Владислав Кулигин – Пришелец из рая (страница 5)

Покинув корабль, предварительно запрограммировав его на прием пищевых рационов, которые я собирался заказать, для чего существовал специальный грузовой отсек, я собрался уйти с летного поля космопорта и направиться в здание терминала, куполообразная крыша которого видна отсюда, как меня остановил робот-регистратор. Небольшой причудливый агрегат – белый металлический цилиндр с восьмью руками-манипуляторами, для обслуживания сразу нескольких клиентов, висел в паре метров над землей.

– Каков предполагаемый срок стоянки вашего корабля? – отчеканил металлический голос робота.

– Срок не определенный, – сказал я. – Все будет зависеть от того, как быстро я улажу свои дела.

– Максимальный срок стоянки корабля для граждан, не проживающих на планете Каратак – десять стандартных суток.

– Возможно ли продлить? – с надеждой спросил я.

– Нет, Каратак – является главнейшим логистическим центром во всем секторе, каждое свободное место здесь имеет важное значение.

– Хорошо. Я заплачу за десять суток.

Вместо ответа на обращенной ко мне стороне регистратора отодвинулась металлическая пластина, открыв мне гнездо безналичного расчетного аппарата. Я достал из внутреннего кармана куртки бесцветный шестигранный дата-кристалл размером с ноготь и вставил его в гнездо.

– Пятьдесят платежных единиц ассамблеи удалено с вашего счета, – сообщил робот. – Желаете проверить?

– Нет, я доверяю точности аппаратов такой важной планеты, – сказал я, забирая кристалл.

– Добро пожаловать, – сказал робот, более веселым, как мне показалось, тоном. – Ваш временный регистрационный номер «542Ф», не забудьте его.

Поблагодарив электронного болвана, я продолжил свой путь к терминалу центрального космопорта. Проходя мимо транспортных площадок, я заметил погрузку трех кораблей и разгрузку двух. Большинство операций происходили в автоматическом режиме. Местная сервисная служба работала на славу. Со стороны это выглядело очень занятно для такого вот вынужденного туриста, как я, никогда ранее ничего подобного не видевшего. Прямо под кораблем разверзалась огромная пропасть, каменное покрытие опускалось внутрь, но судно продолжало висеть в воздухе удерживаемое антигравитационными полями. Все крупногабаритные грузы спокойно выплывали из корабля в герметичных контейнерах и исчезали в черном жерле образовавшейся пропасти. Через определенное время, если в этом появлялась необходимость, черная пасть пропасти извергала во чрево корабля контейнеры с новым грузом. Что ни говори, но даже на Лирии не было такой системы погрузки. Превращать собственную планету в полый шарик, доверху набитый всеми возможными вещами с бескрайних просторов галактики, на такое способны только жители Каратака.

Вдоволь насладившись увиденным, я достиг края посадочной площадки. Плоская каменная ладонь космодрома уступила место бескрайним ровным зеленым лужайкам, уходящим к горизонту. Таких пейзажей не бывает на живых планетах. Ровные, будто вырезанные из камня, полностью игнорирующие любые порывы ветра травинки, уходили к горизонту, насколько хватало глаз. Нигде в дали не проглядывал лес, не просматривались холмы, только серый купол терминала космопорта возвышался над округой.

«Странное место»: подумал я.

Через зеленые поля к терминалу вели две узкие черные полосы. Самодвижущееся дорожное покрытие, мерно везущее экипажи кораблей к космопорту и обратно было в метр шириной.

Насколько я мог судить об этой планете, подобная система транспортировки выглядела весьма достойно, даже экологично. На Лирии подобные движущиеся треки проложены в изобилии в парках и заповедниках, чтобы не повредить флоре и фауне. Хотя, глупо сравнивать свой родной мир с местом, которое увидел впервые. Вряд ли существ, добровольно превративших свою планету в базу оптовой торговли, заботила экология. И что заставляет работать эту транспортную полосу – еще большой вопрос.

Во сколько здесь бывает час-пик, я не знаю, робот-регистратор мне об этом не сказал, но сейчас видимо другое время. Одна из полос – та, что шла от терминала оказалась полностью загружена. Сотни существ самого разнообразного вида стояли друг за дружкой, терпеливо ожидая прибытия к летному полю. Поджарые двухметровые фигуры кренков в национальных серебристых одеждах, полуметровые синекожие лилипуты – жители Зелмаута, парочка землян, невесть каким образом затесавшиеся так далеко от своей родины. Люди – два высоких брюнета в светло-синих брючных костюмах, завидев меня, заулыбались, помахали руками, что-то прокричали на непонятном наречии – очевидно, приняли за своего. Это вполне понятно, ведь мой третий глаз сразу не заметен, особенно издали. Сосредоточившись на мне и завидев очертания третьего глаза на моем лбу, они потеряли ко мне интерес. Я лишь виновато развел руками, мол, со всеми бывают казусы.

Почти вся ассамблея была представлена здесь. Встав на полосу, направляющуюся в сторону терминала, я удовлетворенно расправил плечи, наслаждаясь свободой. Моя транспортная полоса оказалась почти пустой, лишь далеко впереди виднелась какая-то поджарая фигура в черном одеянии. Очевидно, сегодня заканчивался срок простоя внушительной части кораблей на летном поле, а прибывающих оказалось немного.

Полотно транспортера перемещало только экипажи кораблей, не грузы. Мерно двигаясь со скоростью приблизительно равной десяти километрам в час, транспортер позволял мне рассматривать окрестности и проезжающих по соседнему треку пассажиров, направляющихся на летное поле. Поскольку из окрестностей кроме зеленых равнин не было ничего, я с любопытством занялся изучением пассажиров. Мне еще не доводилось видеть такого разнообразия чужаков, как за прошедшие несколько мгновений. Почти всю жизнь я провел на Лирии, а если и покидал ее, то лишь для коротких межпланетных рейсов на колонии и базы в нашей же звездной системе. Меня такой порядок вещей абсолютно устраивал. Инопланетян я видел в основном в программах информационной сети. Внезапно я подумал о том, насколько все-таки разными стали мы с братом.

Через полчаса я прибыл к большому куполообразному зданию из прозрачного материала. Вблизи конструкция терминала космопорта предстала совершенно в ином свете, чем издали. Прозрачный купол оказался не однородным, а состоял из множества граней, этакий большой драгоценный камень. Размерами это великолепие достигало метров двадцать в высоту и в несколько раз больше в ширину. Осматривая диковинное здание, я мысленно поблагодарил землян, за то, что они подарили галактической ассамблее свою удивительно простую и точную систему счисления. Метры, километры, сантиметры и парсеки гораздо более удобны, чем глаксианские джессы или даже наши сторжи, и прекрасно отражали истинное положение дел, именно поэтому земная мера счисления стала официальным стандартом ассамблеи.

Транспортеры шли к зданию и уходили прямо в него через прозрачные арки, провозя прилетевших представителей различных рас прямо в терминал и увозя готовящихся к отлету. В одиночестве я преодолел арку и успел оценить строительный гений жителей Каратака. Арка представляла собой хороший срез всего материла, из которого состояло здание. Я искренне удивился тому, что толщина стен там достигала от силы пару сантиметров.

«Вот это да!»: подумал я. « Держать такую громаду здания на тонких перекрытиях, это и впрямь достойно похвалы!»

Внутри терминала оказалось не так просторно, как можно представить, подъезжая к нему со стороны. Всего в двадцати метрах от арок, треки заканчивались, и начиналась высоченная стена, из такого же прозрачного граненого материала, как и само здание. Эта стена как ножом отрезала большую часть пространства. Самодвижущаяся дорожка для прибывающих на планету, на которой стоял я, ушла в пол прямо перед будкой из белого твердого материла, в которой сидело существо в синей, явно форменной одежде с нашивками. Создание напоминало гигантского кузнечика-переростка коричневого цвета, которому какой-нибудь сумасшедший ученый пересадил нормальные, похожие на человеческие, руки. Синяя униформа смотрелась на нем просто нелепо.

– Ваши документы, – сказало создание, вероятно коренной житель планеты, на межпланетном официальном языке галактической ассамблеи. Его голос, почти такой же чеканный и монотонный, как у робота-регистратора, слегка подрагивал, придавая ему неприятный оттенок.

Я молча достал тот же самый дата-кристалл и протянул его таможеннику. Это конечно не означало, что я собираюсь предложить ему взятку, просто на моей родине документы, подтверждающие личность и платежная система совмещались для удобства их пользователя. Но конечно так было далеко не везде и многие представители власти этого не знали. Данный абориген планеты Каратак также посмотрел на меня как-то странно. Во взгляде его больших фасеточных глаз я уловил осуждение и вместе с тем легкую иронию.

Тем не менее, секунду поколебавшись, таможенник взял мой дата-кристалл и убрал его куда-то внутрь своей будки. Я терпеливо ждал. Проделав с ним ряд манипуляций, таможенный служащий, покачав треугольной головой, вновь протянул мне кристалл.

– Ваша личность установлена, Намид, гражданин Лирии, – сказал он, наконец. – При вас есть багаж?