Владислав Даркшевич – Клещ (страница 2)
— Ну вот она, моя шея, — произнёс Лаврентий. — Достаточно?! А теперь пойдём!
— А теперь покажи сзади.
Лаврентий застыл.
— Так ты мне выстрелишь в спину, — просипел он.
Тимур поднял ружьё и прицелился. Лаврентий медленно попятился назад.
— Дверь за собой закрой, — сказал Тимур напоследок.
— Ты об этом пожалеешь, — донёсся из темноты голос Лаврентия. Говорил он, но голос был не его — металлический, словно пропущенный через синтезатор.
Тимур стоял со взведённым ружьём и ждал. Ему казалось, что прошло несколько часов, но на самом деле — лишь несколько минут. Осторожно подойдя к двери, он закрыл её на засов.
Свет в доме мерно мерцал — горела керосиновая лампа. Вдруг за окном послышался шорох. Тимур убавил пламя и приблизился к окну. Снаружи что-то двигалось. Было ясно: в дом легко проникнуть — выломать дверь или выбить окно, и те, кто преследовал его, наверняка готовили нападение. Тимур понял: первый удар должен нанести он, иначе — конец. Он вспомнил про строительный контейнер рядом с сараем, переоборудованный в небольшой домик со стальной герметичной дверью. В тайге в таких прятались от медведей-шатунов ранней весной, если те забредали в деревню. Резко распахнув дверь, Тимур швырнул керосиновую лампу вперёд. Вспыхнуло яркое пламя, высветив несколько сгорбившихся фигур. Он выстрелил. Фигуры бросились врассыпную. Пользуясь замешательством, Тимур метнулся к контейнеру. К счастью, внутри никого не оказалось. Он запер стальную дверь и замер, вслушиваясь. Снаружи доносились скрежет когтей, глухие удары и топот. Через маленькое зарешечённое окошко были видны мечущиеся тени и яркий свет взошедшей луны.
Казалось, что земля ожила. Что-то медленно ползло по ней. Сотни тысяч маслянистых панцирей слабо блестели в свете месяца. Шорох движения этих существ окружил контейнер. Словно речной поток, они двигались по деревне, пожирая всё на пути. Где-то вдали взвизгнули собаки, и наступила тишина. Тимур всю ночь стоял у окна и, содрогаясь, напряжённо вслушивался в каждый шорох. Перед рассветом он уснул.