Владислав Хохлов – Инстинкт (страница 32)

— Тут красиво, — заметила девушка.

Кружащие вокруг люди уже перестали интересоваться своими гостями, из-за чего активно вернулись в быт: торговали железом и хламом с улиц и домов города, готовили сытные лепёшки из самых разных ингредиентов и варили дефицитный чай.

Томас молчал. Он дальше думал о той тайне, что открывалась перед ним. Теперь он имел полную уверенность в том, что отцы скрывали у себя маленьких детей для того, чтобы их отсортировать и разбить на группы, которые будут или жить дальше в убежище или будут отправлены в виде пополнение для Граунд-Хилла и других общин. Но знают ли об этом девушки в женском корпусе? Так же ли они находятся в полном неведенье перед происходящим, или они тоже являются частью огромного заговора вышестоящих матерей?

Лия что-то пыталась говорить, пока Томас смотрел в невидимую точку перед собой, проворачивая в голове разные мысли и догадки. «Если эта информация откроется, то мы точно сможем придвинуться к тому, чтобы стать новым Граунд-Хиллом. Обвинив отцов в лжи и манипуляции, мы сможем перевернуть всё с ног на голову. Мы изменим власть, изменим структуру и быт, мы сможем быть людьми, быть как одна большая дружная семья», — Томас думал, что он сможет найти людей, которым легко доверит эту важную информацию.

— Я видела старого мужчину в зале с машинами, и видела, что ты говорил с ним. Скажи, он твой отец? — задала очередной вопрос Лия.

«Отец» — то самое слово, что вырвало Томаса из глубоких, словно болото, мыслей. Том будто, как избитый забыл обо всём, что его окружает. Когда он только начал догадываться о какой-то большой тайне, что могут хранить отцы, он начал опасаться всех вокруг, ожидая быстрого предупредительного удара в спину, который заставит его молчать. Но Томас должен был первым делом подумать о своём немолодом товарище, что мало того, что открыл некоторую опасную для его жизни тайну, так и был готов поделиться подтверждением своих слов с другим. Сайк рисковал всем ради того, чтобы Том знал правду, и Томас тоже должен отплатить ему.

— Да… В смысле нет, он не мой отец. Он просто друг, который помогает всем. — Даже потерявшись в собственных мыслях, Том попытался дать Лии ответ.

— Его все уважают, даже несмотря на то, что у него есть проблемы с речью и здоровьем. Я иногда думаю, что его вот-вот выгонят или он умрёт своей смертью. Пока от него есть польза, он живёт с нами, в прочем, как и все остальные, — продолжал Томас.

— Что за проблемы у него? У вас же есть врач.

— Он не совсем врач. Он бывший ветеринар, у которого есть небольшие познания для работы с людьми. Некоторые болезни он никак не лечит, потому что просто не знает. К тому же, он лечит и помогает только тем, кого считает более приоритетными. Иногда он это делает по приказам отцов, иногда сам решает, кому помочь. У Сайка же большие проблемы с речью и головой, он не выговаривает некоторые слова, из-за чего иногда его сложно понять.

Лия грустно посмотрела куда-то вдаль.

— А если я тоже стану врачом? — поинтересовалась девушка.

— Если у тебя получиться, — Томас тихо посмеялся, посчитав эту мысль забавной. Лия ответила ему невинной улыбкой. — Я тоже хочу спасать жизни.

Они сидели молча, наслаждаясь окружением. Девушка смотрела на всё вокруг, иногда наблюдая за юношей. Они уже ни о чем не говорили, им достаточно было просто сидеть рядом друг с другом, чтобы чувствовать себя нужными и в безопасности.

Томас пришел к выводу, что первым делом он расскажет всё Сайку, сделает это так же незаметно, как и старик дал ему личный дневник. Юноша мог бы рассказать и Скаю, но не знал сможет ли тот всё понять и держать язык за зубами. Придёт время и переворот случиться. Обязательно. У них будет план, будут сторонники. Им нужно только время. Нейт говорил: «нельзя позволить этому прогрессировать», значит, не все рады тому, что ряды мужчин пополняют девушки. Именно поэтому никто и не помогал Лии, когда на неё напал Кайл. Никто не стал его отговаривать от этого, если кто-то и знал. Может кто-то и вовсе помог ему. Томас даже засомневается в том, что Кайл получит наказание за свою выходку. Если же ему и пригрозят отцы пальцем, то другие бойцы будут только возносить.

— Отцы не хотят, чтобы вы были здесь.

— Что? — перебила его Лия, которая не расслышала собеседника.

— Лия, я боюсь, что тебе никому нельзя доверять в бункере, кроме меня. Даже Дарья и Кристэн должны держаться от всех на расстоянии. А если нас будут вызывать на задания по очереди, будем пытаться отказываться, пока не поедем все вместе. — Томас прекрасно понимал, что любое сопротивление рано или поздно приведёт к тому, что произойдёт беда. Когда он покинул Лию — она пострадала, и таким образом, достаточно выманить одного-двух, как все три девушки бесследно исчезнут. Он уже пытался остаться, и ничего из этого не вышло. Это был бессмысленный бой, но Томас не мог сдаться.

— Я не понимаю… — пыталась возразить девушка.

— Я тоже не до конца всё понимаю, но нам лучше держаться всем вместе.

Лия не стала никак реагировать и отвечать Томасу. Она прекрасно понимала то, что сможет за себя постоять. Даже после того, что с ней случилось в тренировочном зале, она идеально осознавала свои возможности.

Прошел ещё не один десяток минут полных молчания. Томас ждал, когда за ним наконец-то придёт Нейт или Джейк, когда они скажут, что все могут вернуться домой, когда сегодняшнее задание будет завершено и можно будет отдохнуть. Лия просто сидела без какого-либо лишнего шороха, полностью доверившись Томасу, его планам, его знаниям и привычкам.

— Лия! — раздался голос откуда-то со стороны.

Девушка сразу узнала голос Кристэн и обернулась в сторону говорящей. Кричащая девушка бежала между маленькими палатками и в конечном итоге примчалась к столу, где были Том и Лия.

— Я не могу найти Дарью.

«Может, она просто увлеклась осмотром?» — пронеслась мысль в голове Лии, но она никак в неё не поверила. Нет, она прекрасно понимала, чем может всё кончится, чем всё точно кончится. В голове всплыл момент, когда она беспомощно лежала на холодном и грязном полу, когда ей прилетали в живот тяжелые удары ботинка с металлическим носком. Если у Лии и получилось как-то бороться со сложившейся несправедливостью и жестокостью нового мира, то на счёт Дарьи она сильно сомневалась. Она даже не могла поверить в то, что с девушкой могло произойти что-то хорошее или не опасное. Что-то случилось, что-то плохое, она это знала; она чувствовала этот таинственный смрад гнева, летящий в воздухе.

Сорвавшись со скамьи, Лия ринулась куда-то в сторону палаток, откуда выбежала Кристэн. Девушка помчалась за ней, Томас опешил, но решил не отставать от всех, тем более, не терять Лию к Кристэн из виду.

Лия бежала сквозь ряды и толпы людей совершенно бездумно. Она мгновенно потеряла всю построенную за многие дни тренировок собранность и хладнокровие. Она плакала и бежала. Её ввёл незримый магнетизм, прямо к своей подруге, к той, которая, как никогда раньше, нуждается в помощи и поддержке.

Как бы долго Том и Кристэн не бежали вслед за Лией, как бы внимательно не следили за ней, они всё равно потеряли бы её. Им суждено было отстать от неё, потерять её из виду. Девушка была быстрее, гораздо быстрее их двоих, и в конечном итоге они потеряли с ней какой-либо контакт. Томас, пытаясь отдышаться, шел дальше по направлению пути Лии, надеясь, что рано или поздно наткнётся на неё или Дарью. Параллельно этому он надеялся, что не произойдёт очередной беды.

Прошла ни одна минута, как уставшая пара бессмысленно шла по следам Лии, надеясь на самый положительный исход их поисков. Расспросы зевак не давали результатов, никто не видел Дарью, а Лия настолько быстро скрылась с поля зрения, что никто даже и не запомнил деталей. Вскоре они услышали крик, и не только они… этот звук был настолько резкий и громкий, что полностью окутал весь Граунд-Хилл. Это был крик скорби, боли от утраты, гнева и одержимости. Это был крик Лии. Томас с Кристэн получив второе дыхание ринулись в сторону крика. Родившаяся из-за этого паника резко начала набирать обороты. Теперь уже можно было слышать, как кричат и местные люди, женщины и дети, они кричали из-за страха перед неизвестной незримой угрозой. Они не знали, что случилось, не знали, чего боятся, но они чувствовали страх. Разнёсшийся крик поразил их в самое сердце, именно там, где они никогда бы и не ожидали его услышать, в родном доме, в месте, где они чувствовали себя в безопасности.

Былая толпа, что перемещалась по улице очень медленно, вмиг развила такую скорость и бурность движений, что с лихвой сбивала с ног любого, кто был не в силах совладать с этой ужасной стихией. Кристэн и Томас пробирались сквозь образовавшееся препятствие. Они теперь уловили чувство надвигающейся опасности, и надеялись, как можно скорее добраться до своей подруги, ступая по ногам прохожих и перепрыгивая упавших людей.

Они добрались до источника крика быстро, но слишком поздно чтобы что-то предпринять. В небольшом, скрытом от солнечных лучей закутке коридоров и тупиков, они видели лежащую на полу в луже дождевой воды Дарью, на горле которой оставались свежие синяки в виде длинных пальцев. Глаза её были выпучены, казалось будто вот-вот, и они вылезут из орбит. Рот был широко открыт в последней попытке заглотнуть живительного воздуха, вместе с ним ноздри были расширены больше обычного.