вместо этого там лежал длинный листок бумаги, на котором красовалась надпись красными чернилами:

«Ну, что повеселился на партийные денежки? Пришел твой час расплаты!»

Внизу красовалась надпись в том же стиле: «Союз бородатых».

Глава III. Киевский Шерлок

После того, как господину барону пришла повергшая его в хаос и душевные волненья записка, он поднял на ноги всю свою не малую личную охрану, желая во что бы то ни стало найти ненавистного автора. В государственные органы господин барон обратиться не решился, да и не мог. Если не дай бог узнают, что он в недалеком прошлом жил в России под другим именем (которое в прочем тоже было ложным), и сотрудничал с террористами, тогда и его репутации придет конец. Нет уж, такого допустить он не мог, не имел право он позволить какому-нибудь венценосному столоначальнику, с потными ладошками, прибрать к рукам его деньги, имя и репутацию честного дельца.

И каков результат? Полнейший провал! Его доблестные охранники не нашли ни малейшей зацепки. Господин барон предполагал, что автором может являться уцелевший после подавления восстания бывший соратник. Но все же это маловероятно, ибо он, еще будучи в Сингапуре, интересовался насчет старых товарищей. К его полнейшей радости, все они по данным из надежных источников, были убиты во время подавления восстания. Поэтому, пришедшая к нему записка и вызвала такой шок. Она являлась словно весточкой из потустороннего мира. Обманутые желали отмщения сквозь пекло преисподней. Да и этот «Союз бородатых» – чертовщина какая-то…

А ведь в это утро исполнялась ровно неделя с того злополучного дня, как ему, Герхарду фон Клаусу, испортив аппетит и весь день, пришла поганая записка.

Но не будем о грустном. Ведь господь все равно милостив, и видит тружеников дела добра. Именно поэтому, барон не волновался, он знал, что рано или поздно надоедливому анониму воздастся по заслугам. В это солнечное Петербургское утро миллионер находился в своем новеньком, шикарном и недавно купленном особняке на Васильевском острове. Двухэтажный дом из двенадцати комнат, построенный в романском стиле, пришелся по душе барону. Сегодня фон Клаус пил свой обычный утренний чай с лимоном, сидя в большом и мягком кресле, подле камина, в котором потрескивали, обгорая, свежие поленья. Он как обычно просматривал свежую утреннюю корреспонденцию, которую ему регулярно приносили.

Это занятие стало вполне привычным. Вот и в это утро, перелистывая свежий номер «Санкт-Петербургских Ведомостей», немец русского происхождения, внимательно просматривал рубрику за рубрикой, статью за статьей. В надежде обнаружить что-то, представляющее важность, или опасность, для него или его дела.

Вдруг, во время этого занятия, уже собравшись перелистывать страницу и приступить к изучению следующей рубрики, внимание банкира привлекла одна небольшая, ни чем не примечательная статейка.

«Киевский Шерлок Холмс, разгадывает очередное дело!

Проживающей в Киеве, господин Т. Г. З., широко известный жителям Малороссии, как Киевский Шерлок Холмс (в виду того, что он по роду деятельности, частный детектив, и весьма успешный) раскрыл леденящее душу преступление, от которого лихорадило всю округу. В Киеве, благодаря содействию господина частного детектива, утром, третьего дня этого месяца, был пойман душегуб, от рук которого пострадало более двадцати граждан. При поимке у маньяка обнаружено орудие убийства, а также украшения и драгоценности, принадлежавшие его жертвам.

Таким образом, господин Т. Г. З. еще раз подтвердил свое высокое звание лучшего частного детектива в Малороссии, и возможно и всей Империи. Жители Киева могут спать спокойно, потому, что в их городе живет такой человек!»

Господин барон медленно прочитал статью еще раз от начала и до конца. Потом долго, словно не веря, смотрел в текст невидящим взглядом.

– Аркадий! – позвал фон Клаус, звеня колокольчиком, и считая, что его явно не достаточно.

Спустя мгновение, в комнату вбежал полноватый мужчина среднего роста в коричневой тройке.

– Вызывали, господин барон?

Слушай, возьми-ка ты вот эту газету, и прочти самую нижнюю статью, – сказал барон, протягивая ему «ведомости». – Что ты об этом думаешь?

Аркадий быстро пробежал глазами текст, и скороговоркой, выпалил:

«Я слышал об этом человеке, хотя, он конечно дилетант, но свое дело знает. Вот, уже который раз полиции содействует».

– Значит так, едем в Киев как можно скорее, я хочу встретиться с этим умником, может он окажется полезен, – неторопливо, обдумывая каждое слово, сказал банкир. – Распорядись там, Аркадий, чтобы собирались и купили билет.

– Сию минуту, – сказал, козырнув, словно офицер, Аркадий.

Глава IV. Дом №6. Мир воды

Безграничный мир воды, над которым царило вечно облачное серое небо, простирающийся во все стороны, куда не посмотришь, завораживал. Привлекала не только природная безмятежность воды, а само осознание того, что в этом мире есть только она.

От всего увиденного сразу становилось как-то спокойно, умиротворенно – рай для тех представителей человечества, жизнь и работа которых приносит им немало душевных терзаний. Только окунаясь в подобную среду, на положении бессмертного существа-соглядатая, сделанного из чего-то эфирного, легче воздуха, можно полностью успокоить свою душу, понять, упущенное ранее, и увидеть свой путь к счастью.

Вот и сейчас, совершая очередной полет над этим великолепием, он приблизился к счастью. Какое же это прекрасное ощущение, так хорошо, легко, свободно…

Его чудесное состояние вдруг начало меркнуть. Поблекло, и вместо царства воды теперь зияла черная пустота. Как же не хотелось возвращаться…

Высокий, сильно полный человек, лет тридцати пяти, одетый в грубое серое рубище, и такие же штаны, сидящий в позе лотоса на пушистом синем коврике, открыл глаза. Его лысую по бокам голову, венчал солидный национальный украинский чуб, как у древних запорожских казаков. Лицо его делали выразительным длинные усы, опущенные к низу, опять же, на казацкий манер.

Медленно оглядев комнату, где не было даже обоев, не говоря уже обо всем остальном, он, слегка улыбнувшись, поднялся на ноги.

– Добрый день гарне, життя, – сказал Тарас Гапонович Затрищенко, бывший антрополог Императорской Академии Наук. Бросив еще один мимолетный взгляд на комнату, он, открыв широкую дверь с венецианским стеклом, покинул ее. Перед ним предстал широкий коридор, который, в отличие от убогого помещения, был хорошо обставлен. Там оказались еще две больших двери, одинаково похожих друг на друга. Прошлепав босыми ногами по блестящему, недавно начищенному паркету, господин бывший антрополог, вошел в соседнюю комнату.

Маленькое помещение, с большим окном, почти в полстены, возле которого стоял письменный стол, обтянутый зеленым сукном. Рядом с ним по обеим сторонам, одинаковые, обтянутые кожей стулья. Кроме этого, по обеим сторонам от двери, стояли два шкафа. Подойдя к одному из них, в котором находилась одежда, Тарас Гапонович переоделся, облачившись вместо серой нелицеприятной одежды, в элегантный английский костюм. Теперь он почувствовал себя не в своей тарелке, но, зато, много уверенней, чем в старомодном сюртуке, в котором смотрелся просто нелепо. Обувью ему послужили старые, бережного хранения, лакированные туфли.

Экипировавшись, элегантный господин устроился на стуле у окна. Достав из ящика стола, маленький, легко помещающейся на ладони, камешек, он вдруг, поцеловал его. Господин Затрищенко прекрасно помнил, как он попал к нему. Четыре года назад, в его бытность действующим антропологом, он совершил научно-исследовательскую экспедицию в Тибет. Там, он изучал особенности строения скелета древних туземцев. Прекрасно зная о том, что в пещеры с захоронениями вход строго воспрещен, и, по местным преданиям, охраняется духами. Как-то раз, он забрел в глубокую пещеру, изучая тамошние артефакты, как вдруг, там начался обвал.

Дальнейшие воспоминания начинались с буддийского храма, в котором он очнулся. У строптивого антрополога из далекой Российской Империи была сломана нога. Монахи выходили его, спасли жизнь. Это событие стало переломным моментом в жизни. Пока раны заживали, ученый жил среди монахов. Целый год прошел, пока тот полностью выздоровел. За это время, пришлось выучить их язык, и проникнуться некоторыми таинствами. Одним из которых являлась наука духовного успокоения души и тела посредством медитации.