Владимир Жариков – Парадокс Вигнера. Научно-фантастический роман (страница 11)

Эта особенность квантовых законов проявляется в ситуации, когда система подвергается измерению. Даже если её состояние перед этим известно точно, результат нельзя однозначно спрогнозировать. Мы можем лишь перечислить возможные результаты измерения и предсказать вероятность каждого из них. Это возможно проверить лишь большим, в идеале, бесконечным, числом измерений. Те результаты, которые более вероятны, должны случаться чаще, менее – реже.

Но это означает, что единственное измерение не может ни подтвердить, ни опровергнуть любой вероятностный закон. Предположим, что один из возможных результатов имеет очень низкую вероятность, скажем, 10 в минус шестой степени. Почти все, включая профессиональных физиков, будут считать наблюдение этого результата «фактически невозможным». В соответствии с этим, его реальное наблюдение «фактически противоречит» данному закону так, что само по себе наблюдение считалось бы чудом.

Однако, рассматривая ситуацию строго математически, мы можем только предсказать, что в чрезвычайно длинном ряду измерений, много миллионов событий, данный результат будет наблюдаться в одном случае из каждого миллиона событий. Нельзя предсказать, в каком конкретно измерении он будет наблюдаться. Это может быть даже в самом первом измерении из серии, что не противоречило бы вероятностному закону. Более того, этот результат измерения, хотя и с низкой вероятностью, может наблюдаться даже при однократном измерении. Такой случай может выглядеть странно, но не будет противоречить вероятностному закону.

Последнее утверждение, по сути, удивительно: единственный случай может выглядеть как чудо, без всякого противоречия с вероятностным квантово-механическим законом. Эта наука допускает существование странных событий, которые можно назвать вероятностными чудесами. Таким образом, мистические явления, которые выглядят как чудеса, не противоречат современными естественными науками. Причина этого в том, что квантовая механика, являясь основой этих наук, допускает существование вероятностных чудес.

Эта принципиальная возможность используется в квантовой модели Сознания, разработанной мною. Информация о событии, имеющего мизерную долю вероятности, поступает в Сознание и вызывает лихорадочную работу мозга по подгонке частоты вибраций его струн к резонансу. Это происходит потому, что в блоках памяти нашего мозга нет подобного события. В этом случае он будет бесконечно долго искать частоту, резонансную этой информации и Сознание, как «цензор» само скорректирует информацию – «такого не бывает», чтобы обезопасить мозг от перегрузки и грозящего нам шока.

Ясновидение – это способность извлекать информацию, недоступную для Сознания. Согласно теории Эверетта реальный мир – это совокупность всех параллельных. Мы воспринимаем их, как единый квантовый мир. Его эволюция обратима во времени, и состояние в любой момент определяет прошлое. Для квантового мира, рассматриваемого как единое целое в понятиях прошлого, будущего и настоящего нет никакого смысла – все моменты времени и, более того, все точки пространства-времени в квантовом мире равноправны. Поэтому процесс познания позволяет извлекать информацию из любой области пространства-времени квантового мира. В этом процессе становятся доступными любые, сколь угодно далёкие, пространственные области всех параллельных миров, и более того, состояния этих областей в любое время.

Этой способностью «заглядывать» в любой параллельный мир прошлого обладают феноменальные индивидуумы. Одним из наиболее известных ясновидцев был Эдгар Кейси, который помогал безнадёжным пациентам, получая информацию о том, что обеспечило бы их выздоровление. Ещё один пример очень сильного ясновидца – Вольф Мессинг. Он мог, в частности, читать мысли и по фотографии человека узнавать о его судьбе. Оба ясновидца предсказывали будущее. В частности начало второй мировой войны. В связи с этим отмечу, что согласно квантовой модели Сознания предсказание будущего в принципе не может быть достоверным. Действительно, будущее представлено набором альтернатив параллельных миров настоящего времени. Если кто-то предсказывает, какая из них будет субъективно восприниматься, то сделать это он может только с некоторой вероятностью.

Предсказание может быть достаточно надёжным лишь в том случае, если речь идёт о не слишком отдалённом будущем и предсказывается событие, которое «уже подготовлено» ходом событий в прошлом и настоящем. В случае второй мировой войны именно это и произошло: было известно, что война стала фактически неизбежной за несколько лет до её начала.

Рассмотрим теперь случай предсказания незначительных событий, которые могут происходить с достаточной вероятностью. О предсказаниях таких событий можно утверждать следующее. Во-первых, в этом случае более точны условные предсказания, когда оговаривается, что событие произойдёт при условии, если свершится другое, точно указанное событие. Тогда предсказание содержит информацию не о самом событии, а о том, что между двумя событиями, которые могут относиться к разным моментам времени, существует связь, что одно без другого невозможно. Если такая связка вполне определённая, тогда и предсказание достаточно верное. Примером такого условного предсказания могут служить «чтения» Эдгара Кейси, который узнавал в одном из параллельных миров, какой конкретный препарат поможет пациенту. А также условия его применения, если с ним будут выполнены определённые процедуры. Того же типа предсказание Мессинга, что Гитлер будет побеждён, если двинется на восток.

Для меня пока остаётся загадкой – как предсказатели проникают в параллельные миры, чтобы получить информацию? В нашем случае имеется возможность узнать это с помощью коматозного пациента и «квантового компьютера». Это шанс для нас обоих, уважаемый Илья Кузьмич! Мы не только узнаем, как этот коматозник путешествует по параллельным мирам, но и выведем его из состояния комы.

– Но каким образом? – настаивал Протасов.

– Это дело техники, дорогой друг! – заверил Куликов, – мой «квантовый компьютер» способен не только проникать в Сознание человека, но и управлять им.

– Что Вы имеете в виду? – уточнил Протасов.

– Вызывая резонанс струн головного мозга введением определённой информации с помощью частотных импульсов, в его Сознание, – отвечал профессор, – я могу не только узнать, что хранит его память, но и подчинить Сознание моими приказам!

– Вы хотите сделать из него зомби? – насторожился Протасов.

– Нет, что Вы? – успокоил Куликов, – когда он придёт в себя, его Сознание «очиститься» от корректировок и пациент сам может поведать нам много интересного. Он будет абсолютно здоров!

– Но сегодня мы уже ничего не успеем, – констатировал Протасов, глядя на часы, – скоро утро! Я распоряжусь, чтобы нам сделали бутерброды и сварили крепкого кофе?

– Пожалуй, не помешало бы подкрепиться, – согласился Куликов.

Илья Кузьмич поднялся и покинул ординаторскую, а Куликов подошёл к окну и посмотрел на горизонт, где загоралась ранняя заря. Москва удивительный и в то же время урбанизированный мегаполис. До двух часов ночи она вся гудит и этот не воспринимаемый ухом по причине адаптации, гул, стихает лишь на два-три часа. Это самое спокойное время в московских сутках. С четырёх часов наступает робкое утро. Для немногочисленных автомобилистов вместе с ним мчится навстречу величавая Москва, удивляя отсутствием пробок, монументальностью современной архитектуры, радуя ярким весельем праздника утра и теплом вспыхивающих поочерёдно окон, волнуя отражением ночных фонарей в Москве-реке и успокаивая тишиной арбатских переулков. Столица просыпается и отдельные звуки, и шумы робко начинают достигать ушей бодрствующего человека, напоминая о начале очередного суматошного и гудящего дня. И так ежесуточно, еженедельно, и ежегодно…

Дикое Поле

Донские просторы с богатой травянистой растительностью, а также ковыльные степи издревле называли Диким Полем. Ещё в каменном веке, эти места привлекали сюда кочевые племена, чьим основным занятием являлось скотоводство, а характер быта подходил для постоянных переездов на новые пастбища. Донские степи помнят киммерийцев, вторгшихся в Закавказье во второй половине восьмого века до нашей эры, и завоевавших даже некоторые районы Малой Азии. Помнят появившихся здесь позже скифов, вытеснивших киммерийцев с берегов Дона, которым тоже пришлось по нраву Дикое Поле. Обеспечив прочный племенной союз, эти кочевники создали своё государство Скифию, основателем правящей династии, которой стал царь Колакс. Его государство достигло наивысшего расцвета в начале четвёртого века до нашей эры.

Тогда же в южных степях Причерноморья расселялись греки-колонисты. Их крупнейшие города – Ольвия, Тира, Херсонес, объединились в Боспорское царство со столицей в Пантикапее. Греки вели оживлённую торговлю с центрами Средиземноморья и местным населением. Для расширения торговых связей между античным миром и Приазовьем боспорские греки в начале третьего века до нашей эры основали в устье Дона город Танаис. А через сто с небольшим лет на территорию нижнего Дона приходят сарматы и вытесняют скифов в Крым и Нижнее Поднепровье. Во втором-третьем веке новой эры наиболее могущественным племенем на территории между Каспием и Азовским морем оказались аланы – воинственные кочевники, установившие своё господство на донских просторах и неоднократно вторгавшиеся в Закавказье. В 372 году часть алан была покорена гуннами, а оставшаяся вытеснена из степей Северного Причерноморья в горные районы Кавказа.