Владислав Безлюдный – Великий ламповый поход. Книга 1 (СИ) (страница 17)
Через пару часов о событии растрезвонили во всех новостях. Ни одного свидетеля. Никаких записей с камер. Словно люди сами себя перебили.
МалʼХат сидел с ребятами из спецотдела в обеденной и смотрел новости. Ему однозначно понравилось увиденное.
— Ребята, можем отметить это событие. А старику Ка я лично сделаю подарок. Есть у меня связи, чтобы его записали трупом и вычеркнули из всех розыскных баз. Мужик послужил родине и заслужил покой.
— И как они справились-то? — спросил кто-то из оперативников.
МалʼХат усмехнулся:
— Этот парень когда-то маларийский спецназ готовил. До протекции. Так что я бы очень удивился, пристрели его кто-то из этих сопляков.
***
Бег в неизвестность затянулся. Полоцкая остановилась и сказала:
— Всё, с меня хватит. Достало это уже — пираты, погони, революции, бандиты и спецслужбы. У меня контракт висит! Кто зверье заказчику везти будет? А нас наверняка в розыск объявили по всем системам, где только связь есть.
Алиса хотела что-то еще сказать, но ей стало как-то не очень хорошо… В ушах зашумело и она упала на колени. Лина подбежала и начала трясти подругу за плечи. Та тяжело дышала и начинала терять сознание. Сквозь шум в голове слышался голос Коперник, но с каждой секундой он становился всё тише.
Открыв глаза, Полоцкая обнаружила себя в баре. Том самом баре, где по пьяни обзавелась татуировкой. Она украдкой посмотрела на плечо. Чисто. Опа… Как вовремя.
Пилотесса рванула к столику, где Коперник зажигала с повстанцами, дернула напарницу за запястье и потянула на улицу:
— Пошли быстро, пока я этих придурков не сдала полиции. Ярранг их за ногу!
Лина ошарашенно уставилась на неё:
— Ты чего? Они же хорошие ребята! Они нас угостили выпивкой.
— Что ты пила? — завопила Полоцкая.
— Черную смерть и Слезы пирата, — ответила Коперник.
— Гокку не пила?
Девушка помотала белобрысой головой:
— Её мы только заказали, когда ты подошла.
— АААААААААААА! — радостно заорала Алиса, обнимая Коперник, — всё поняла, это хреново маларийское пойло, чтоб оно. Никогда, слышишь, никогда не пей гокку. Крышу сорвёт совсем. Дааа… А ещё твоя мама, Элла, жива.
— Чего?! Откуда ты… Ты рылась в моих вещах? Ты что, по базе пробивала? И про папу тоже?
— Я всё знаю, — слукавила Алиса.
— Черт, он наверняка уже узнал, что я не дома. А теперь волноваться будет. Ещё в розыск подаст. А я на мамину фамилию документы при поступлении оформила, думала, что он так искать не станет. Стоп… А откуда ты знаешь, что мама жива? Этого даже служба розыска не знает. Погоди-ка…
Полоцкая закрыла рот подруги ладонью:
— Да, нам многое придется обсудить сегодня вечером. А ещё у нас есть дофига работы.
***
На рассказ ушло часа три. Потому что Лина на каждой фразе перебивала и задавала кучу вопросов, а потом ещё один на полученные ответы. Наконец, закончив историю, Полоцкая поняла, что ей нужно поспать. Главное, чтобы обратно каким-то чудом не забросило, в маларийские дебри.
Поспать удалось часа три, не больше. Потому что в каюту влетела Коперник:
— Там, там…
— Что? Астероид, гигантский корабль Дирижеров, взрыв сверхновой? Что там такое может быть, чтобы не дать мне выспаться после всего?!
Лина опешила:
— Ну, вообще, пираты…
Полоцкая улыбнулась и пошла в рубку, не обращая внимание на недоумевающую напарницу. Включила связь и обратилась к экипажу:
— Энки, мальчик мой, у меня для тебя и твоего папочки чудесные новости. Ваша маман, принцесса КʼЛеа, жива и только я знаю её координаты. Эм… Парниша, который повыше, с крутым ремнём. Ты пуговицу на штаны пришей. А то падают, если что. Энки, мой тебе совет, никогда не трогай ротозеев. А то опухнет морда. Принцу Зуулу привет мой пламенный. Передавайте ему, что Алиса Полоцкая его целует, обнимает и желает им с принцессой всего самого.
Гробовая тишина заставила Лину прийти в себя и вспомнить то, что пилотесса ей успела рассказать. Теперь история не казалась таким бредом, как в первые десять минут.
Сын принца, кажется, слегка офигел от услышанного. Переварил он всё минут через пять. С курса его корабль ушел, но связь не отключил. Когда у «Эксперта» была уже изрядная фора на уход, Полоцкая отправила сообщение с координатами. В ответ пришло «Спасибо» на галакси и лаккианском.
Алиса подмигнула напарнице:
— Лав энд пис, детка.
Та в очередной раз офигела от поведения пилотессы, которая никогда подобным образом не поступала и не разговаривала.
Итак, теперь между ней и Кешей не было явной вражды. Он 100 % оценит поступок. Плюс благодарность его сына. Если развернётся какая-то тема с повстанцами, экипаж корабля «Эксперт» никак с ней связан не будет. Красота, да и только. Плюс не будет бойни в полиции и ответной резни на базе спецслужб.
Полоцкая была в восторге от самой себя. В кои-то веки она сумела повернуть всё так, что никакой фигни не произошло. Эх, вот бы её закинуло в момент перед встречей с Кешей. Она бы ему рассказал про невесту, тот бы растаял и не вломился на корабль. Следовательно, не нарвался на слизней. Но мечтать, как известно, не вредно…
Глава 27. Гокка
Спалось Алисе паршиво. Она ворочалась с боку на бок, превращая простыню в поле боя, на котором смешались выпадающие из карманов мелкие детали, мятные конфеты, единственная помада и чёрт знает что ещё. Лина залипала в комм, как всегда листая новости. День как день, ничего особенного.
Никаких пиратов прямо по курсу, никаких патрулей с повышенным параноидальным стремлением всех проверить и перепроверить. Даже астероидов, летящих навстречу, не наблюдалось в зоне движения «Эсперта». Коперник ажно заскучала. И, хотя она не помнила того, что произошло с ней в альтернативной версии реальности, душа хотела приключений, и задница её полностью поддерживала. Лина бросила коммуникатор на кожаную сидячку и рванула в рубку, где автопилот прекрасно справлялся с движением по ранее заданному курсу.
160 баллов по астронавигации это вам не хухры-мухры. Но когда к ним прилагается шило в заднице, которая, как вы помните, жаждет попасть в нестандартные для рутинного полета ситуации, всё сложнее. Аргументировать Полоцкой свои действия? Да зачем, если можно просто ввести другие координаты и отправиться в люлю смотреть сны.
А у пилотессы в этот момент сознание совсем расшалилось. Снилось ей нечто совершенно странное и её неглупым мозгам непонятное. Она видела во сне не себя, а какую-то женщину. Она, судя по фигуре, была в положении, и куда-то бежала. А её нагоняло какое-то желтое облако. Словно кто-то рассыпал целую цистерну золотистых блесток. Даже во сне Алиса подумала, что это какой-то бред. Женщина споткнулась, разбив колено, и облако, словно взрывная волна, снесло её, окутало, рвануло дальше, не останавливаясь.
Она сделала один глубокий вдох, едва не задохнувшись от мелких частичек, забивающих дыхательные пути, и потеряла сознание. Сама Полоцкая в этот момент почувствовала приступ удушья, резко дернулась во сне и упала с койки. Она открыла глаза и потерла ушибленный локоть. Приснилось… но это явно был не случайный кошмар. Да и беременной женщиной была не она сама. Где-то это лицо Полоцкая точно видела. Вспомнить бы, где. Она сидела на полу, пытаясь выудить из памяти хоть какие-то детали, чтобы составить общую картину. Это не был выброс после гокки. Просто сон, который на что-то явно намекал. Блин, а это маларийское пойло странное… Из чего же его делают, если оно вытворяет такие шутки с сознанием. С этой мыслью девушка пошла к консоли, врубила связь, с радостью отметив, что сигнал Джи-нета оказался вполне терпимым для запроса.
Итак, гокка… Ответ системы поиска заставил её лицо вытянуться:
«Гокка — национальный напиток маларийцев и лаккианцев. Получается при длительном настаивании мицелия одноименного гриба. Под воздействием спиртов он выделяет фермент, который оказывает специфическое психотропное воздействие на определенные участки головного мозга. Также есть мнение, что споры гриба, попадая в организм Хомо Сапиенс, начинают активное развитие. Данных о смертях нет, однако, эффекты, вызываемые…
А дальше шла ссылка на какую-то научную статью на маларийском научном портале. Статья оказалась удаленной. Вот тут Алиса испугалась. Что же там за эффекты?
Глава 28. Главное, это лут!
Энʼкиин, полный восторга от полученной новости, вёл свой кораблик домой, порадовать папашу. Канал связи с ним он принципиально не включал. Ведь его запросто могли перехватить патрули и выйти на пиратское убежище. А так оставалось дойти до нужного сектора, чтобы включить прыжковые двигатели и оказаться в нужном месте. Отследить точку выхода можно. Но это столь геморройно, что проще лет десять выслеживать.
Он откинулся в удобном пилотском кресле, закинув ногу за ногу. Эту позу лаккианцы переняли у ненавистных террианцев. Ведь Терра-TV оставался одним из основных каналов, который транслировали на всю планету. Вместе с позами и жестами в культуру лакка пришли вредные привычки, нецензурные слова и много прочей дряни, вроде поп-музыки, которую не смогло искоренить ни время, ни обстоятельства.
Капитан едва не уснул, упиваясь собственной крутизной и удачливостью. Вдруг корабль тряхнуло. Он вскочил так, словно сел на кнопку. Экран демонстрировал неизвестный корабль, чей экипаж имел наглость пальнуть какой-то дрянью в непосредственной близости.