Владислав Колмаков – Броненосное танго (страница 24)

А мы тем временем подсчитывали потери и повреждения. Когда мне сообщили, что у нас на данный момент имеются лишь шестеро убитых и одиннадцать раненых. А из повреждений враги только слегка покорёжили такелаж на мачтах «Красного принца». Да одно вражеское ядро каким-то образом умудрилось попасть по стволу орудия в носовой башне. В результате чего от кончика ствола нашей пушки оторвался кусок. И вести огонь из нее стало опасно для жизни. Но пушка во второй башне все еще была в рабочем состоянии. Да, и орудия на нашей орудийной палубе тоже были в порядке и готовы к стрельбе.

Вот и все! Других повреждений у нашего броненосца не имелось. Поэтому я решил продолжить это избиение младенцев и ломание шаблонов у местных мореплавателей. Я уверен, что это наше морское сражение при порте Драйсе впоследствии войдет во все учебники по тактике морских сражений. И по нему потом будут учить будущих капитанов и адмиралов, как броненосцы могут эффективно воевать против деревянных кораблей. Ну, а пока стоит нам продолжить.

При нашем приближении к гавани порта Драйса мы увидели все то же множество транспортных кораблей реарцев. И они все также продолжали высаживать войска на берег. Были тут и три винтовых фрегата «Палач», «Буреносец» и «Знамение», которые ранее на полных парах драпали от нас с места недавнего морского боя. Сейчас он были здесь и наводили среди гражданских судов какую-то суету. Видимо хотели предупредить их об опасности. Кстати, тут еще были те шлюпы и пара корветов, которые всю эту толпу реарских транспортов и охраняли. «Красный принц» появился внезапно и начал сеять хаос и панику в рядах врагов. Впрочем, нам никто особо и не препятствовал. Ведь те военные корабли реарцев, что тут к этому моменту имелись даже и не подумали бросаться, нам наперехват и вступать в бой.

Вместо этого они просто начали трусливо разбегаться в разные стороны, сея панику и неразбериху среди своих транспортных судов. В результате чего и все реарские пароходы с парусными клиперами тоже стали разбегаться кто куда. Выгружать войска и припасы на берег они конечно при этом прекратили и стали просто спасаться бегством. В ходе этого неконтролируемого и панического бегства несколько кораблей столкнулись между собой. Четыре транспорта и винтовой фрегат «Буреносец» выскочили на отмель. И были потом нами захвачены. А еще семь пароходов и два клипера сдались на нашу милость. Там хватало даже одного пушечного выстрела из пушки калибром двести двадцать миллиметров перед носом такого судна, чтобы эти безоружные корабли Реарской империи просто останавливались и спускали флаг.

А вот остальные вражеские корабли к сожалению смогли от нас удрать, воспользовавшись царившей неразберихой. Мы просто физически не могли угнаться сразу за всеми ними. Слишком уж много целей в этот раз было в море. Поэтому части врагов все же в этот раз удалось благополучно скрыться. Кстати, им в этом в том числе помогли и сумерки, спустившиеся на море. В наступающей ночи видимость значительно ухудшилась. Поэтому я распорядился прекратить поиск и преследование кораблей противника. Так закончилось морское сражение при порте Драйсе.

Глава 15

Награды и призы.

Эта небывалая победа одного корабля над целой вражеской эскадрой произвела в вестральском обществе настоящий фурор. Я и команда моего броненосца моментально стали национальными героями Вестралии. И конечно же, на нас всех буквально полился дождь наград. Мне тоже перепало от родного вестральского правительства. Мне вручили вновь утвержденную самую высшую награду Вестралии. Которая называлась «Орден свободы 1-го ранга». По внешнему виду эта награда напоминала причудливый Андреевский крест из золота. На котором была выгравирована надпись «Ради Свободы». Еще из новых наград появился «Орден свободы 2-го ранга». Этот выполнен из серебра. И его в основном вручали моим старшим офицерам. А «Орден свободы 3-го ранга» был бронзовый. Эта награда уже предназначалась для младших офицеров и нижних чинов. При этом золото для наград чисто из символизма было взято из корабельных касс на реарских кораблях, захваченных нами при Драйсе. Серебро также использовалось оттуда. А вот бронзу взяли от пушек все тех же трофейных реарских кораблей. Причем то золото, серебро и те бронзовые пушки у нас правительство Вестралии специально ради такого случая выкупило. Чтобы новеньких орденов понаделать. Стране ведь уже сейчас нужны были свои герои. Чтобы воодушевить народ на подвиги. И мы такими героями стали.

Кроме этого мне также было присвоено внеочередное воинское звание адмирал-капитан. Это было уже низшее звание адмиральского ранга, дававшее его носителю пожизненную пенсию и привилегии от государства после отставки. И с такими званиями люди уже имеют право водить в бой целые эскадры. И в связи с этим, командующий военно-морским флотом Вестралии гранд-адмирал Рик мел Шойцер предложил мне взять под свое командование еще пару военных кораблей. Первым был винтовой сорока двух пушечный фрегат «Рассвет», а вторым двадцати двух пушечный паровой корвет «Рейнджер». Я их внимательно осмотрел и признал годными к несению службы. Нормальные кораблики, в общем. Конечно не самые новые. Но все еще достаточно крепкие и с рабочими машинами.

Команды на них, правда, были не полностью укомплектованы. Ведь после объявления независимости часть моряков, служивших на кораблях колониального флота, охранявшего анклав Вестралия. Просто и быстро уволились со службы. Не все хотели воевать против реарского флота. И да! Помните, я тут рассказывал про лоялистов в Вестралии? То есть тех, кто был против отделения от Реарской империи. Но кроме них и патриотов, ратовавших за независимость от власти реарского императора. Была здесь и довольно значительная прослойка нейтралов. Эти люди жили по принципу «моя хата с краю». Таких ведь на самом деле в любом обществе хватает. Тех, кто просто хочет отсидеться, в стороне и никуда не лезть. Вот и среди вестральских моряков тоже такие люди нашлись. Поэтому эти вот два корабля все еще имели вакансии в своих командах. Правда, мы эту проблему быстро подправили. Когда объявили о наборе новых моряков для моей эскадры. Которую назвали «Эскадрой открытого моря». Служить под командованием героя Драйса внезапно пожелало довольно много народу.

Ведь мы недавно стали очень популярными людьми в обществе Вестралии. А Стэна мел Эмрика газетчики пафосно называли национальным героем и спасителем вестральской нации. И фотографии с моим лицом довольно часто стали мелькать на страницах здешних газет. Да, что там говорить? Если про нас и об этом морском сражении при порте Драйсе даже иностранные газеты начали писать, а не только наши вестральские. Первыми про этот эпичный морской бой написали гастийские журналисты.

Эту информационную эстафету подхватили в Готарском королевстве, которое, между прочим, до сих пор воевало против Реарской империи. И готарцам было выгодно, что Вестралия восстала против реарского владычества. Я слышал, что именно они первыми и признали наше новообразованное государство. И даже установили с нами дипломатические отношения. А после них, кстати, Вестралию признали уже гастийцы. И еще несколько стран, которым заносчивые и агрессивные реарцы когда-то сделали какую-нибудь гадость. А таких на самом деле было довольно много. Реарская империя ведь строила свое колониальное могущество не только на войнах с какими-нибудь дикарями. В бростайцами реарцы тоже частенько всекались не по-детски. И многих успели обидеть.

Поэтому неудивительно, что нашу молодую страну как-то очень быстро признали во многих цивилизованных странах этого мира. Просто назло реарцам. В общем, в политической и экономической изоляции мы не остались. Да, геополитика — она такая вот злопамятная, сука. И поэтому материал про обидное и позорное поражение реарского флота всего лишь от одного вестральского корабля стали перепечатывать во многих бростайских газетах. Ведь это же была самая настоящая мировая сенсация. Такого здесь еще не случалось. Первое сражение броненосца против деревянных кораблей вышло ну очень эпичным. Кстати, журналисты там к моему изумлению даже особо ничего не переврали. Ведь многие из них тут общались с непосредственными участниками морского сражения при порте Драйсе.

Причем газетчики брали интервью как у меня и наших моряков с «Красного принца», так и опрашивали реарских пленных матросов и офицеров. Которых, кстати, набралось довольно много. Поэтому полную картину тех эпичных событий журналисты смогли получить и правдиво описать. Конечно, без художественных прикрас не обошлось. Но в целом газетчики там в своих статьях ничего особо не смогли переврать. Поэтому сейчас мою хмурую рожу знает не только вся Вестралия, но и весь цивилизованный мир этой планеты Церенталь. И мне на это по большому счету наплевать. Я, ведь моряк, а не какой-нибудь певец или актер. Мне эта популярность на хутор не уперлась. Мешает только иногда. Меня уже стали на улице узнавать и даже здороваться совсем незнакомые мне люди. Уф, хорошо, что хоть автограф не просят и с дурацкими просьбами не лезут. Эпоха здесь еще не та. Нет тут пока никаких инфантильных блогеров. И хвала Порядку за это!