Владислав Картавцев – Факультет. Курс четвертый (страница 14)

– Мне бы твою уверенность! – в голосе Натальи чувствовалась подавленность. – Хочется верить, что она основана на реальных знаниях, а не на пустом кураже, который у вас, у мальчиков, проявляется постоянно. Но давай лучше поговорим о Варе.

– О Варе? А что с ней опять?

– А ты не знаешь? – Наталья всплеснула руками. – Мается наша девушка, не находит себе места. Хоть и выглядит спокойнее, чем прежде. И общественность поручила мне разузнать: ты что-нибудь предпринял?

– В смысле?

– В смысле прямом! Не делай вид, что не догоняешь, о чем я говорю! Мы ведь знаем, что тебя попросили замолвить словечко о Варе перед влиятельными людьми. И у меня сразу несколько вопросов: во-первых, ты замолвил или нет, и во-вторых, как так получилось, что у тебя есть такая возможность? И скажи еще, что общаешься с министрами и депутатами!

– Да какие там министры! – скривился Кирилл (сделав все возможное, чтобы Наталья приняла его ответ за чистую монету). – Где я, а где они. Так, через МИД закинул удочку – вдруг клюнет?

– Ну-ну, – Наталья скептически хмыкнула. – Что ж. Поверю тебе на слово, хотя если честно, мне бы ты мог рассказать всё. И не думай, что я в свою очередь это кому-то разболтаю. Клянусь, сохраню тайну!

– Да я бы рассказал, если бы было что, – Кирилл поднялся. – Ну ладно, мне пора. Засиделся, а времени-то нет…

– Интересно, что будет, если, не дожидаясь пинка от Толкачева, познакомиться с союзником самому? – Кирилл вернулся к себе, искренне радуясь, что Наталья не стала его сильно допытывать. И ему не пришлось изворачиваться и врать – он этого не любил. Ему и с родителями секретности хватало! – После удачного завершения разговора чувствую в себе силы и энергию попробовать. Шутка.

– Хотя почему шутка? – минут через десять Кирилл – после того как умылся и почистил зубы – спросил сам себя. – А что, если лечь на кровать, войти в состояние взаимодействия с Силой и позвать союзника? На кровати меня никто одолеть не сможет – она же моя. Снова шутка.

Он достал плед из шкафа и взбил подушку. Подумал немного и отложил подушку в сторону – если лежать на спине, голове удобнее. А поза на спине – самая лучшая, чтобы не уснуть. Лежа таким образом, проваливаешься в кратковременный сон, это да. Но зато и быстро просыпаешься. Во время сна «точка сборки» (или позиция восприятия) сдвигается сама собой, и намного легче переместить ее в область обитания союзников.

– А то, что мне придется ее переместить, в этом никакого сомнения нет, – сделал вывод Кирилл, подключив видение. – А потом изъявить желание познакомиться и ждать, пока кто-нибудь откликнется на зов. А потом соблазнить этого кого-нибудь на время вырваться из привычной среды обитания и прийти сюда – в нашу реальность. И по силам ли мне такая задача? Не останусь ли я у союзников навсегда?

Останусь или не останусь – этого Кирилл сказать не мог. Определенно, вероятность неудачного исхода присутствовала, и она была очень высокой. Поэтому ему предстояло решить: оправдан риск самостоятельного путешествия к союзникам – или лучше подождать помощи от Факультета?

– При здравом размышлении, он (то бишь я) решил выбрать второе. Не потому, что я трус или боюсь, а потому что так поступают Воины Силы – если они понимают, что проблема не по плечу, они просто отходят в сторону. Никогда не стоит забывать, что в мире есть существа намного могущественнее нас. И оказаться на раздаче у этих существ – врагу не пожелаешь.

Кирилл почувствовал пробежавший мороз по коже. Безусловно, его настройка на союзников уже привлекла их внимание, и они чувствовали «шевеление» пространства. Но так как он не изъявил желание познакомиться поближе, их реакция была равнодушно-сдержанной.

– Нафиг вас, ребятки! – Кирилл закутался в плед, а потом спрятался под него с головой – как в детстве. – Что-то мне это сильно напоминает. Ага – «Призрака пять» Роберта Шекли.

– Автопилот справится сам, – успокоил его Арнольд. – А вот что нам делать с этим страшилищем?

Тут они заметили легкий дымок, который начал просачиваться через герметичную щель между дверью и перегородкой.

– Что это? – спросил Арнольд, в его голосе слышались панические нотки.

– Разве ты не помнишь? Ворчун может пройти в любую дверь. Ничто не в силах его остановить.

– Я ничего о нем не помню. Он ест людей?

– Нет, насколько мне известно, он разрывает их на части.

Дымок начал обретать очертания серой фигуры Ворчуна. Партнеры ретировались в следующий отсек и закрыли за собой дверь. Через пару секунд они вновь увидели дымок.

– Это нелепо! – возмутился Арнольд. – Бегать от воображаемого чудовища! Постой, у тебя же есть водяной пистолет, не так ли?

– Да, но…

– Дай его сюда!

Арнольд подбежал к крану и, наполнив пистолет водой, выстрелил в появившегося Ворчуна. Но струя воды его не остановила, и они едва успели скрыться за дверью. Для отступления оставалась лишь крошечная спальня с двумя койками, за стенами которой начинался открытый космос.

– Теперь я вспоминаю, – сказал Грегор. – Водяной пистолет никогда не мог остановить Ворчуна. Неужели ничего нельзя сделать с воздухом?

Арнольд покачал головой:

– Конечно, воздух обновляется. Но действие лонгстида-42 продолжится еще часов двадцать.

– Ты не можешь его нейтрализовать?

– Нет.

Ворчун вновь материализовался перед ними.

– Как нам его уничтожить? – спросил Арнольд. – Должен же быть способ! Волшебные слова? Или деревянный меч?

– Ворчуна нельзя убить, – ответил Грегор. – Против него бессильны водяные пистолеты, ружья с пистонами, рогатки и прочее детское оружие. Ворчун абсолютно неуязвим.

– Этот Флинн и его проклятое воображение! И зачем мы только заговорили о нем! Что же нам теперь делать?

Ворчун снова стоял перед ними. Арнольд и Грегор поспешили в спальню и захлопнули последнюю дверь.

– Вспомни, Грегор, – молил Арнольд. – Ни один ребенок не может придумать чудовища, против которого нет защиты. Вспомни!

Дымок в спальне постепенно трансформировался в серое страшилище. Грегор лихорадочно вспоминал ночные кошмары детства. Ведь ребенок всегда находит способ справиться с неизвестным. И наконец в последний момент он вспомнил.…

Под управлением автопилота корабль мчался к Земле. Ворчун был здесь полновластным хозяином. Со стонами, ворчанием и ругательствами он слонялся по пустым коридорам, заглядывал в жилые каюты и отсеки с оборудованием и нигде не мог найти свои жертвы.

Достигнув Солнечной системы, корабль вышел на окололунную орбиту. Грегор осторожно выглянул наружу, готовый тут же юркнуть обратно. Ни стонов, ни проклятий, ни легкого дымка под дверью.

– Все чисто, – сообщил он Арнольду. – Ворчуна больше нет.

Арнольд высунул голову из-под одеяла, прекрасной защиты против ночных кошмаров, и сел на койке.

– Я же говорил тебе, что водяной пистолет нам не поможет, – сказал Грегор.

Арнольд слабо улыбнулся и положил пистолет в карман:

– Я хочу сохранить его. Когда у меня родится сын, эта игрушка станет его первым подарком.

– Нет, я с тобой не согласен. – Грегор с любовью погладил койку. – Ничто не сможет защитить ребенка лучше, чем натянутое на голову одеяло…

– Ничего не сможет защитить ребенка лучше, чем натянутое на голову одеяло, – пробормотал Кирилл. – И не только ребенка, но и вполне себе половозрелого амбала, которому вдруг захотелось познакомиться с союзниками. Вот я придурок!

Лежа под пледом, Кирилл усиленно задышал, полностью переключив внимание на дыхание. Постепенно в голове прояснялось, и он смог на уровне ощущений послать в Бесконечность сигнал: «Пока он не готов». Бесконечность приняла его послание, и союзники отступили. И вскоре Кирилл уснул.

– Нисколько не сомневаюсь, – Толкачев смотрел на аудиторию, широко улыбаясь. – Некоторые из вас уже попробовали установить контакт с союзниками, и я даже знаю, кто конкретно. В этом нет ничего необычного, но меня интересует результат. Как прошло, что получилось? Ну, расскажете нам о своем опыте?

Замдекана подошел к Алексею и легонько коснулся его плеча:

– Не хочешь быть первым?

Алексей медленно встал. Кирилл обратил внимание: тот явно чувствует себя не в своей тарелке.

– Не стесняйся, – дружески напутствовал его Толкачев. – Не ты первый, не ты последний. Ты просто начинаешь.

– Ну, – промямлил Алексей, – я, как вы уже знаете, попробовал. Но сразу же получил по башке. Простите, по голове получил. Мерзкое чувство – словно меня, как шелудивого щенка, взяли, потрясли и выбросили за порог. Попутно изъяв всю мою энергию для собственных нужд. И я даже не уверен, были ли эти существа союзниками или же кем-то другим.

Алексей смущенно замолчал, и Толкачев движением руки усадил его на место.

– Нормальный, вполне предсказуемый результат, – констатировал он. – Конечно, у каждого из вас по-отдельности недостаточно сил, чтобы иметь дело с такими могущественными существами, и потеря энергии в данном случае – еще не самый худший результат. Все могло закончиться намного печальнее. И, Алексей, радуйся, что тебя просто вышвырнули – если ты как следует позанимаешься, увидишь: ты должен радостно поблагодарить за урок. И сказать самому себе: «Я сделаю правильные выводы и впредь буду осмотрительней и аккуратней». Теперь ты, Вадим!

– Да у меня, в принципе, то же самое. И добавить нечего, – ответил Вадим, не вставая с места.