Владислав Чернышев – Исповедь камикадзе (страница 11)

Несколько секунд, рассматривая женщину за столиком, он прикидывал свои шансы на успех, на мгновение нахмурился от кольнувшей мысли, что опоздал, это было дурным тоном в деловом мире; пригладил волосы, выровнял дыхание и уверенно подошел к столику.

– Гхм, гхм… – издал он.

Дама отвлеклась от документов и обратила свои серо-зеленые глаза, защищенные очками в тонкой, элегантной оправе, на подошедшего. «А она не дурна!» – пронеслось в его голове.

– Разрешите представиться, Герхард Зуммер – начал он, подавая ей руку – это я назначил вам встречу.

Женщина немного привстала, протянула ему свою изящную ладонь:

– Линда Уолш – последовала сухая фраза.

«Может поцеловать (руку)? – мелькнуло у «кавалера», но, встретившись с серьезным и холодным взглядом, он решил ограничиться рукопожатием. Они присели.

– Прошу извинить меня за опоздание, эти пробки – начал он оправдываться несколько торопливо и сбивчиво. Видя, что дама снова обратила свое внимание к документам, остановился. Прошло немного времени.

– Вы уже сделали заказ? – спросил он.

– Да, я заказала лазанью – ответила визави, не отвлекаясь от бумаг.

– Лазанья? О, превосходно! Никогда не мог запомнить названия этих итальянских блюд (он соврал), за исключением пиццы, пожалуй. Но пицца уже скорее американское блюдо, нежели…

– Странно.

– Что странно?

– Вы приглашаете человека на деловой обед в ресторан, рассчитывая произвести приятное впечатление на него. Значит, вы не поведете его в малоизвестное место, где смогла бы произойти неприятная неожиданность, могущая повлечь за собой ухудшение настроения приглашенного, – она сделала небольшую паузу, вдохнула – и, где вы бы сами чувствовали себя неуверенно. Выходит, вы хорошо знаете этот ресторан, возможно, являетесь завсегдатаем. Вы должны быть хорошо ознакомлены и с блюдами и с их названиями, не так ли? – Она посмотрела на него, слегка кивнув своей маленькой головкой в сторону, и, растянув при этом губы в тонкую, язвительную полуулыбку. Точно такая же улыбочка посещала лицо его школьной учительницы Марты Хеллер, когда та ставила его в тупик перед всем классом.

– У вас железная логика – сделал комплимент Герхард, добавив в голос немножко обаяния и белой зависти.

– Спасибо, у меня в университете было отлично по этому предмету.

– А по каким предметам у вас было не отлично?

– Ни по каким.

– Я почему-то так и подумал. А, вы знаете, у меня в университете был один забавный случай… – наклонился он, улыбаясь, и входя в раж.

– Мистер Зуммер. Мы не на свидании. Приберегите свои байки для молодых сотрудниц. Делайте заказ.

Герхард повернулся в сторону и увидел стоящего рядом официанта, который терпеливо ждал окончания диалога.

– Мне, мне – заторопился он и стал суетливо открывать меню – принесите лазанью.

– Что будете пить?

– Вы не против, если я закажу бутылочку хорошего вина? – спросил он у Линды.

– Я заказала кофе – бросила она ему, не отвлекаясь от перелистывания документов.

– Тогда, – посмотрел он на официанта и увидел в его глазах сочувствие – бокал бургундского, пожалуйста.

Официант молча поклонился и спешно направился в сторону кухни.

– Итак, мистер Зуммер – заставила обратить на себя внимание Линда, и Герхард быстро повернулся к ней.

– Да, да?

– Пока не принесли заказ, я бы хотела обсудить с вами некоторые детали нашего дела.

– Конечно.

И она начала занудный, юридический треп:

– Согласно, параграфа такого-то, статьи такой-то…, юридическое лицо, доверившее вашей компании право на операции с ценными бумагами…… учитывая факт искового заявления…

«Интересно, носит она лифчик, или нет?» – думал Герхард, глядя в районе ее груди на тонкую, светло-бежевую водолазку, одетую под пиджак. Округлости не были выдающимися, но и назвать грудь плоской было нельзя. В любом случае все выглядело вполне соблазнительно, мальчику нравилось.

– …так как, в данном случае, должны быть учтены интересы третьих лиц, …не исключается возможность встречного иска, …действие статьи распространяется на все вышеперечисленные случаи…

Герхарду вдруг сильно захотелось овладеть ею прямо здесь, на столе, на глазах у всех. Воображение рисовало манящие картины. Вот он останавливает ее руку, листающую бумаги. Она, удивленно, и в то же время, с тайным желанием смотрит на него, рот ее полуоткрыт, его руку со своей она не стряхивает. Он медленно начинает приближать свои губы к ее губам, она, при этом, слегка отклоняет голову назад и закрывает глаза, в позе ее нет и намека на сопротивление. Он жадно впивается в мякоть ее губ, их языки начинают яростно переплетаться…

– Мистер Зуммер, вы меня слушаете? – окатило его холодным душем.

– Да, да конечно.

– Каково ваше мнение?

– Мое мнение? Мое мнение… – он сделал задумчивый вид, начал хмурить брови, смотреть то вверх, то в стороны – мое мнение таково, что нам несут заказ.

– Я не об этом. Каково ваше мнение относительно моего видения ситуации?

– Насчет вашего видения? – спросил он, не отвлекаясь от процесса расставления блюд и собственного выбора между вилкой и ножкой фужера с вином. Фужер победил. Он слегка взболтал вино, прикрыв глаза, с наслаждением понюхал и пригубил. С удовольствием слегка крякнул и продолжил разговор:

– Отличное вино, зря отказались. Ваше видение мне нравиться. Знаете, это редкий дар – представить сложные вещи, таким образом, что они кажутся простыми, элементарными, как дважды два. Я абсолютно и полностью согласен с вашим пониманием проблемы. Конечно, дабы не прослыть полным олухом, мне бы хотелось добавить что-нибудь от себя, но, поверьте, будь я даже умным, как Эйнштейн, мне пришлось бы сильно потрудиться, чтобы внести в вашу речь хоть толику чего-нибудь путного. А говорить глупости не в моих правилах. Примите мои поздравления, вы проделали огромную работу.

– Вовсе нет. Спасибо за похвалу, – начала она, сбиваясь, несколько удивленно, пытаясь подобрать слова – но, случай вполне типичный, ничего сложного, просто речь о том, какие цели преследует ваша компания, какие результаты ее бы устроили, на что вы рассчитываете?

– Не нужно, не нужно умолять свои заслуги. Уж мы то с вами знаем? что типичных случаев в нашей работе не бывает.

– Это так, но… – прошло небольшое время тишины – тогда приступим к обсуждению стратегии.

– Непременно, но сначала, я бы хотел выпить за успех нашего дела, и давайте поедим. Нехорошо решать важные вопросы на голодный желудок (он и в самом деле проголодался), а разговаривать с набитым ртом, по меньшей мере, невежливо, а по большей, может повредить здоровью, так учила моя мама.

– Хорошо, давайте поедим.

– За успех! – приподнял он фужер, лицо его сияло. От нахлынувших чувств он осушил его залпом. Они покушали, им принесли десерт.

– А здесь неплохо готовят, не правда ли? – сказал Герхард, сыто улыбаясь.

– Да. И все таки, стратегия.

Ему нравилось, что тон ее голоса несколько смягчился.

– Я готов выслушать ваши предложения.

– Я думаю сделать акцент на пунктах 16 и 17 настоящего договора – она подала ему договор.

Герхард долго и внимательно изучал, указанные пункты.

– У меня нет никаких возражений, это разумно. Я думаю, дело выгорит – он вернул ей копию. – Скажите, а вы не читали случайно «Путешествия Гулливера»?

– Вы, вероятно, имеете в виду произведение Джонатана Свифта? – она немного напряглась, и в голосе появился металл.

Он кивнул, несколько растерявшись.

– А именно, третье путешествие, где герой попадает на летающий остров? Там, если я не ошибаюсь, говориться, что адвокаты – это люди, которых научили при помощи разных хитрых приемов и витееватых фраз доказывать, что черное это белое, а белое это черное. И они способны убедить в этом кого угодно, даже судей.

– Нет, нет, я вовсе о другом хотел… – пытался исправить ситуацию Герхард.

– И вам бы хотелось, – не дала она ему закончить – знать мое мнение на этот счет?

Говорила она выдержанно, спокойно, даже с расстановкой:

– Мое мнение таково, что у каждого своя работа, и, если человек делает ее честно и добросовестно, она не может стать объектом для иронии.

– Абсолютно с вами согласен.

– Если уж мы закончили деловую часть нашей встречи, и вы хотите поговорить на отвлеченную тему, то, почему нет? У меня есть немного времени, – посмотрела она на часы – поговорим о литературе. Что касается Гулливера, мне больше нравиться его четвертое, последнее путешествие. – Она немного отвлеклась на десерт. – Вкусный десерт. Так вот, там описываются такие неприятные, волосатые, дурно-пахнущие существа, не помню, как они назывались, но, такое корявое слово.