Владислав Колмаков – Битва за Британию (страница 11)

Вражеские бомбардировщики быстро растут в прицеле моего истребителя. Так, что это тут у нас летит такое двухмоторное? Познакомьтесь. «Хейнкель Не-111» немецкий средний бомбардировщик. С таким зверем мне в воздушном бою еще сталкиваться не приходилось. Но его слабые места я все же неплохо знаю. Не зря же я так вдумчиво изучал таблицы ВВС по немецкой технике. В советских и британских технических справочниках подробные данные об этом германском бомбере есть. Разведки этих стран неплохо поработали. Впрочем, немцы свои «Хейнкели» как-то особо и не секретили. Итак, пулеметных оборонительных турелей у этого германского самолета хватает. Спереди и сзади к нему лучше не соваться. Можно и отхватить. А вот сбоку этот двухмоторный бомбер очень даже рекомендуется атаковать. Поэтому сейчас мы заходим на цель с левой полусферы. Три тройки вражеских самолетов плотным клином спокойно летят к порту. Если они нас и заметили, то никак это не показывают. С боевого курса не уходят. Маневрировать не пытаются. Тупо тянут по прямой линии. Сейчас мы им курс немного подкорректируем. Беру в прицел головной Не-111. Его я буду бить первым. Потом немного завалю свой «Спитфайр» на правое крыло и пройдусь из всех стволов вдоль вражеского строя. Начинаем шоу!

У меня никаких матов не хватает, чтобы выразить то, что я сейчас чувствую. Эти долбаные авиапушки опять заклинило. После того, как я обстрелял ведущий «Хейнкель», разнеся ему один из моторов. Поэтому пришлось стрелять по остальным бомберам нацистов только из двух пулеметов. Для них такой мой обстрел, как слону дробина. Хорошо, что у моего ведомого все пулеметы исправно работают. В общем, сбить мы никого не сбили, но изрядно напугали. Хотя нет! Головной «Хейнкель», подстреленный мною в самом начале, стал вываливаться из строя. Его пробитый мотор быстро разгорается. Видя это, другие пилоты немецких бомбардировщиков стали лихорадочно скидывать свои бомбы, так и не долетев до порта. На кого Бог пошлет.

После чего строй из оставшихся восьми Не-111 дружно повернул на юг и начал отходить, ощетинившись трассами пулеметов. Нет, соваться к ним мне совсем не хочется. С таким-то слабым вооружением. Два пулемета маловато будет. Сбить точно никого не собью, а вот отхватить могу не по-детски при этом. «Хейнкели» машинки крепкие. И моими двумя пулеметиками их долго придется ковырять. А это ненужный риск. Зачем нам такой экстрим? Мы лучше добьем вон того ведущего вражеских бомберов, который уже выпал из общей группы и сейчас, пачкая воздух горящим мотором, пытается тоже уйти на юг. Разворачиваю свой «Спитфайр» к обреченному «Хейнкелю». А я его хорошо обработал, пока пушки не заклинило. Сейчас он еще летит. На одном моторе. С трудом, но еще держится в воздухе. Пора его мучения прекратить. На этот поврежденный мною бомбардировщик опять захожу сбоку. Только в этот раз атакую справа, а не слева. Там у него мотор еще целый. Вот по нему и целюсь. Пришлось подходить поближе, чтобы уж наверняка попасть в цель. Немец пытался маневрировать. Пытался подставить меня под огонь своих турелей. Опытный гад попался. Но ничего у него не вышло. Я ведь тоже не салажонок желторотый. И прекрасно вижу, что он хочет сделать. И я ему этого сделать не дам. Не подставлюсь и домой его не отпущу. Маневренность у меня лучше во много раз. Я же не зря сюда в Англию ехал. Вот за этим самым. Чтобы сокращать количество немецких пилотов и их самолетов. Чтобы как можно меньше их потом на Восточный фронт попало. В Советский Союз. Когда немцы на него нападут.

Ну, вот к второму мотору «Хейнкеля» тоже пришел толстый-толстый полярный лис. Я его уговорил с одного захода. Даже двух пулеметов хватило. Правда, патронов истратил для этого целый вагон. Но результат меня радует. Немецкий бомбардировщик отправляется вниз к земле, а мы разворачиваемся туда, где в небе крутится карусель воздушного боя. Где «Спитфайры» 54-й эскадрильи воюют с «Мессершмиттами». Надо нашим немного помочь. Да, и глупо мне сейчас лезть к вражеским бомберам со своими двумя пулеметиками. А вот истребители ими еще можно попугать. Если умеючи. А я умею. А Литхэрт со товарищи тоже времени не теряли. Пока мы с Колином Греем возились с теми «Хейнкелями», они смогли сбить один «Мессершмитт», а два повредить и заставить выйти из боя. Правда, и сами потеряли один «Спитфайр». Правда, летчик наш, к счастью, уцелел и смог выпрыгнуть с парашютом. Значит, скоро он к нам вернется на аэродром. А самолет ему другой выдадут. У нас несколько запасных «Спитфайров» в дальнем ангаре на авиабазе стоит как раз для таких случаев.

Ныряю вниз. Литхэрт и его парни в ходе воздушного боя спустились очень низко. Меньше чем на шестьсот метров. И сейчас там крутятся на виражах с «мессерами», пытаясь их подловить. Там внизу в данный момент установился шаткий паритет сил. Ни немцы, ни наши не могут взять верх в этом противостоянии. Пора и нам вмешаться. Коршуном падаю на пару «сто девятых», которые пытаются догнать на вираже самолет нашего комэска. Его ведомый куда-то делся. И Литхэрту приходится тяжело. Вражеские истребители его никак не могут догнать и ведут огонь с дальней дистанции. Но попасть никак не могут. Хреново стреляете, товарищи арийцы! Сейчас я вам покажу, как это надо делать правильно. Захожу на головной «Эмиль», преследующий «Спитфайр» нашего командира эскадрильи. Я чуть выше и сзади. Ракурс атаки градусов сорок пять. Целюсь, не забывая об упреждении. По быстро движущимся целям только так и надо стрелять, целясь не в них, а перед ними. Пора! Нажимаю гашетку, и мои пулеметы Браунинга начинают стрекотать. М-да! Это вам не пушки. К басовитому рыку которых я уже привык. Мощь у них не та. Винтовочный патрон откровенно слабоват в таких делах. Всего-то 7,7 миллиметра. Даже в тот же одномоторный «Мессершмитт Bf-109» надо очень много патронов всадить, чтобы его гарантированно сбить. Что и требовалось доказать. Попасть-то я попал. Но не сбил с одного захода. Вот авиапушки бы этот истребитель ведущего вражеской пары уже бы в клочья разодрали. А после моих двух пулеметов он только запарил мотором и довольно шустро начал уходить в сторону и вниз. Все! Литхэрт ему больше не интересен. Второй «сто девятый» тоже рванул, но в другую сторону. Это уже после того как его Колин Грей обстрелял. Не попал, но напугал здорово. Немец даже и не думает о дальнейшем преследовании нашего комэска или бое с нами. Испугался, бедолага. И его можно понять. Атака на истребитель с задней полусферы – это настоящий кошмар для летчика. Неудивительно, что многие пилоты начинают паниковать в такой ситуации.

– Спасибо, Пятый! Я твой должник! – кричит в моем шлемофоне голос Литхэрта, когда мы в темпе вальса проносимся мимо его «Спитфайра», преследуя недобитого мною немецкого ведущего.

– Всегда пожалуйста, Лис! Обращайся, если вдруг что! – со смешком отвечаю я, пытаясь загнать юркий и тонкий силуэт вражеского истребителя в свой прицел.

А этот немец совсем не хочет умирать. Пытается выскользнуть. Уйти на вертикаль. Вот только я тоже не зеваю и не даю ему это сделать. Отжимая короткими очередями этого проворного нациста все ниже и ниже к земле. И я в него опять пару раз попал. Отчетливо наблюдал при этом небольшие вспышки на крыле и фюзеляже «мессера». Попал, но снова не сбил. В ходе погони мы опускаемся все ниже и ниже. Вот уже мчимся над самой землей. Немец мечется как уж на сковородке. С каждым своим маневром все больше и больше теряя скорость. Мне кажется, или он еще больше запарил двигателем? Похоже, что я вижу даже слабый дымок из-под его капота. Наконец-то мне удается загнать фашистский истребитель в перекрестие прицела. Попался, гад! Нажимаю на гашетку. А в ответ тишина! Видимо, пулеметы мои тоже отстрелялись до конца. Скорее всего, патроны закончились у моих браунингов. Я же из них сегодня хорошо так пострелял. Что же делать? Этого нацистика недобитого просто так отпускать нельзя. Быстро принимаю решение и командую, пропуская «Спитфайр» моего ведомого вперед. Пускай мальчик потренируется в стрельбе. У него-то патроны должны еще остаться. Он в этом бою не так интенсивно стрелял, как я. Колин Грей меня не разочаровал. У него сейчас и пулеметов побольше, чем у моего истребителя. И стреляет он хорошо. Правда, с первого раза не попал. Немец все же смог уйти в сторону. Опытный гад! Советую Колину подойти поближе и бить наверняка. Молодец! Вторая очередь впивается в обреченный «Мессершмитт». С такой дистанции попадание сразу восьми пулеметов, даже винтовочного калибра, стало фатальным для «сто девятого». Какие-то доли секунды и немецкий самолет врезается в землю на скорости. Тут и падать-то было всего ничего. Мы же почти над самой землей сейчас пролетаем.

Поздравляю по рации Колина Грея с этим удачным попаданием. Мой ведомый пытается быть скромным. Пытается говорить о нашей совместной воздушной победе. Мол, если бы я не повредил этого «Эмиля», то Колин его не смог бы добить. Прерываю откровенность парня, говоря, что это только его победа. И его сбитый. В принципе, мне не жалко. Я себе еще трофеев посбиваю. Одним больше, одним меньше. Для меня это не критично. А Колину приятно будет. Для него это очень важно. Я это по его голосу слышу. Парня распирает от радости. Кстати, это уже шестой немецкий самолет сейчас на счету моего ведомого. Колин-то совсем уже не новичок в этом деле. Повезло мне с ведомым.