Владислав Колмаков – Броненосное танго (страница 35)

При помощи паровой машины такой монитор мог развивать скорость в десять узлов. Что было очень даже неплохо. Если учесть, что данный броненосец береговой обороны был построен на основе гражданского парохода. В общем, для защиты побережья Вестралии и наших портов эти два броненосных корабля подходили просто идеально. Кстати, на этот раз флотские чиновники не стали перебарщивать с пафосом. И назвали эти два монитора «Скат» и «Мурена». В честь двух видов прибрежных, хищных рыб, которые водились у побережья Вестралии. Название было с определенным смыслом.

Эти рыбки были не такими крупными хищниками как акулы или хищные киты, водившиеся на глубине в здешних океанах. Однако, они могли вас смертельно удивить. Так у мурены имелись ядовитые зубы. А скат мог бить свою жертву костяным шипом на своем подвижном хвосте. И тот шип также выделял яд, смертельный для человека. В общем, прямо как и наши небольшие мониторы с их очень серьезными пушечками эти рыбки были очень опасными и смертоносными. И могли вас удивить очень сильно со смертельным исходом. Надеюсь, что и наши мониторы точно также будут смертельно удивлять реарцев при встрече. Но в любом случае я получил свои деньги за «Ската» и «Мурену». После чего их в торжественной обстановке передали военно-морскому флоту Вестралии. А затем мониторы получили команды из военных моряков и заступили на боевое дежурство в портах Рифолка и Крэйга. И я при этом чувствовал гордость и уверенность от того что изделия наших кораблестроителей охраняют покой Вестралии.

Кстати, я договорился с флотом, что они у меня купят еще два таких же монитора. Помните, у меня остались еще два трофейных парохода из наших призов, взятых при Кроссе? Я их специально не стал тогда продавать или выменивать. И вот теперь на моей верфи начали строиться еще два однобашенных монитора по такому же проекту как «Мурена» и «Скат». На строительство первых мониторов у нас ушло примерно по четыре месяца. Я надеялся, что и эти два мелких броненосца береговой обороны мы тоже будем строить столько же времени. Кстати, американское название для этого типа броненосных кораблей как-то незаметно прижилось среди местных моряков с моей подачи. Они ведь вслед за мной и стали называть эти однобашенные броненосцы береговой обороны мониторами.

А всем здесь это необычное и непонятное название почему-то понравилось. Поэтому в этом мире в истории кораблестроения теперь появился такой тип броненосного корабля как монитор. И никто из местных этим как-то особо сильно не заморачивался. Все просто думали, что я обозвал так эти небольшие броненосцы, использовав какое-то малознакомое слово местных дикарей, проживающих в джунглях этого дикого материка. А там ведь столько диалектов существует у тех самых диких кералов, что даже демон Хаоса ногу сломит. Вот все и решили, что монитор — это так какая-то опасная водяная тварь на туземном языке называется. Мда! Штирлиц еще никогда не был так близок к провалу. Но местное гестапо его эпичного промаха просто не заметило. Потому что оно им на фиг не упало!

А после спуска на воду мониторов «Мурена» и «Скат» мы провожали в море четыре наших капера. Я их назвал тоже со смыслом «Мародер», «Убийца», «Рейдер» и «Грабитель». Это были те самые клиперы, захваченные нами в морской битве при архипелаге Кросс, что потом я выкупил у своих моряков. Заплатив им их призовую долю. Я ведь наш с командующим вестральским флотом разговор не забыл. И потом мы с ним обсудили мою идею более подробно. После чего он выдал каперские патенты на четыре моих клипера. Затем я сам набрал туда команды. С этим снова не возникло никаких проблем. Хорошо быть знаменитым героем. Это привлекает людей, которые хотят служить под твоим командованием. В общем, команды мы набрали довольно быстро. Потом все четыре клипера получили вооружение. По шесть сто пятидесяти миллиметровых морских пушек, что мы сняли с трофейного реарского линейного корабля. Для боя против военных кораблей противника этого будет явно маловато.

Вот только мои каперы и не должны вступать в бой с каким-нибудь реарским корветом или фрегатом. Да, даже с вражеским шлюпом не надо биться. Толку от такого трофея все равно мало. А вот проблем можно много заиметь. Ведь наши клиперы не заточены для боя. Это быстроходные парусники. Их тут еще моряки выжимателями ветра называют в шутку. А пушки моим каперам будут нужны для устрашения купцов. Вот для того чтобы догнать одиночный реарский торговый пароход и принудить его сдаться под дулами немногочисленных орудий, эти самые пушки и нужны будут. А в случае если на горизонте вдруг появится военный корабль противника, наши клиперы должны будут поднимать паруса и драпать оттуда на полной скорости. Ведь сейчас их при попутном ветре ни один боевой корабль догнать не сможет. Вот такую я и предложил тактику использовать капитанам своих каперских клиперов. Ведь их главная цель — это захват торговых судов Реарской империи. Именно для этого я их и выпускаю в море. И конечно, я на тех вооруженных клиперах в море не пойду. У меня и тут дел хватает. Каперами будут рулить мои доверенные люди. Которых я сам лично выбрал и назначил капитанами этих кораблей. По сути своей эти самые каперы теперь будут пиратами, которые находятся на службе у вестральского государства. Тут есть такой пункт о каперах в местном международном праве. Ну, а по факту эти клиперы принадлежат мне. Поэтому я буду получать адмиральскую долю прибыли в шестьдесят процентов со всех захваченных ими в последствии вражеских кораблей. Остальные же сорок процентов уже станут получать члены команд моих каперских судов. Здесь я все в рамках закона делаю. И никто меня за пиратство осудить не сможет. Даже реарцы не смогут прикопаться к моим каперам. Так как те будут действовать совершенно официально как боевые корабли вестральского военного флота.

Глава 21

Охота на купцов.

Следующие пять месяцев прошли без визитов вражеских флотов к берегам Вестралии. Реарцы даже не стали гонять сюда свои одиночные пароходы или клиперы, чтобы попытаться хоть как-то проскользнуть через нашу морскую блокаду. Которую мы установили в районе побережья, возле порта Драйса. Из-за этого снабжение реарского карательного корпуса, засевшего в Драйсе, по морю полностью прекратилось. Видимо реарцы поняли, что пускать сюда одинокие и беззащитные транспортные корабли будет просто глупо. Они ведь к этому моменту уже потеряли несколько десятков торговых судов и боевых кораблей в этом проблемном районе. И даже крупный морской конвой, охраняемый многочисленными военными кораблями, мы тоже разбили. Поэтому флот Реарской империи на какое-то время решил взять паузу. Предоставив нам такую необходимую передышку на море.

Что уже в свою очередь позволило вестральскому флоту отремонтировать все захваченные ранее трофейные, реарские корабли. И затем уже не торопясь ввести их в строй. Из-за чего теперь к прежнему составу военно-морского флота Вестралии добавились следующие корабли. Два деревянных, винтовых линейных корабля, которые были зачислены в реестр нашего флота под названиями «Кросс» и «Драйс». Эти бывшие линкоры Реарской империи некогда носили имена «Разрушитель» и «Ярость империи». Их переименовали в честь наших громких морских побед на страх врагам и на радость нашим людям. Кроме того в строй под вестральским флагом вступили трофейные, винтовые фрегаты «Принц Альбер», «Зачинщик» и «Шуфолк». Эти корабли также получили новые имена, войдя в вестральский военно-морской флот. Теперь их называли «Свобода», «Герой» и «Керал». Последний трофейный фрегат получил свое новое имя в честь героически погибшего в бою при Кроссе вестральского парохода-фрегата «Керал». И на новом «Керале» сейчас служило довольно много моряков из команды его предшественника. Бывший реарский корвет «Альбатрос» тоже переименовали птичьим именем в «Сокол». В общем, судя по всему, уже сейчас Адмиралтейство Вестралии начало создавать свои славные морские традиции. Называя корабли именами их героически погибших в бою предшественников или в честь славных морских побед. В принципе, правильно они мыслят. Это ведь помогает создавать среди матросов и офицеров атмосферу боевого братства и гордости за свою службу. Моральный дух личного состава очень важен для поддержания боеспособности любого военного флота. И наши адмиралы это очень хорошо понимали.

Кроме этого за эти месяцы на моей верфи достроили и продали вестральскому флоту еще три броненосца. Это были два новых монитора, получивших имена «Омар» и «Краб». Тут флотское начальство продолжало оставаться, в своем репертуаре. Поэтому всем мониторам давали названия морских обитателей. Ну, а третий броненосец, который за это время сошел со стапелей, был тот самый однобашенный, батарейный броненосец, который мы перестраивали из винтового реарского фрегата «Буреносец».

Этот большой мореходный броненосец был немного меньше нашего «Красного принца» и имел всего лишь одну орудийную башню, а не две. И вместо десяти пушек калибра двести двадцать миллиметров с каждого борта на нем имелось лишь по восемь таких орудий на борт. А так то по дизайну он был похож на наш самый первый броненосец «Красный принц». Правительство Вестралии без споров выкупило у нас и этот новый броненосный корабль. Который получил имя «Боевой молот». Это наш командующий флотом придумал такое вот название.