Владислав Хохлов – У чёрта на куличках (страница 17)
– Ну как: давно?.. Недавно, не так уж и давно. Год-другой назад. Слышал, что вся река под землёй усеяна мёртвыми, и не только новыми, но и старыми.
– Ага, ещё…
– И говорят, что ночью можно услышать их стон, а если остаться подольше, то и вовсе можно расслышать, как они ползут вверх, – перебил друга Борька.
– Дай-ка угадаю: Бражник говорит?
– Ага.
– Баламут твой Бражник, но даже если и так, сурово для подобной деревушки... Как она ещё не вымерла?
– Как видишь, не вымерла. Раньше здесь было куча голодных ртов, но с каждым годом их всё меньше и меньше.
– И сколько умерло в этом году?
Борька посмотрел на небо и задумался. Он то ли пытался вспомнить
– Четыре.
– Четыре в год – это солидно. Пара лет и никого здесь не останется.
– Увы, но Неясыть всегда будет здесь, что он, что домишки, что люди. Это ты так легко говоришь: пара лет. Ещё лет тридцать пять назад здесь было почти двести голов.
– Двести?!
– Ага. Почти все померли.
Серёжа усмехнулся и нервно сглотнул. Верить в подобные небылицы было невозможно, уж слишком всё нереально. Однако, Неясыть уже не впервые его удивляет, и вскоре он будет готов поверить во что угодно. И всё же: двести человек для тридцати пяти лет существования – огромная цифра. Это стабильно пять-шесть человек в год! Словно эпидемия… или чей-то зверский план по истреблению населения села. Перед глазами снова предстала картина кладбища, где были какие-то жалкие сорок надгробий. Как давно перестали хоронить людей? Где ещё полторы сотни мёртвых? Может, подземная река действительно состоит из чьих-то тел?..
По тому, как Борька оживился, было заметно, что эта тема ему нравится. Это был удобный случай, чтобы ненавязчиво уточнить о событиях недавней ночи, которая до сих пор казалось фантазией, когда «умерла» Юлия. Если бы Серёжа имел представление, где она жила, то сам бы направился с проверкой.
– Борь, я хочу кое-о-чем спросить.
– Тихо, – выпалил его собеседник и пошёл в сторону леса. Не было никакого «иди за мной» или «не здесь», а просто спонтанный разворот кругом и быстрый шаг, точно парнишку заинтересовала совершенно другая и более привлекательная мысль. Недолго думая, Серёжа отправился за ним.
Вместе они пошли к лесу, что так удобно и ювелирно окружал Неясыть, как высокая стена, прячущая избы от внешнего мира. По дороге ни один, ни другой, не сказали и слова.
Через пару минут они уже оказались в плотных зарослях молодых сосен, которые на голову возвышались над ними, и даже умудрялись закрывать солнечный свет, что пробивался через облачное небо. Долгие метры вглубь напоминали прямую борьбу между человеком и природой. Борька шёл вперёд так остервенело и упрямо, как гончая за лисой. Стоило только увидеть вдали свет, и понадеяться, что впереди ждёт открытое пространство и свобода, как ряды сосен только дальше уходили вглубь. Это уже была не миниатюрная роща или кустарник с молодняком, это был целый лабиринт.
Иногда складывалось ощущение, словно между бьющими по лицу ветками нависает какой-то инородный запах, что-то не отсюда; что-то, что затесалось среди миниатюрных деревьев. Или кто-то. Этот
– Борь, какого чёрта здесь творится?! – громко спросил Серёжа, успокаивая при этом себя, поскольку совсем рядом с ним хрустнула ветка, и это был далеко не ведущий его приятель.
– Замолчи!.. Не поминай лихо, пока оно тихо. – Борька только скорее направился дальше. – Не хотят пускать. Не дают! Ничего, прорвёмся.
Серёжа исполнил отданные ему приказания. Что-что, а выполнять приказы он умел.
Иногда ему казалось, что вокруг не только раздавались трески веток, но и периодически в нос попадал запах сырой земли, озона после дождя, трясины и тухлятины. На каждом новом шагу желание вернуться назад становилось всё сильнее и сильнее. Когда оно почти достигло кульминации, что парень уже жонглировал в голове уловками и отговорками чтоб развернуться, пара наконец-то вышла на открытое пространство.
Солнце в небе слегка сместилось, точно их дорога заняла далеко не десять минут. Целые полчаса, как сообщил Борька.
Это была новая прогалина. Такая же широкая, как и та, где находилось село. Но не только эти маленькие вещи были схожи между собой. Здесь также были и избы, но куда более старые, однозначно на пару сотен лет. Это было новое Неясыть, или же старое-новое Неясыть. Та же расстановка изб, тот же колодец и уродливый дом бабушки Жданы, одинокая улица, расстояния между постройками. Зеркальная копия села! Только одно заметное отличие всё же выделяло это место: здесь не было гигантского камня… только глубокая воронка в земле, откуда смердело нечистотами и сыростью.
– Здесь чисто, спокойно. Здесь
– Что это за место?.. – спроси Серёжа, ступая между изб и замечая схожие интерьеры и детали.
– Ты не это хотел спросить.
– Ответь мне!
– Не сейчас. Я ещё не придумал ответ.
– Это же Неясыть! Другое Неясыть! – Парень сорвался на крик. Он ничего не мог понять. Это раздражало его, но ещё больше пугало.
– И зачем ты спросил что это, если сам знал ответ?
– О нет, приятель, это со мной больше не прокатит. Ты всё знал, и скрывал. Что ты ещё прячешь?! – Серёжа подошёл к Борьке и агрессивно ткнул в него пальцем. Тот даже не шелохнулся, но незнакомые искорки зажглись в молодых глазах. Подобный жест был воспринят как знак агрессии. Серёжа это заметил и остудил пыл.
– Ты хотел задать вопрос. Это подходящее для этого место. – Он уже не был расслаблен, не казался беззаботным, а внимательно следил за каждым жестом и шагом друга.
Кадет сделал пару глубоких вдохов и выдохов. Если и не сейчас он узнает что-нибудь про второе Неясыть, то займётся этим позже. У него точно будут и время, и силы. Не может же быть такого, что два совершенно одинаковых села находились так близко друг к другу, и, тем более, втайне от цивилизованного мира.
– Ты меня привёл только для
– Да.
– Как будто чувствовал, что его нужно задать именно здесь…
– Здесь лучше всего.
Серёжа протёр виски, пытаясь унять зародившуюся в голове боль. Да, сейчас было самое подходящее время. Место, может, и странное, но Борька сам идёт на контакт. Он
– Я видел кое-что ночью…
– Ты смотрел в окно?
– Я здесь задаю вопросы! Раз ты у нас такой принципиальный и упёртый, как баран, то и я буду!
– Тебе Бражник разве не говорил, что не надо ночью выходить на улицу, прислушиваться к ветру или смотреть в окно?!
Дрожь охватила парня. Почему Борька упомянул это?.. Почему он повторил эти странные правила и предостережения? Неужели
– Что ты имеешь ввиду?..
– Ночью опасно, и ты должен это знать! Особенно в сёлах. Особенно здесь! Даже собаки это знают. – Последняя фраза прозвучала очень странно. Серёжа и не приметил, что почти не видел здесь собак.
И снова перед глазами знакомые картины: убийство Юлии; нечто в печи; здоровенный свин. Неужели от этого Бражник и остерегал семью Беговых?
– Почему ты вчера не появлялся на улице? – вопрос показался парню правильным. Он надеялся как-то связать это с ночными кошмарами, хоть и сам прошлую ночь провёл вполне спокойно. – Это связанно с ночью?
– Нет, это из-за свиньи.
– Той, что убила Владика?
– Она самая. Вчера она была у дома бабушки Жданы. – Борька почесал за ухом. – Я узнал её.
– А что ты можешь рассказать о ночах? Почему их стоит бояться?
– Ничего хорошего и ничего плохого. Ночь, где бы она ни была, всегда плоха. Но ты ведь что-то видел. По тебе заметно.
Борька ясно видел, как стоящий перед ним парень покрылся нервным потом, а быстрый стук сердца было слышно даже за пределами толстой куртки. Серёжа нервничал. Боялся. И не зря… это его отличало от большинства жителей Неясыти.
– Ты кого-то увидел, или кто-то увидел тебя, – продолжил Борька. Серёжа стушевался. Приходилось щипцами вынимать ответы.
– Когда ты последний раз видел Юлию?..
– Пару дней назад. Она добрая, заботливая. Может, слегка наивная, глупая, безбашенная, но она хороший человек. – Борька расплылся в улыбке, думая об этой женщине. Он действительно её уважал (или любил), но в какой-то момент что-то щёлкнуло в его голове, и эмоции исказились на совершенно противоположные. – Ты её видел?
– А что, давно не появлялась на улице?..
– Да, давно. Может она заболела, или её просто не хотят выпускать
– Одной ночью я видел то, словно её убили. За ней была погоня, из нескольких человек. Там было какое-то высокое и бледное существо. Я думал, что это какая-то шутка или мне просто показалось, но, что скажешь ты?
Борька впервые недоверчиво нахмурился. Его лицо выглядело максимально нелепо и забавно, но глаза оставались пустыми. Если бы Серёжа не обернулся, когда его друг ходил кругами, то не увидел бы маленькие капли слёз на совершенно невыразительном лице.
Это была правда. Та ночь была правдой! Если бы не реакция Борьки, Серёжа и дальше бы мучился в догадках, и, в какой-нибудь особый момент просто посчитал бы себя сумасшедшим. Но Борька всё доказал.