Владислав Гончаров – Воздушные десанты Второй мировой войны (страница 104)
505-й парашютный пехотный полк под командованием полковника Экмана, преодолев небольшое сопротивление, захватил Грусбек и организовал оборону, как это было намечено по плану, на участке от Моока до Хейканта. К наступлению темноты он по всей линии фронта сблизился с частями противника. Серьезной угрозы можно было ожидать с двух направлений: с направления Моока, куда противник был оттеснен по главной дороге, и с главного шоссе от Краненбурга до Грусбека. Но до наступления темноты все было довольно спокойно и оборона была улучшена.
Дальше к северо-востоку находился 508-й парашютно-пехотный полк под командованием полковника Линдквиста. Его задача была особенно трудной, возможно, наиболее трудной из трех. Он должен был контролировать район выброски «Т» для приземления там на второй день десантирования планеров, а также удерживать возвышенности от Вилера до Неймегена и установить несколько усиленных заграждений на дорогах у подножия холмов — только одна эта часть фронта имела длину приблизительно 10 км. Кроме того, он должен был оказывать помощь при захвате двух северных мостов через канал, находившихся у Хатер и Хонингути, и затем полностью очистить от противника указанный сектор. Его последней задачей являлся захват Неймегенского моста.
За сутки перед взлетом, после тщательного изучения расположения противника, оказалось, что захватить Неймеген и его большие мосты можно будет не иначе как после сильного штурма силами не меньше полка. Выделить полк было невозможно, иначе дивизия не выполнила бы своих остальных задач.
Как раз перед взлетом я обсудил положение с полковником Линдквистом и приказал ему захватить Неймегенские мосты с ходу, силами не более батальона, используя внезапность и темноту. Однако ему было предоставлено право прекратить наступление, если сопротивление противника на других направлениях окажется настолько сильным, что возникнет угроза на остальных участках его сектора. Линдквист действовал в соответствии с этими указаниями. В 18 часов первого дня десантирования, когда положение на участке полка начало складываться благоприятно, он приказал командиру 1-го батальона подполковнику Уоррену начать наступление на город и захватить мост. Вместе с батальоном следовали члены голландской подпольной организации. Подпольщики знали, в каком здании находятся приборы для подрыва моста, и им было приказано его уничтожить.
Выступив около 22 час. 30 мин., батальон прошел примерно пол-пути до города, почти не встретив сопротивления. Там он натолкнулся на противника, вследствие чего дальнейшее его продвижение замедлилось. Доведя батальон до центра города, проводники-подпольщики скрылись и, судя по ходу последующих событий, перешли на сторону немцев. Несмотря на это, батальону удалось сжечь дом, в котором размещался подрывной механизм моста. Ночью батальон приостановил продвижение, а на рассвете немцы, находившиеся в близлежащих строениях, начали наступление. Рано утром на второй день десантирования я разговаривал с подполковником Уорреном на его командном пункте, расположенном в Мариенбомской школе в Неймегене. Как оказалось, у Уоррена сложилось крайне тяжелое положение. В городе его батальон оказался расчлененным на мелкие группы, и не хватало сил для выполнения поставленной задачи. Еще имелась возможность обойти фланг немцев на востоке, поэтому полковник Линдквист выслал в этом направлении роту G. Тем временем один из взводов 508-го полка вел тяжелый бой за овладение Хонингутским мостом. Командира 504-го полка попросили выслать хотя бы небольшую группу солдат для удара по мосту с запада. Примерно через час, когда 508-й полк, неся тяжелые потери, все еще не мог захватить мост, эта группа вышла к мосту с запада и обстреляла засевших там немцев с тыла. Этот маневр еще раз подтвердил правильность способа захвата мостов путем одновременного нападения с двух сторон.
Вначале действия развертывались вполне удовлетворительно, но затем наступил перелом. Утром немцы предприняли наступление с направления Краненбурга и смяли одну роту 508-го полка, удерживавшую участок района выброски севернее Вилера. Положение становилось серьезным, так как в этом районе около полудня должны были приземлиться наши планеры. Через час мне сообщили, что противник захватил склад боеприпасов, созданный нами сразу после выброски.
В этой части воздушно-десантного плацдарма у нас явно не хватало сил, чтобы оборонять линию фронта, растянувшуюся на несколько километров. Интенсивность боя нарастала вдоль всего водораздела Вилер—Бек и особенно на участке Вилер—Грусбек. Казалось, что немцам скоро удастся вклиниться в наше расположение севернее Грусбека. Если бы они проникли в лес, то мы не могли бы задержать их теми небольшими силами, которыми располагали. Противника нужно было остановить на открытой местности, где мы могли держать его под огнем. Тогда на фланг вступающих немецких войск был брошен дивизионный резерв в составе двух саперных рот. Наступление 1-го батальона и роты G на Неймеген было приостановлено, и все подразделения 38-го полка, за исключением небольшой группы прикрытия, получили приказ атаковать противника и очистить от него район выброски у Вилера. Первая контратака наших войск состоялась около полудня, и вскоре после этого район был очищен для приземления планеров. Однако он все еще представлял собой «ничейную» землю, находившуюся под непрекращающимся огнем противника.
Около полудня в D+1, несмотря на то что район подвергался сильному обстрелу артиллерии и стрелкового оружия противника, в него прибыло 450 планеров. Они доставили три артиллерийских дивизиона, оставшуюся часть противотанкового батальона, медицинскую роту дивизии, командирские автомашины для пехотных полков, а также остальной личный состав штаба дивизии и связистов. Потери в живой силе были незначительными, и боевые группы удалось собрать уже к полудню, благодаря чему перспективы дивизии стали улучшаться. Однако все силы нужно было сосредоточить на том, чтобы удержать линию Моок—Грусбек—Вилер—Бек, так как немецкие атаки все возрастали по силе и настойчивости. Примерно через десять минут после планеров прибыло 135 самолетов В-24 с однодневным комплектом предметов снабжения. Около 80 % сброшенных предметов снабжения удалось собрать. Большая их часть была подобрана лишь после наступления темноты, так как много грузов упало на «ничейную» землю. В этих припасах дивизия крайне нуждалась, и их нужно было экономить, в особенности медикаменты и боеприпасы (в частности, артиллерийские). Сбрасывать грузы с парашютами следует только в крайнем случае, так как на их сбор приходится выделять около трети всех действующих боевых сил. В этом отношении планеры значительно более удобны.
Остаток второго дня десантирования пришлось потратить на улучшение оборонительных сооружений и на мобилизацию подпольных сил Сопротивления в Неймегене, с тем чтобы поручить им охрану мостов. Капитан Брестебери создал штаб подпольной организации, в котором разрабатывались планы ее дальнейших действий и выдавалось оружие, собранное с раненых и убитых солдат. Подпольщики обещали, что, получив оружие, они не допустят к мосту ни одного немца, и сдержали свое обещание, хотя и потеряли несколько человек убитыми.
На третий день десантирования обстановка складывалась более благоприятно. От английских воздушно-десантных войск было получено сообщение, что на рассвете этого дня должен быть установлен контакт с разведывательными частями английской гвардейской механизированной дивизии. И действительно, в 8 час. 30 мин. у заграждения на дороге южнее Граве 2-й батальон 504-го полка встретился с разведывательными подразделениями этой дивизии. Главные силы дивизии начали прибывать к полудню. Тогда возник план — сосредоточить 504-й полк возле Неймегена, с тем чтобы он мог оказать поддержку при захвате больших мостов. Захватить мост в Неймегене было поручено дивизионному резерву и 2-му батальону 505-го полка (командир подполковник Вандерворт). С наступлением темноты к нему на помощь пришел батальон гвардейской механизированной дивизии, и они вместе продвинулись к южному концу моста. На этом закончился чисто десантный этап действий 82-й воздушно-десантной дивизии. К этому времени около шестисот раненых уже лежали в дивизионном госпитале в Неймегене, а убитыми дивизия потеряла свыше ста пятидесяти человек. Бои были тяжелые и обошлись дорого, но каждый чувствовал, что он выполнил свой долг. Однако самые тяжелые бои были еще впереди. На следующий день гренадерский гвардейский батальон и 2-й батальон 505-го полка атаковали мосты в Неймегене с юга, а 504-й парашютный пехотный полк, поддержанный ирландским гвардейским батальоном, переправился через р. Вааль и атаковал северные концы мостов в Неймегене. Таким образом, был открыт путь на Арнем, где тяжелые и славные бои провела доблестная 1-я английская воздушно-десантная дивизия.
Задача, поставленная 1-й английской дивизии, заключалась в том, чтобы захватить и удерживать мост через Нижний Рейн у Арнема до прибытия 2-й английской армии.
1-я посадочная бригада согласно плану должна была высадиться из планеров в 5 км севернее Хеелсума, обеспечить высадку войск на второй день десантирования и занять оборону вокруг Арнема. Южнее района высадки 1-й посадочной бригады должна была приземлиться 1-я парашютная бригада с задачей продвигаться прямо к Арнемскому мосту, захватить и удерживать его до прибытия подкрепления. Ожидалось, что польская парашютная бригада приземлится в D+1 южнее моста, перейдет через мост и усилит войска, удерживающие плацдарм (рис. 20).