Владислав Казанцев – Опасные войны (страница 4)

– Подожди, Велла, – крикнул громко летчик, почти подбежав к ней.

Велла замедлила шаг и в процессе остановки, повернула к нему голову.

Ее улыбка сверкнула, на фоне светлого лица и ярко черных волос, так что он, даже немного притормозил приближающий натиск.

– Тимба, снова хочешь доставать меня ухаживаниями? – спросила она.

– Рад бы, сгубить себя, за такую девушку, но ведь она не оценит, – ответил летчик и красиво улыбнулся, показав свои чистые белые и крепкие зубы.

– А тебе обязательно нужна, чья-то оценка? Разве любовь хочет, измерять силу по шкале, принесенной тобой жертвы? – задала вопрос она и вопросительно посмотрела в глаза Тимбы, будто старалась увидеть там ответ.

– Согласен, не требует, но и от неё, она не отказывается. Хотя любовь, тоже не вечная, если её не питать чувствами, без жертв не обойтись, она просто исчезнет. Конечно, лишний раз, тратить свои нервы, тоже не хочется, – ответил Тимба.

Велла и Тимба, подошли к концу дороги, где было сделано два люка в стенах. Один справа, ведущий в командную, летную комнату, другой слева, в медицинский пункт.

– Вот здесь, лучше нам расстаться, чтобы твои нервы, ко мне, не пострадали, – сказала Велла и пошла, в левый отсек.

– Спасибо, что заботишься обо мне, полет только начинается, мы ещё успеем поговорить, – заинтриговал Тимба и поспешил к себе.

А в это время Томака и Питонс, подвели итоги собрания и отправились за вторым пилотом.

Экипаж космического корабля "Летучий Ферикс", вывели на старт.

Пространство и время, тайны галактик и секреты планет, призраки и живые существа, все является двигателем пульса вселенной и жизни в ней.

Сколько в космосе интересного и красивого, чего нам не хватает в обычной жизни?

Мы знаем – днем светло, а ночью темно.

Это пример образный, при привычном состоянии дня и ночи, а не так как на планете Миран.

Там из-за большой влажности – много облачности и всегда темно и облачно, хотя она летает по орбите, между двумя пылающими звездами.

Сквозь вакуум, между планетами, строятся кривые линии судеб человеческих, происходит борьба разумов, летят в неизвестное космические корабли, с отважными командирами, такими как – Томака.

– Старт – разрешаю, – раздался командный голос, в центральном динамике, связывающим Томаку, с "Центральным управлением полетами", межгалактической станции "Элеврон" и его экипажем.

– Внимание, экипаж, до старта десять минут, занять свои места и включить защитные экраны, – скомандовал Томака, после чего, экипаж расположился по своим местам.

КМ, начал громко и четко, по всему космическому кораблю, отсчитывать десять райбонновских минут, в обратном порядке.

– Девять сорок шесть, девять сорок пять… – звучали динамики, звуком поднимая адреналин в крови экипажа – "Летучего Ферикса".

Времени до старта, всё меньше и когда счет дойдет до нуля, КМ проверит защитные экраны, каждого члена экипажа.

Введет команду, "…перевести в биостопорное состояние, биологические организмы…", на срок, установленный заранее, при расчетах полёта.

То есть, временно заморозить людей или другие живые организмы, без каких либо в них нарушений и жизненно важных процессов.

Командир Томака, проверил все и всех, как ему казалось, и занял свое место в полетной камере.

Глава 2. Гибель Тримона

В космическом корабле "Летучий Ферикс" атмосфера накалилась, от множества мигающих ламп стены задрожали, двигая механическими приборами.

– Четыре двадцать восемь, четыре двадцать семь… – сквозь счет, слышался запуск, двух огромных колец двигателя, в противоположную сторону, друг относительно друга.

Зашумели паровые трубы, выбрасывая горячий воздух наружу и одновременно, набирая необходимое количество тепла, для согревания отсеков корабля, во время полета.

Обычно, в такие минуты, опытный командир, задаёт контрольный и ободряющий вопрос в микрофон, установленный в полетных камерах, каждого члена экипажа.

Но, Томака не опытный, и эту функцию подготовки, взял на себя Питонс.

– Все готовы? – спросил он.

– Все, – ответил первым Тимба и засмеялся не громко.

– Я, готов, – сказал бортинженер.

– Меня, не забудьте, готова, – веселая Велла хихикнула в микрофон.

– Командир, отправляемся на поиски сокровищ и приключений! – произнёс шутя Питонс.

– Отлично, полетели попробуем, чужие планетные яства, – Томака, пытался подбодрить экипаж.

– Еда, это к Тримону, он у нас деликатесы любит. Мне лучше дорогие камушки или металлы, – пошутил весело Тимба.

– Питание, должно быть правильное, а не как ты любишь, одни сладости, – ответил безучастно Тримон.

– Ребята, не ссориться, полет только начинается, успеете друг другу, нервы испортить, – попросила Велла.

– Два семнадцать, два шестнадцать… – идёт безвозвратно время, на часах у компьютера.

– Да, мы и не ссоримся, правда Тримон? – спросил, как бы оправдываясь Тимба и засмеялся.

– Ага, правда, только не делай, чтобы она, превратилась в ложь, – ответил сухо Тимбе, Тримон.

– Тримон, ведь я же тебя любя! Ладно, проехали, проснёмся, откроем лира и поболтаем о жизни…, – миролюбиво сказал Тимба, на что, не получил ответа, от Тримона.

– Что-то, командира не слышно? – шутил Тимба, забыв про Тримона.

– Тимба, ты показываешь, излишнее многолюбие к Велле и Тримону, а то и ко мне, проявляешь не здоровый интерес. Может, рожден в третьей расе, где двуполая любовь на первом плане, в благовзаимной любви человечества, – отпарировал нападки Тимбы, командир Томака.

– Интересно, Тимба, меня любишь? – произнес Питонс, как-то со звоном в голосе и рассмеялся.

– Я, всех люблю… – ответил тот.

Все почувствовали, что Тимба, хоть и ленивый тип, любящий женщин и богатства, но юморной и нелепый шутник.

– Три, два, один, ноль. Внимание, отсчет до старта закончен. Биологические организмы, переходят в биостопорное состояние.

– Запуск начат, – прозвучало в динамиках полетных камер.

– Ой, мамочки… – вскрикнула Велла и замолчала, уснула.

В ее полетную камеру, компьютер впустил усыпляющий газ.

– О, у меня тоже, газ пошел, я спать, до встречи после… – сказал Тимба и не договорив уснул.

Томака насторожился, ведь очередь засыпать Тримона, а компьютер "заморозил" Тимбу.

– У, меня то… – услышал Томака, но не понял, кто сказал.

Тримон или это был Питонс, так как голос оборвался…

Томака не знал, кого сейчас заморозили, но он понял, что произошел сбой и теперь, оставалось только надеяться, что все обойдется.

Томака, поздно вспомнил про аварийную кнопку, в кабину ворвался усыпляющий газ.

Мгновение и его рассудок отключился, усыпил, не дав нажать красный разъединитель запуска.

Лишь один человек, не спал и не был "заморожен".

Его полетная камера, обесточилась, а это означало одно, ему смерть.

Он не мог выйти из капсулы и нельзя было, как-либо сообщить экипажу или на Райбонн, о возникшей проблеме, аварии на космическом корабле.

Такая функция, не была предусмотрена разработчиками, красный разъединитель, находился только у командира, который спал и не мог им воспользоваться.