Владислав Хохлов – Инстинкт (страница 9)

Настал тот самый день.

Когда Лия проснулась, всё вокруг происходило совершенно обыденно, и только первый приём пищи происходил иначе. Девушкам, что должны были отправить на «ночь продолжения» получили более специфический приём пищи. Еда, что подносилась им, была более сладкой. Дополнительно ко всему имелись несколько маленьких, розового цвета, деликатесов. Хрупкие шляпки, размером с короткий ноготь; большое скопище сладких шариков с маленькими волосиками. Необычный вкус. Такого Лия никогда не пробовала, но ей хотелось ещё. Комочек был сладким и сказочным, и от резкого изменения вкуса еды, все рецепторы пели от удовольствия, а рассудок слегка затуманился от новых ощущений.

Когда приём пищи был завершён, девушку отправили в ясли, где она ожидала того, когда её и остальных соберут в путь. Лия нервничала, а сердце бешено билось. Она никак не могла найти себе место. Ноги судорожно дрожали. Несколько матерей удалились в закрытую комнату яслей, где по слухам, были маленькие мальчики. Через несколько минут, все «лишние» девушки и девочки были выгнаны из помещения. Оставались только младенцы, матери и участницы предстоящего события.

Из тёмных яслей вышли женщины, а рядом с ними шли маленькие дети, возрастом около четырёх лет. Они носили на себе одни грязные тряпки, а их кожа была такой же бледной, как и у всех присутствующих девушек. В отличии от всех остальных, мальчики были слишком худыми, словно маленькие куклы из палок и тряпок. Среди взрослых, высоких, идущих ровной походкой, дети выделялись шаткостью при ходьбе. Это было жалкое и грустное зрелище. Матери привыкли к этой картине и смотрели на этот марш, как на что-то обыденное. Никто из них не сожалел, никто из них не плакал.

— Ты поведёшь его, — сказала одна из матерей, протягивая Лии тоненькую руку мальчика.

— Как его зовут? — спросила Лия.

— Никак. — Женщина ответила так же холодно, какой на ощупь была рука мальчика. Если даже собственным матерям они были не нужны, то Лия дрожала лишь от одной мысли будущего, что было уготовано этим бедняжкам.

Лия повиновалась и взяла ребёнка за руку. Для девушки эта маленькая кисть и слабенькие пальцы казались настолько хрупкими, что она могла легко их сломать, лишь слабо сжав кисть. Ей казалось это чем-то великолепным. Она понимала, что из этого крохотного создания вырастит большой и сильный человек. Ведь она сама была такой же маленькой. Этот малыш всё осознает, думает, изучает. Он — человек, но маленький и беззащитный. Он не знает хорошего и плохого, и именно этим он был прекрасен. Какими бы приятными не были мысли Лии об этом ребёнке, происходящее удручало её. Мальчик безвольно шел бок о бок с новым проводником. Его взгляд уставился в белый пол, а весь остальной строй сопровождался шаркающим звуком слабых ножек.

На протяжении всего пути к мягкому коридору, Лия наблюдала как все проходы, что ввели в другие помещения и отделы, полностью были огорожены живыми стенами из матерей. Так все причастные создали идеально закрытый коридор из холодных и каменных стен, и, тёплых и живых тел. Расстояние до мягкого коридора сокращалось. Большая и железная дверь открылась, а внутри располагался пол, полностью закрытый подушками и простынями.

Лия сделала первый шаг за холодный порог. Она почти утонула в ткани, когда наступила на неё. Каждое движение становилось всё тяжелее и тяжелее, ноги всё время цеплялись за ткань, пытаясь повалить первопроходца. Маленький мальчик не выдержал путь и, запнувшись об одну из подушек, рухнул на пол. Девушка взяла его на руки и вместе они продолжили путь. Хрупкие кости выступали из кожи. Они впивались в ладонь Лии, нагоняя лёгкий страх. В голове девушки всплыла мысль, что она держит не живого ребёнка, а схватила в охапку острые вилки.

Чем ближе становилась дальняя дверь, тем больше деталей она открывала девушкам. Небольшой участок пола в конце коридора, не имел на себе никакой ткани. Там был самый обычный каменный пол, но в отличии от того, что был в женском корпусе, тот был чёрным от грязи. По его центру красовалась чистая, свежевымытая полоса, достаточно широкая, чтобы по ней мог пройти человек.

Железная дверь медленно начала открываться. Через образовавшуюся щель струился поток холодного, несущего с собой омерзительное зловоние незнакомого воздуха.

Глава 3

Воспоминания

Трое вернувшихся с задания юношей окружили Нейта. Мужчина стоял у входа в коридор жилого корпуса. Его предупредили о возвращении отряда, и он быстро вышел к ним на встречу, чтобы получить всю необходимую и важную информацию о прошедшей миссии. Его никак не удивило то, что вся «Вторая восточная» была истреблена.

— Какая досада… — заключил он. — Там были действительно хорошие люди. — Бросив взгляд на стены ангара, он добавил, — я рад, что не мы заняли их место.

— Мы взяли с собой всё самое необходимое, что только могли, — добавил к своему докладу Томас.

Нейт одобрительно кивнул. Развернувшись в сторону выхода, он скрылся в старом и облезшем коридоре. Томас со своей командой отправились в сторону небольшого стола, недалеко от выхода из ангара. Там, их ждало знакомое лицо: мужчина преклонного возраста с редкими седыми волосами доброжелательно смотрел на тех, кто вернулся живым из вылазки во внешний мир. Старику выложили на стол всё, что бойцы принесли с собой: еду, оружие, различные запчасти и инструменты. Себе парни оставили только едва позволительные мелочи. Вскоре, в мастерской они смогут сделать себе более прочную броню или более смертоносное и крепкое оружие.

— Вы постарались на славу, ребята. Но, я ожидал, что со второй восточной будет более интересный груз. — Из-за глубокой старости в свои шестьдесят три, старик лишился большинства зубов, но он продолжал активно говорить, хоть это и давалось ему с больши́м трудом, а слушателям с ещё бо́льшим. Осматривая всё, что перед ним выгрузили, его трясущиеся пальцы ощупывали каждую вещь. Он их переворачивал, обнюхивал, разглядывал поближе и обтирал тряпками.

— Нам пришлось торопиться, — чуть ли не извинился Томас.

Старик поднял свои серые глаза на юношу, что взял на свои плечи ношу ведущего отряда. В этих маленьких кругах, читалась легкая усталость и беспокойство.

— Витумы?

— Мы их даже не видели. Может, тебе показалось? — в образовавшийся разговор вторгся Скай.

Томас повернулся к своему собеседнику. Он будто услышал оскорбительные слова в свой адрес. Фактически так оно и было. В отличии от своего напарника, он был вынужден в живую встретится с тем, что являлось признаком присутствия витумов. Вспомнив этот момент, в голове всплыло воспоминание о тошнотворных запахах. Вспоминая этот момент, ему показалось, что тогда он слышал где-то вдали странный шорох.

— Я по большей части уверен, что чувствовал присутствие мясников. В коридоре к залу была свежая кровь, установлены баррикады и раскуроченные шкафы.

Мясники, витумы, сборщики, теневики, твари, монстры, нелюди — создания, что сейчас властвуют за пределами убежища, и ведут неустанную борьбу с оставшейся частью человечества. Каждый называет их по-разному, кто-то использует приевшиеся имена, что услышали от других людей, кто-то придумывает что-то своё, что-то новое. То, что видел Томас, запало в его памяти. Он не видел никого иного, но только мясников — самых ужасных созданий, которых может носить земля. Воплощение омерзительно-загадочной природы, детища кошмаров и больной фантазии.

Юноша вспоминал сгорбленное создание, что сидело на мёртвом человеке и зубами сдирало его плоть. Никто из людей так и не узнал ничего об этих созданиях. Ещё в начале апокалипсиса находились смельчаки, что горели желанием отловить витумов и изучить их. Никто не дошел до чего-то стоящего — все рисковые умы могли похвастаться только незначительными познаниями. К сожалению, не многие из них выживали. В конечном итоге, из-за высокой смертности среди таких людей, дальнейшие исследования были прекращены. Все ученые вернулись обратно в свои «пещеры», где в кромешной тьме тряслись от страха перед неизвестным зверем.

— Всегда грустно от потери людей, но, как и в последние годы, порой это просто необходимо.

— Мы точно не знаем об этом, — добавил Скай.

Этот разговор наскучил Томасу, ему как можно быстрее хотелось вернуться в свою комнату. К огромной куче выгруженных вещей он не добавил ни одну от себя, поскольку у него не было возможности охотится за сокровищами. Он медленно развернулся от стола и ушел в сторону жилого корпуса. Томаса не стали задерживать, только проводили его пристальным взглядом. Все уже заметили, что его сумка была пуста. В головах мчалась мимолетная мысль, что этот солдат — бесполезен. Как бы грустно это не звучало, но для всех не существовало веских причин не захватывать ценные вещи с собой. Сайк сделал маленькую пометку в своей тетради, кто сколько хлама принёс с собой.

Сейчас, это был один из самых успешных дней для старика и, почти, всего убежища. Парни доставили много полезной провизии и материала. Только небольшие и незначительные по количеству части были спокойно отданы юношам на собственные нужды. Джейк взял себе длинный лист металла, который потом начал сравнивать со своим ножом. Ская же интересовало усовершенствование огнестрельного оружия. У старика, что следил за распределением ресурсов, был зоркий глаз. За долгие годы выполнения работы кладовщика, он научился определять на вид любой предмет, мог легко понять, где он будет более востребованным. Маленькие части металлических пластин с большой отдушиной уйдут на бронированные детали для жилетов новым хозяевам. Гайки, винты, консервы, отвёртки, бинты, легко найдут себе применение для кого угодно.