Владислав Белик – Выродок (страница 6)

– Не переживай, я в полном порядке, – быстро сказала Полина и следом задала вопрос: – Волохов в кабинете?

– Он с самого утра из него не выходит, – ответила женщина. – А что ты…

Не успела она договорить, как Полина вылетела из туалета и направилась к редактору. Она без стука вошла в кабинет и села напротив Волохова. Мужчина опешил, отложил сигару и спросил:

– Тебя не учили стучать?

– Петр Иванович, я съездила на место преступления.

– Это не повод так вламываться в мой кабинет!

– Простите, больше такого не повторится.

Волохов глубоко вздохнул, опустил экран ноутбука и проговорил:

– Рассказывай, что видела.

– Обезглавленную девушку.

– Серьезно? – Петр Иванович взял сигару и сделал вдох. – Не думал, что отдаю тебе настолько интересное дело.

– Интересное? – с иронией в голосе спросила Полина.

– Да, дорогая, очень интересное. Не каждый день в городе находят обезглавленный труп, – Волохов достал кожаный блокнот, раскрыл его и сказал: – Накидывай мне тезисно, что видела.

– Труп нашли у берега озера, рыбаки вытащили.

– Отлично, еще что?

– Девушка была без головы.

– Ага, – говорил Петр Иванович, а его ручка порхала над чистыми листами блокнота.

– Рыбаки рано утром слышали шум машины, – продолжала Полина.

– И? – спросил Волохов, как только заметил, что девушка замолчала.

– Все, – ответила Полина.

– Как все? – удивился редактор. – Ты больше ничего не узнала?

Конечно, Полина знала куда больше: татуировка лисицы, местонахождение берега, куда, скорее всего, подъезжал убийца, про синие полосы на запястьях жертвы, но ей не хотелось просвещать Волохова в полной мере. Тем более, девушка чувствовала, что Петр Иванович не просто так достал блокнот.

– Пока все, – ответила Полина и следом спросила: – Зачем вам тезисы?

– Хочу понять, насколько ты хорошо работаешь. Если бы накинула еще как минимум пять тезисов, я был бы уверен в тебе, а так… Что-то мне подсказывает, статью ты запорешь.

– Или вы сами хотели заняться делом обезглавленной девушки? – вдруг сказала Полина.

– Не отрицаю, что тема интересная, но своих журналистов я не обманываю. Если ты получила тему, никто ее не заберет!

Полине стало стыдно за свою скрытность. Волохов помочь ей хочет, а она недоговаривает факты, как разведчик на допросе. Ей хотелось исправить положение и накинуть еще несколько тезисов редактору, но она вовремя остановилась, когда услышала:

– Но мы внесем небольшие коррективы, – сказал Петр Иванович. – Для тебя мы подберем случай куда проще, но тоже с убийством. Так ты точно попадешь к нам в редакцию, а с девчонкой без головы можешь накосячить.

– Вы же сказали, что тему статьи никто не заберет! – возмутилась Полина.

– Да, но ты еще зеленая…

– Я справлюсь, обещаю вам!

– Обещаний мало.

– Что вам тогда надо? – спросила девушка и следом сказала: – Вы читали мою дипломную работу и знаете на что я способна.

– Кто угодно может написать диплом по журналистике, ссылаясь на информацию в интернете. Ты сначала попробуй найти друзей в полиции, постарайся их разговорить, а потом уже качай права! – повысил голос Волохов. – Тебе пока рано писать статьи на подобные темы!

– Но Петр Иванович…

– Хватит! – Волохов ударил кулаком по столу. – Если продолжишь в том же духе – вылетишь отсюда! Ты этого хочешь?

– Нет, Петр Иванович, – тихо ответила Полина.

– Тогда нечего со мной спорить, – сказал Волохов, и его голос звучал твердо. – Как только появится тема статьи – дам знать, а сегодня можешь взять выходной.

Полина поднялась и подошла к двери. Как только она дотронулась до ручки, Волохов ее окликнул:

– Подойдешь к Лосеву и расскажешь все, о чем узнала. Он будет заниматься твоей статьей.

Девушка ничего не ответила редактору, только вышла из кабинета и с грохотом захлопнула за собой дверь.

– Аккуратней, не у себя дома! – через стену закричал Волохов.

– Да пошел ты, ублюдок, – шепотом сказала Полина.

Глава 2

Весь день Каменев провел в кабинете, изучая недавно заведенные дела. Что-то ему подсказывало: девочку похитили несколько дней назад. Если это так, родственники должны были написать заявление. Однако из толщи бумаг Витя ничего не почерпнул, не нашел ни одного заявления о пропаже человека. Единственным логичным объяснением следователю казалось то, что девчонка была сиротой.

Он пытался вспомнить, где же видел эту чертову татуировку, но так и не мог. В попытках ускорить мыслительные процессы Витя начал изучать студии тату по всему району, выписал адреса и решил туда наведаться.

Хотя какой в этом смысл, когда каждая вторая девчонка бьет себе на тело что угодно, лишь бы выделяться в толпе сверстников?

Раздался стук, и в кабинет вошел Андрей.

– Ты в меня не целишься? – задал вопрос мужчина и улыбнулся.

– Не переживай, ствол не заряжен, – ответил Каменев.

– Смешно, – Ретушев сел напротив следователя. – Ребята закончили осматривать территорию.

– Нашли что-нибудь интересное?

– Голову – нет, – начал Андрей, – но есть кое-что другое.

– Так-так, давай говори.

– Что говорить, если я могу показать?

Андрей вытащил из кармана небольшой полиэтиленовый пакетик и вручил его Каменеву. Следователь взял его в руки и присмотрелся к тому, что было внутри. На первый взгляд ничего интересного, обычный плетеный браслет, похожий на фенечку.

– И что? Его мог обронить кто угодно, – сказал Каменев.

– Возможно, – согласился Андрей, – только его нашли на том месте, куда ты отправил криминалистов, прямо у берега.

– Кстати, ребята зафиксировали следы протекторов шин? – задал вопрос Каменев, изучая браслет.

– Конечно, зафиксировали, Егор за всем проследил.

– Исполнительный малый.

– Ты это, сегодня не пей, а то Громов собирает завтра собрание. Если увидит тебя в неподобающем виде, раздаст по первое число, – сказал Ретушев и поднялся со стула.

– Не нужно за меня переживать, но спасибо, – Каменев положил улику на стол.

– Собрание в девять, не проспи, – Андрей вышел из кабинета.

Иной раз Ретушев напоминал заботливую мать. Хоть он и был всего лишь диспетчером, работники следственного комитета относились к нему как к равному, даже полковники считались с его мнением. Андрей не стремился подняться по карьерной лестнице или получить очередное звание. Это ему попросту не было нужно, он комфортно чувствовал себя на своем месте.