Владислав Безлюдный – Из Кармана (страница 11)

Мы с Мариной переглянулись. В уголках её глаз светились слезинки. Я понимал, что она хочет жить. Жить по-настоящему. Завести детей, гулять, ходить в кино, театры, в парк, как нормальная пара. Но никто не мог дать нам гарантии, что мы вообще сможем нормально жить, придя в сознание. Любил ли я свою жизнь? Пожалуй, да. Она никогда не была идеальной, но я считал себя счастливым человеком. У меня были друзья, приличная работа и хорошая семья. Впрочем, сейчас, для счастья мне было достаточно быть рядом с ней. Я снова обернулся к Марине, крепко её обнял и поцеловал. В ушах снова зазвенело, а вокруг стали слышны голоса.

— Мы его теряем, давайте разряд!

Эпилог

Я не знаю, сколько прошло лет с тех пор, как мы сделали окончательный выбор. Что происходит по ту сторону кармана, нас уже давно не интересует. Наверняка, мы давно похоронены и оплаканы родными. Это уже не важно. Здесь мы начали новую жизнь, совершенно другую.

Я выглянул в окно. Марина гуляла с коляской, а рядом суетилась жена Кривозуба, пытаясь утихомирить троих бельчат. Мой сын тянул маленькие ручки к пушистым комочкам и улыбался. О чём ещё можно было мечтать?

Строитель нашел своё место в этом мире. Он стал тем, кем был всю свою жизнь. Теперь, вместе с главным архитектором, они строят новые районы. И дают им нормальные названия. В одном из них живём мы.

Наш дом стоит на площади «Справедливости», от которой идут улицы «Любви», «Счастья» и «Добра». В центре стоит красивый фонтан, а вокруг разбит чудесный парк.

Седой старик снял очки. Перед ним была большая карта.

— Посмотрите, коллега. Кажется, всё меняется к лучшему.

Его помощник склонился над картой:

— Совсем неплохо. Думаю, мы сделали правильный выбор, оставив их здесь.

— Да. А ведь мы уже почти поставили крест на этом месте.

— Не в месте дело. Что в карман положишь…

Малыш протянул руку к засохшему старому дереву, и ветка сама потянулась к нему, по пути обрастая свежей листвой и распускающимися цветами.

— Когда ты вырастешь, тебе придётся побывать там, откуда пришли твои мама и папа. Там всё по-другому. Надеюсь, они тебя полюбят. — Марина обняла и поцеловала сына:

— Я верю в тебя сынок.

Сын встал, земля под его маленькими ножками светилась и немного вибрировала. Я посмотрел вверх. Купол кармана стал прозрачнее и через него были видны звёзды внешнего мира. Местные подняли головы. Многие из них никогда даже не слышали о звёздах, да и о небе тоже.

У каждого из нас есть свой маленький мир, внутри которого мы — Боги. Мы меняем наш мир каждый миг. И несём ответственность за все изменения. Важно это никогда не забывать.

Postscriptum

Карта нового, единого мира, сейчас лежала у него на столе. Больше никакой грязи и мух. Всё сделано правильно, и он заслужил покой. Перевозчик сел в удобное мягкое кресло. В кабинет зашли двое в серых костюмах с толстыми папками в руках:

— Ты готов?

— Да. Я готов.

Они достали бумагу, и на ней появилось лицо человека:

— Это новый ты.

Перевозчик посмотрел на фото и ответил:

— Хорошо. Я согласен. Кто заменит меня?

— Ты сам найдёшь его.

Книга 2

Часть 1

Глава 1

«Live fast, die young»[8]

Фестиваль «Рок-ночь 2012» — одно из главных музыкальных событий нашего города. Как написали на афише «Последний фест перед концом света». Приехали несколько известных групп из столицы, а местные команды получили отличный шанс показать себя перед журналистами и музыкальными критиками.

Для молодых музыкантов объявили конкурс, по результатам которого они попадали в список участников. Просто попасть на эту сцену — большая удача для молодой группы, собранной из старшеклассников и студентов техникума, а завоевать почётное третье место и право выступить на разогреве у известного на всю страну коллектива — и вовсе предел мечтаний.

Народ уже вовсю слэмился под сценой, милицейский патруль давно устал отлавливать молодёжь, бесцеремонно распивающую спиртное прямо на территории парка, где проходил опен-эйр фестиваль.

Начинало темнеть, но зрители не собирались расходиться. Антон посмотрел на часы, потом на недовольное лицо сестры:

— Мне ехать надо, прости.

Ками насупилась, оперлась на гитару и опустила голову:

— Ну и езжай, раз так. Доиграю, а потом меня Кос отвезёт на машине…

— Ты же знаешь, я не в восторге от этого твоего Коса. Тачка — это ещё не всё. В голове у него пусто, неужели ты не видишь? Ты для него — очередная интрижка, ему лишь бы затянуть в постель молоденькую девочку. А тебе ещё восемнадцати нет!

— Скоро будет. И тогда я пошлю и тебя, и родителей на все четыре стороны. А вообще, найдём продюсера и…

— И станете очередными «Ранетками»[9], - закончил за неё брат.

— Думаешь, если тебе уже двадцать, то всё знаешь? Привык думать, что ты здесь самый умный, да? Да иди к чёрту со своими нравоучениями. Сам ни о чём, кроме своих мотоциклов не думаешь. Сессию почти завалил. Нечего меня учить! Достали вы меня все!

— Поступай, как знаешь, — ответил Антон, надел шлем и туго завязал под подбородком. Ещё раз взглянув на заплаканное лицо сестры, он тяжело вздохнул и покачал головой. Семнадцать лет, а ума, как у малолетки. Ведётся на лапшу этого Костика. У парня богатый папик, купивший сыну «Мицубиси»[10], деньги всегда при себе и смазливая мордашка. А он… Да, будь он не её братом, а претендентом на руку и сердце, преимущество было бы на стороне этого засранца Кости. Впрочем, если девчонка хочет делать глупости, это её жизнь.

— Ками, быстрее, пять минут на саундчек[11] и выступаем! — Торопил её гитарист.

Девушка взяла гитару и взобралась на сцену. В парке уже собралось несколько тысяч человек местной молодёжи и еще пара сотен приезжих — группы поддержки коллективов из соседних городов. Сейчас она просто разрывалась от сложных и совершенно противоположных эмоций. Она думала и о ссоре с братом, и о выступлении, успехе, известности. Думала она и про Костю, который обещал приехать и посмотреть, как она играет. Вот и сейчас, осматривая толпу под сценой, она искала глазами его. Ведь обещал…

— Три, два, один! Поехали!

На сцене зажглись огни, басист дёрнул верхнюю струну и недовольно поморщился — полученный звук его не устраивал. Ритм-гитарист поймал на лету брошенную бутылку минералки, откупорил её зубами, сделал большой глоток и бросил обратно в толпу.

— Ками, ты что, обкурилась? У нас саундчек вообще-то!

Девушка и впрямь была на своей волне и никак не реагировала на происходящее, пока Жека, ударник группы, не треснул её по макушке барабанной палочкой.

После четвёртой песни зал завёлся не на шутку, а к концу выступления уже требовал спеть «Птицу грома» на бис. Рок-баллада, совершенно не типичная для поп — панка, который обычно играли ребята, понравилась народу, и они настойчиво требовали спеть её ещё раз.

Ками не прогадала с выбором песен. «Птицу» она начала писать ещё классе в восьмом, но закончила только недавно.

Гитарист, вытирая пот со лба, подмигнул Ками, — Ну что, не выдохлась ещё?

Ками показала товарищу язык и ударила по струнам.

Камилла. Именно это слово, а точнее, её имя — было нацарапано гвоздём на лаке гитары. Она это сделала ещё лет в двенадцать. Да, сейчас она сама оторвала бы голову любому, кто поцарапает её малышку. Гитара — это святое.

Прожектор осветил сцену, а за ним зелёные и красные лучи лазеров, рисующие на заднем фоне название сегодняшнего действа. Ками улыбнулась. Недавнее расстройство уже отошло на задний план, и сейчас она видела себя в лучах славы. Конечно же, вот он — её звёздный час. То, ради чего она сбивала пальцы в кровь, бежала в любую погоду к учителю гитары. То, ради чего прогуливала школу, и даже собственные свидания. Да и сама группа, которая сейчас выступает на сцене. Не подойди она сама к Жеке и не прочитай ему лекцию о том, что пора подниматься выше, сейчас парни бы пили пиво в рок — клубе, в тайне завидуя приезжим командам. А она сама была обычной школьницей, ни чем не отличающейся от тысяч точно таких же сверстниц.

Получив пару минут передышки перед следующей песней, гитарист подкручивал у себя колки и советовался со звукачом. Алекс, басист, тем временем уже потягивал пиво из банки, заботливо предложенной кем-то из гостей. Ками брезгливо посмотрела на него — алкоголь она на дух не переносила, тем более на концерте. Тем временем, народ под сценой начал скучать. Раздались привычные крики «Мясо!!!». С одной стороны сцены — десятка два полуголых девиц и их парней, разгорячённых музыкой и атмосферой. С другой — пара выбивающихся из общей картины клубных тусовщиц в прикидах кислотных расцветок, с разноцветными волосами. Вся эта братия активно требовала продолжения банкета и как можно более жёсткого. Остальной народ к сцене не подходил, попивая пиво и ожидая следующей песни.

— Хотите мяса?! — Тут уже Ками не на шутку пробрало. Она взяла старый, верный «Фендер»[12] и начала играть. Причём, совсем не то, что сейчас шло по списку. Это был соляк из какой-то пауэр-метал композиции. Это было настолько быстро, что она сама едва успевала переставлять пальцы. Соло — гитарист опустил инструмент и только наблюдал за ней. Алекс тоже удивлённо посмотрел на неё. Песню он узнал и уже спустя пару секунд подыгрывал ей. Ритм-гитара тут же подключилась, и играть стало намного легче. Жека усмехнулся и ударил по барабанам.