Владислав Белик – Сизовград (страница 44)
– Вали уже, – в ответ засмеялась София.
Как только Саша отошел на достаточное расстояние, он сразу позвонил Коломову.
– Я сделал, что обещал. Встреча назначена на девять вечера у старого театра. Ты даже не представляешь, как ей сейчас хреново. Воскрешение сильно ударили по ее внешности. Она очень изменилась.
– Мне плевать, как она выглядит, – сказал Коломов. – Главное, что ты выполнил свою часть уговора.
– Леш, я больше не хочу с тобой иметь никаких дел. Наша дружба окончена. Ты отвратительный человек, и у меня нет ни малейшего желания с тобой общаться.
– Как знаешь, – сказал Леша и повесил трубку.
– Какой же я подонок, – сказал себе Дануев. – Надеюсь, София меня простит…
***
Катя решила наведаться к Даше без звонка. Она подходила к подъезду, когда из него выходили врачи в белых халатах. Они выводили какую-то девушку. Она брыкалась и кричала. Катя узнала голос девушки – это была Даша. Она просила ее освободить, но санитары не выпускали девушку из своих цепких лап. Они затащили ее в машину скорой помощи и увезли в неизвестном направлении. Катя как остановилась перед подъездом, так и стояла, пока машина скорой помощи не скрылась за поворотом. Что сейчас произошло?
Девушку одолевало желание подняться в квартиру Даши и расспросить ее родителей. Она стояла и долго думала, стоит или нет? Потом, спустя несколько минут, к ней пришло осознание одного факта. Даша ее подруга, значит, долг Кати обо всем разузнать.
Она зашла в подъезд и нажала на кнопку лифта. Через полминуты Катя уже стояла напротив квартиры Даши. Палец надавил на звонок.
– Кто это? – голос донесся из-за двери.
– Меня зовут Катя, я подруга Даши, – сказала девушка, она ничего умнее не придумала, как спросить. – Можно позвать Дашу?
Замок щелкнул, и перед Катей предстала заплаканная худощавая женщина лет пятидесяти. Она гостеприимно провела Катю на кухню, налила чай и только после этого представилась.
– Меня зовут Елена Степановна. Я мама Даши. Ее, к сожалению, сегодня дома не будет, да и несколько месяцев тоже, – женщина села возле Кати.
– Что случилось? Почему?
– Ты умеешь хранить тайны? Я не хочу, чтобы это вышло за пределы стен моей квартиры.
– Конечно, Елена Степановна. Даша одна из моих лучших подруг.
– Я рада, что у моей девочки есть лучшая подруга, – говорила Елена Степановна.
– Расскажете? – прямо спросила Катя.
– Ее сняли с крыши буквально полчаса назад. Она хотела покончить с собой, – женщина плакала. – Не знаю, почему она хотела, но так вот… Ее спас рабочий. Он что-то делал на крыше и обратил внимание, как Даша поднялась на крышу, прошлась немного вперед, потом назад, и как рванула к краю крыши. Мужчина, слава богу, успел сбить ее с ног. Мне стало страшно, и я вызвала санитаров.
– Вы посадили ее в психушку? – возмутилась Катя.
Она вспомнила обо всех Дашиных проблемах со сном, даже тот момент, когда на улице ей привиделись странные образы. Даша попросту не высыпалась из-за кошмаров. Видимо, ее мозг дал сбой…
– А что мне еще делать? Мне стало страшно, Катюш.
– Спасибо большое за прием. Но мне нужно идти, – грубо сказала Катя и вышла из комнаты.
Вслед ей Елена Степановна крикнула:
– Не суди меня. Будет у тебя ребенок, и не такое сделаешь.
Но Кате было все равно. Она уже стояла в подъезде и ждала лифт. Елена Степановна не потрудилась даже во всем разобраться. «Я никогда не буду такой матерью, как ты!» – говорила себе Катя.
Девушка вышла на улицу, села на лавочку и позвонила Софии. Она находилась в глубочайшем шоке от того, что произошло.
– Да, привет Кать. Как твои дела? – спросила София на том конце провода.
– Так себе, если честно, – отвечала Катя. Ее голос выдавал озабоченность.
– Давай рассказывай, а то у меня тоже что-то не очень день начался. Кстати, приходил Саша, – говорила София.
– Дашу увезли в психушку, – резко сказала Катя.
– Как? В смысле? – удивилась София.
– В прямом. На моих глазах ее засунули в машину и увезли. Ее мать даже не удосужилась во всем разобраться. Она рубанула с плеча и упекла родную дочь в больницу! – возмущалась Катя. – Как можно до такой степени не любить дочь?
– Как так получилось? Из-за чего ее упекли в дурку?
– Она чуть не сиганула с крыши. Ее спас какой-то работник.
Несколько секунд молчания нагнетали обстановку.
– С ней все же в порядке, за исключением того, что ее забрали в дурку?
– Вроде бы, да, – отвечала Катя. В ней кипела лютая ярость. – Я не увидела на ней ни единой раны.
– Это хорошо. Ну как хорошо… Она, по крайней мере, жива. В какую больницу ее увезли? – интересовалась Софа.
– Вообще не представляю, – говорила Катя с нескрываемой злобой. – Если бы знала – давно бы была там.
– Если что-то еще узнаешь – звони. У моих родителей есть небольшие связи. Они помогут, – сказала София.
– Тебе пора идти?
– Да, Катюш. Нужно приготовиться к сегодняшнему вечеру. Увидимся – я тебе расскажу, как сложно было это сделать. Ты меня даже не узнаешь, – говорила София, явно намекая на встречу с ребятами.
К сожалению, Катя не знала подробностей разговора Саши и Софии, так что восприняла ее слова по-своему. Видимо, ее ждет очень серьезный разговор с Коломовым. По крайней мере, так подумала Катя и даже была права.
– Хорошо, до встречи, Соф. Разузнаю все – позвоню. Нужно ее вытащить оттуда. Она же там умрет!
***
Коломов не мог успокоиться. Он нервно ходил по дому и периодически смотрел на время. Его посещали отвратительные мысли. Если Андрей сказал эту фразу, значит, он либо нарочно это сделал и действительно хочет умереть, либо совершенно случайная фраза поставит крест на серийном убийце. В любом случае есть альтернатива. Можно договориться с Софией и навечно закрыть маньяка в клетке. Только где взять клетку? Как поступить правильно?
Месть сжигала душу Коломова, но он не хотел вставать на путь, который выбрал для себя Андрей. Ему было отвратительно даже думать о том, что он может своей рукой прервать чью-то жизнь. До этого все делал Андрей, но сейчас, когда ему самому нужно проявить стойкость характера, чтобы отомстить за смерть отца…. Это сложно.
Он снова посмотрел на часы. Еще пятнадцать минут, и можно выходить из дома. Как же долго тянется время. Леша пошел на кухню и взял маленький нож для рыбы. Он тонкий и незаметный, так что его можно аккуратно спрятать за пояс, к примеру. Взгляд на часы. Осталось тринадцать минут. Боже, как же долго. Он пошел в кабинет отца. В сейфе до сих пор стояла бутылка виски. Коломов решил угомонить свои нервы. Глоток, второй, третий. Он не чувствовал вкус, только жжение в груди.
Опять взгляд на время. Десять минут. «Потерпи, Леш. Сядь и успокойся», – говорил он себе. Коломов так и поступил. Он сел в кресло отца и закрыл глаза. Перед ним появлялись образы, картинки из прошлого. Как он любил своего отца. Даже сейчас любит, когда его тело, по крайней мере, то, что он смог получить, покоится в земле.
Стоп. Нервы Коломова, словно струны, напряглись. Он только сейчас понял одну вещь. Тело его отца могло быть на складе. Ему следует за ним вернуться. Но не сейчас. Через две минуты он должен выходить на встречу со своей бывшей любовью…
***
Солнце уже зашло за горизонт. Только фонари освещали сквер рядом со старым театром. София приложила максимум усилий, чтобы ее лицо не выглядело таким старым. Она хотела перекрасить волосы, но времени не было. Она и так много часов потратила на мейкап. Софа стояла и чего-то ждала. Неизвестно чего. Она звонила Дануеву, но он просто не брал трубку. Звонила Кате, она тоже не подходила к телефону. Видимо, они уже подходят или у них что-то случилось. Софа решила сесть на лавочку возле фонаря. Она надела наушники и закрыла глаза.
Через песни Queen доносился чей-то голос. Софа не сразу поняла, что происходит. Она потянулась к левому наушнику и сняла его. В ухо ударил очень знакомый голос, который она никак не хотела сейчас слышать. Даже находиться рядом с источником этого звука.
– Дануев, мудак! – выругалась София и открыла глаза.
Рядом с ней сидел Коломов. Он изменился. Осунулся, выражение лица поменялось. От уверенного парня в нем ни осталось ничего. Какое-то событие переломало его пополам.
– Соф, мне нужно с тобой поговорить.
– Зачем? – спросила София и резко встала с лавочки. – Я не намерена вообще с тобой видеться, не то чтобы разговаривать.
Только Софа развернулась и сделала попытку уйти, как Коломов остановил ее одной фразой:
– Мой отец мертв.
София стояла спиной к Коломову.
– Мне нужна твоя помощь, чтобы остановить его! – говорил Леша очень проникновенным голосом.
София хоть и всей душой ненавидела Коломова, но она не чуралась проявлений к нему сочувствия.