Владислав Картавцев – Обломова. Как попасть в команду Веры Штольц. Вера Штольц. Все течет, все изменяется (сборник) (страница 6)
– Яснее так яснее! – я окончательно перешла на деловой тон без всяких дружеских экивоков. – Целевую информацию можно сопроводить «рекомендательными письмами» – от неких потребителей ваших услуг, которых мы (при необходимости) выдумаем. Никто не усомнится, что они – потребители – существуют на самом деле: на такой случай у нас уже есть подготовленные легенды и сценарии! «Потребителей», которые будут Вас горячо рекомендовать, может быть неограниченное количество, и каждый из них обойдется Вам во столько! – я снова черкнула сумму на Post-it и показала Лукерию.
Он опять кивнул.
– Далее. В содружестве с контрагентами мы можем предложить Вам специальный пакет по раскрутке Вашего имени. Сделаем упор на модность! На выбор – телевидение, пресса, радио, Интернет! Аналогично – раскрутка любой вашей мальчуковой группы – или всех сразу! Но здесь стоимость возрастает взрывным образом – все будет зависеть от конкретных пожеланий и целей рекламной компании.
Я кончила. В смысле, замолчала. Мне было еще что сказать – но я уже сказала всё. Такой парадокс. Лукерий требовал конкретики и сухого изложения – я ему их и представила!
– Подведем итоги! – Марк посмотрел на меня лучезарным взглядом – такой обычно бывает у людей, достигших внутреннего просветления. У Марка же вместо просветления были доллары – он всегда становился немного похожим на Будду, когда держал в руках подписанный рекламный контракт. – Лукерий хоть и вынес нам мозг, причитая об ужасной дороговизне услуг, но все же мы его взяли! Пятьдесят процентов стоимости контракта будет перечислена завтра, остальные – по результату!
– Ты для чего мне это рассказываешь? – я удивленно посмотрела на Марка. – Наверное, забыл, что я тоже там была и сама лично готовила договор и приложения к нему на компьютере?
– Ну что ты! – Марк кинул в рот жвачку и яростно задвигал челюстями. – Ты же знаешь, у меня привычка – проговаривать самое важное вслух! Это я для себя акцентирую!
– А еще акцентируй, пожалуйста, что контракт мой – ты довозишь меня до офиса, а потом спокойно и выдержанно ждешь закрытия проекта. А после получаешь проценты и ведешь меня в ресторан!
– Вроде, насчет ресторана мы не договаривались! – Марк надул губы. – Ты и так вытрясла из меня скидку, так что сэкономлю на твоей кормежке!
– Эх ты, скряга! – я дунула Марку в ухо (он дернулся) и отвернулась к окну. Не очень-то и хотелось идти с ним – есть кандидаты поприличнее! Ну, или будут в обозримом будущем!
Лукерий после тягостных раздумий и долгих подсчетов на калькуляторе решил, что для него самое оптимальное – просто наше сарафанное радио (без примеси «потребителей»). В этом случае совокупный эффект на единицу затраченных долларов получается самым высоким.
В принципе, я с ним была согласна. Мне бы, может, следовало попытаться убедить его включить в рекламную кампанию еще и дополнительные услуги, но, честно – он меня так достал! Лишние пятнадцать минут в его обществе – брр! Мороз по коже! Да и как убедишь, когда он слова не дает сказать, а улыбаться и обольщать его бесполезно! Проще обольстить ледяной пень!
Впрочем, сумма договора меня вполне устраивала. Ни много, ни мало – несколько полновесных миллионов рублей (не буду говорить сколько – коммерческая тайна). Из них моих – пятнадцать процентов, из которых пятую часть я должна отдать Марку. С одной стороны – несправедливо (насчет Марка – мог бы содрать и меньше!), с другой – пусть уж лучше так, чем вообще никак. Глядишь, в следующий раз он мне опять что-нибудь подкинет!
Марк в последнее время совсем не горел желанием что-то самостоятельно делать ручками. Нет, конечно, получать комиссионные – всегда пожалуйста, а вот рыть землю – увольте! У него, как он утверждал, развилась аллергия на трудовой процесс, его тонкая ранимая натура требовала переосмысления жизненных вех, жизненного же уклада и жизненных же ориентиров. А пока он переосмысливает, ему ничего делать не хочется!
Вполне вероятно, что и Лукерия он мне спихнул по этой причине (может, Лукерий был совсем не против сотрудничать с менеджерами мужского пола, а про девушку Марк просто придумал). Кто его знает? Хотя какая мне разница? Я совсем не собираюсь ковыряться в мозгах Марка и помогать ему расхлебывать его эмоционально-интеллектуальную кашу!
– Аристарх обрадуется! – я дружески толкнула Марка в бок – типа, давай подтверди!
Он скривился:
– Катька! Откуда у тебя такие замашки? Как у извозчика в дореволюционном Питере! То в уши дуешь, то толкаешься! То стишки рассказываешь! А я, между прочим, веду машину, если ты не заметила! Перестань создавать аварийную обстановку, а если, например, хочешь меня поблагодарить – лучше поцелую в щечку!
– Ага, сейчас – в щечку! – я снова ткнула Марка, и он смешно пискнул. – Между коллегами поцелуи запрещены, ты же знаешь! Так в инструкции написано, в которой ты, между прочим, расписался! Так что до Нового года о поцелуях и не мечтай!
Глава третья. Уйди, противный – я за работой!
– Думай, Катя, думай! – звучит прямо как в том анекдоте про алкашей: «Думай, Вася, думай!»
Поразмышлять было о чем. Например, о том, каким образом так составить подмётное рекламное письмо, чтобы его сразу не удалили, как спам. А потом чтобы не плюнули в монитор, представляя, что вместо монитора – я, отправитель письма!
– Если хочешь сделать шаг вперед, делай смело! – я взяла в руки карандаш (предпочитаю писать на бумаге варианты, а не наколачивать в бездушный Word – привычка еще с университета). – Приступим, мадемуазель на выданье!
«Милостивый государь! С почтением сообщаем Вам, что мы удостоились чести представить Вам кошерного гея и его сладких мальчиков! Услуги любые, цены демократичные, эксклюзивность и кулуарность гарантированы!»
«Уважаемые господа, любители мягких задниц! На нашем сером горизонте взошла новая звезда – мальчик-гей (их много) под руководством гея-Лукерия! Услуги, цены – всё только для вас, ваши пожелания будут учтены и должным образом переработаны! И книга жалоб не понадобится!»
«Уважаемые политики и бизнесмены! Мы ценим ваше время и ваши деньги! Мы знаем цену вашему терпению и отдаем должное вашим предпочтениям! У нас есть для вас замечательный подарок – Лукерий и его кодло геев! Блондины, брюнеты, накачанные и красивые, скрасят грустный вечер под надуманным предлогом! Конфиденциальность обеспечена страховым полисом компании «Гейстрах»!
«Геев много не бывает!
Об этом любой настоящий полковник знает!
В геях давно нуждаются все – и в пустыне, и в тундре, и в среднерусской полосе!
Чтобы гея долго не искать – вот что вам необходимо знать:
Обратись к Лукерию – Лукерий подберет геев!
На вкус любой – встретят у себя или приедут к вам домой!»
– Н-да! – я отбросила карандаш и грустно посмотрела на заметки на полях. – Это все, конечно, смешно – но не очень! Стебаться можно хоть всю жизнь, а деньги зарабатывать необходимо сегодня! Боюсь, рекламные слоганы в виде кича здесь не прокатят! Целевая аудитория слишком чувствительная! Попытка номер два!
«Вам не хватает любви? Вы забыли, что такое чувственная нежность? Вы – серьезный бизнесмен и знаете, как тяжело найти в этом мире понимающего друга? Их есть у нас!»
Я сильно ткнула в лист бумаги, ставя точку, и грифель карандаша обломился.
– Я смотрю, тебе тоже не нравится? – я достала точилку, обращаясь к карандашу. – А что не нравится – сами педики или: «Их есть у меня!»? Согласна – фраза не очень, поэтому вычеркиваю!
«Друг – вот непреходящая ценность. Он не предаст и не обманет (ну, разве только несильно – и не больше десяти раз!), на него можно положиться (в прямом смысле слова) и обнять его сзади за грудь, ему можно доверить самое ценное в обработку – и даже некоторые части тела!»
– Кончай, кончай! – я покрутила шеей и вычеркнула ненужные и вредные смысловые вставки. Получилось следующее:
«Друг – вот непреходящая ценность. Он не предаст и не обманет, на него можно положиться, ему можно доверить самое ценное!»
– Кажется, дело сдвинулось с мертвой точки! – я удовлетворенно улыбнулась и встала с ягодиц, которые уже начинали понемногу расплющиваться, на полноценно задействованные ноги. – Чую, срублю на этих гомосеках денег прорву! И поэтому готова на время сотрудничества даже забыть, что они – исконные враги всех честных женщин России!
«Если друг оказался вдруг и не друг, и не враг – а так!» – вот это всё не про наших друзей. Наши друзья – самые отборные, со знанием дела взрощенные и окультуренные согласно последним прогрессивным европейским традициям. С нашими друзьями Европа становится ближе!»
– Кстати, отличный слоган, Катя! Ты не находишь? – я восторженно хлопнула в ладоши. – Если к нему прибавить, например, упоминание Скандинавии или Нидерландов, то получится – прелесть что получится!
«Наши друзья способны на многое. И многое умеют – умеют очаровать искушенное шведское и голландское общество, чувствуют себя совершенно свободными на Лазурном берегу Франции, в Монако и в Сан-Франциско! За них вам никогда не придется краснеть – с ними вы сразу окунетесь в прогрессивный мейнстрим, и никто из полицейских (мужланов и невежд) не посмеет косо взглянуть на вас!»
Зазвонил телефон:
– Катя! – это Аристарх (проверяет). – Как у тебя дела? Надеюсь, ты уже серьезно взялась за реализацию нового проекта. Помни, лени и расхлябанности в такое трудное для всех время я не потерплю! Тем более принимая во внимание, что через вашего Лукерия мы можем выйти на настоящий Клондайк, внедриться в Эльдорадо – у современных геев бабла куры не клюют!