Владислав Картавцев – Эспрессо ТВ (страница 8)

– Точно? Уверен? – веселое выражение с лица Сереги мигом сошло. – Уже доложил?

– Доложил и получил приказ – по зеленой ракете бить на поражение!

– Ага! – Серега подвинул к себе автомат. – Вот сейчас спляшем и станцуем!

Тем временем колонна (кроме парочки Шишиг и автобуса, в ней оказался армейский «Козел» – УАЗ-469) притормозила, не доехав метров пятидесяти до первого бетонного блока, перегородившего дорогу. Несколько минут из машин никто не выходил – но потом дверцы «Козла» распахнулись, и из него появились два человека – один в украинской военной форме с погонами полковника, второй – в натовском камуфляже без опознавательных знаков, но с желто-синей повязкой на руке.

– Внимание! – Аргун прильнул к прицелу. – Бери полковника, я поведу второго – наверняка, он из СБУ или янки!

Двое медленно приближались. Навстречу им вышел давешний майор из «Беркута» с автоматом наперевес. Его страховал еще один – Аргун видел, как тот выставил ствол АК в зазор между бетонных блоков.

– Майкоп! – рация, закрепленная возле плеча Аргуна, ожила.

– Слушаю!

– Приказываю сосредоточиться на автобусе! Коту – на первой Шишиге! Разрешаю вести огонь длинными очередями!

– Есть!

– Жаль! – Аргун кинул в рот жевательную резинку – не сигарета, но тоже немного успокаивает. – Пропустим все представление. Эх, интересно было бы узнать, о чем они говорят!

– Могу предположить! – Серега рядом оскалился. – Хохлы пытаются выяснить, кто преградил им дорогу, а заодно и провести визуальную рекогносцировку. Прощупывают силы. И нас, конечно, уже срисовали!

– К гадалке не ходи! – Аргун почувствовал неприятный холодок вдоль позвоночного столба. – Если дадим им возможность развернуться – сомнут числом, как пить дать!

– А мы не дадим! – в голосе Сереги звучала уверенность. – Лишь бы Низина не опоздал с приказом! Иначе…

Серега не закончил – в небо с оглушительным хлопком взлетела красная ракета. Почти одновременно двое с украинской стороны развернулись и направились к своим. А майор из «Беркута» поспешил укрыться за бетонными блоками.

– Красная! – Аргун проследил, как ракета устремилась вверх. – Насчет красной приказа не было. Как ты думаешь, что бы это значило?

– Хрен его знает! – Серега плавно снял АК с предохранителя. – Сдается мне, сигнал полной боевой готовности!

– Полной! – Аргун закусил губу и натянул на глаза баллистические очки. Стало видно немного хуже, но ничего – он не промажет! – Сейчас все и решится – когда начнут выскакивать из автобуса!

Полковник и «янки» тем временем вернулись к «Козлу». Взревел двигатель. Машина неуклюже развернулась и покатила в обратную сторону – в херсонские степи. Через минуту основная колонна тронулась за ней, а еще через пару минут они удалились от блокпоста уже на приличное расстояние – никак не меньше километра. И остановились.

Аргун громко выпустил воздух из легких. Снял очки. Ладони вспотели, он вытер их о бушлат:

– Кажись, обошлось! – схватил бинокль – в колонне шло движение. – Правосеки выгружаются! Ого, сколько стволов!

В бинокль было хорошо видно – из Шишиг и автобуса выпрыгивали вооруженные до зубов люди – с «калашами», в камуфляже и касках. Но военная форма сидела на них, как на корове седло, автоматы они держали, как пещерный человек случайно попавшую ему в руки античную пращу, и Аргун не сомневался – эти люди не имеют никакого отношения к регулярной армии.

– По сравнению с ними мы с тобой – капитаны спецназа в расцвете лет! – Аргун протянул бинокль Сереге. – На полюбуйся!

Сам же снова вызвал Низину.

– Докладывай! – голос Низины звучал бодро, чувствовалось – напряжение отпустило.

– Разгружаются. По нашим прикидкам – не менее семидесяти человек с оружием. АК, РПГ-7, ящики с боеприпасами, большие клетчатые сумки – может, сухпай! За старшего у них – мужик без опознавательных знаков – тот, что подходил к блокпосту!

– Есть мнение? Что за люди?

– Уверен, боевики! Уж больно похожи на лохов!

– Славно! Наблюдайте, фиксируйте активность, скоро пришлю смену!

«Во исполнение статьи 136 Конституции Украины, приведенных норм Конституции Крыма, утвержденной Законом Украины от 23 декабря 1998 года № 350-xuv, Законов Украины «О Верховной Раде Автономной Республики Крым», «О Совете министров Автономной Республики Крым» и в соответствии со статьей 112 Конституции Украины постановляю довести до сведения граждан Украины, государственных органов, органов местного самоуправления, предприятий, учреждений и организаций, их должностных и служебных лиц, что решение Верховной Рады АРК от 27 февраля о назначении Аксенова премьером Крыма принято с нарушением Конституции и законов Украины».

– Что там эта задница вякает? – Серега протянул руку к маленькому переносному телевизору и сделал звук громче. – Кажись, возмущается!

– Еще бы ему не возмущаться! – они с Аргуном сидели в палатке и закусывали чай сушеной ставридой от щедрот местных бабушек (бабушки с утра взяли на себя обязанность подкармливать ополчение у Перекопа). – Чувствует, выходит не по-ихнему, вот и бесится. А то, что выходит – здесь мы подмогнем!

– Уже! – Серега вынул из целлофанового мешка очередную рыбину и ловко ободрал с нее чешую. – Вот оказывается, что творится в Симферополе – ты только посмотри на этих красавцев – экипированы прям как мы!

– А некоторые даже покруче! – Аргун открыл краник самовара и заварил очередной пакетик чая. После многих часов в дозоре хотелось налиться кипятком до краев – чтобы внутри растаяла холодная сосулька. В противном случае и заболеть недолго.

– Как думаешь, тоже наши или уже россияне?

– Думаю, без россиян не обошлось! То, что на нас – это тоже не производство «Укроборонпрома»!

– Вот именно, что укрпром! А есть еще укргаз, укрлес и укрнефть! – Аргун засмеялся. Вид «зеленых человечков», как уже успели окрестить бандеровские пропагандисты вооруженных людей в Симферополе, очень поднимал настроение – можно предполагать, что и здесь самооборона не останется без поддержки.

– Как думаешь, ночью начнется? – Серега ткнул фигой в нос экранному Турчинову и прикрутил звук. – Правосеки с таким усердием роют окопы, как будто им баксами заплатили!

Весь день (с перерывами на небольшой отдых) они наблюдали, как выгрузившиеся из автобуса и Шишиг боевики махали лопатами, пытаясь вскопать мерзлую херсонскую землю. И даже самогон почти не пили – что для правосеков было героизмом почти невероятным! А вечером к ним прибыл небольшой трактор «Беларусь» с ржавым ковшом, и бандеровцы немедленно побросали лопаты и разбрелись кто куда.

– Вряд ли! – Аргун блаженно откинулся на спинку стула. Холодная сосулька в теле окончательно растаяла, и хоть озноб пока не собирался отступать, Аргун чувствовал – воли болезни он не даст. – Я вообще надеюсь, что это «воинство света» (или как там они себя называют) уже разбежалось по домам. Не встречал еще ни одного бандеровца, готового лезть под пули за своего поганого идола!

– Может, ты и прав! Да только лично я уверен, если в ближайшие дни подмога не подойдет, полезут и на пулеметы – как пить дать, полезут! Хозяева погонят – подсыплют наркоты в чай, как на Майдане, и отправят помирать! А что жалеть это мясо? Лучше побольше укокошить, чтоб потом деньгами и властью не делиться!

– Какой наркоты? – Аргуну стало интересно, что Серега имеет в виду. Ни о чем подобном он не слышал!

– Обыкновенной! От которой люди превращаются в зверей! – Серега выглянул из палатки и сплюнул. – Ты пока сидел в своем Харькове, ничего толком и не знал, а мы уже успели повыспросить наших «беркутят» – так те мамой клянутся – против них шли чистые отмороженные зомби! Глаза закатят, одни белки видны, боли не чувствуют – дубинки им вообще, как комариный укус. И не пьяные – а адекватность и страх напрочь отсутствуют! И главное – все, как один! Словно из одного корыта нахлебались или из одного мешка таблеток наелись! А лютовали как! Словами не передать!

– Понятно! – Аргун кивнул. Там, где появляется наркота, все человеческие чувства умирают. А коль скоро во всей этой каше замешаны американцы, они наверняка постарались, чтобы майдауны не испытывали недостатка в зелье! У янки имелся огромный опыт подобных операций – подвезут «восставшим» вагон наркотиков, раздадут автоматы и верещат на весь мир о свободолюбивом народе, который борется с тираном. А то, что «свободолюбивый народ» головы режет направо и налево – так это, вроде, никого и не касается!

– Один мой знакомый капитан, – Серега подбросил дровишек в самопальную печку-буржуйку, – до сих пор не может прийти в себя. А ведь не порезали его, не пожгли – бог миловал! Но как вспоминает эти хари, аж дрожит весь. Зуб на зуб не попадает, ноги трясутся, а лицо – как перекошенная маска.

– Ты, – говорит, – не представляешь, Серега, кто там был! Это нелюди, это хуже, чем дикие волки – те хоть просто безжалостны, а у этих на рожах написано желание убивать! Чистый фильм ужасов! И прут вперед, как бараны, на убой! Ты их светошумовыми, под носом «черемуху» распыляешь – хоть бы хны! Никакой реакции – как будто железные дровосеки!

– Боевые психотропы, скорее всего! – Аргун устало поднялся и направился к спальнику в углу палатки. – Или производные от них. Сейчас химия такая – при соответствующем укольчике боец может и с вываливающимися кишками три дня воевать, а потом раз – и помер! Я думаю, этим давали ослабленную версию – подавляет чувство страха, самосохранения и болевые рецепторы. Но мы с ними кочевряжиться не будем – от свинца никакой американский порошок не спасет!