Строгая церковь
Ребёнку дедушка на сон грядущий часто говорил:
Вот вырастешь, вдруг станет плохо так, что белый свет не мил,
Ты в храм иди, тебе там легче будет, помни моё слово.
И вырос человек, и стало в день один ему совсем хреново,
И вспомнил он наказы деда, в храм пришёл, перекрестился,
И сразу перед ним какой-то завсегда́тай появился:
Вы креститесь не так, как надо, постыдились бы, вообще-то.
Второй подходит: Вы не там стоите. Третий: Вы не так одеты.
Тут женщина одна подходит, смотрит с укоризной, строго:
Вы б наперво узнали как себя вести, уйдите, не гневите Бога.
И вышел человек из храма, плачет горько о своём,
Вдруг слышит голос, Что расстроило тебя, дитя моё?
Поднял лицо – над ним Христос участливо склонился.
О, Господи, меня тут попросили, чтобы я из храма удалился.
Не плачь, – его Иисус по-отечески смиренно обнимает:
Они, по правде, и меня к себе уже давно не допускают.
Достоинства Купюр
Сгорел мешок Купюр, в Чистилище их души очутились,
Потом кто в Рай, кто в Ад, ну, в общем, разделились.
Из очереди в Ад вдруг Пятитысячная штучка вылетает:
За что? Меня все любят, я так молода! – рыдает.
Из праведных к ней склеенная, тёртая Десятка подошла:
Ты в церкви, внученька, когда в последний раз была?
К вопросу о церкви и религии
Религия, единый Бог, Христа учение,
Его библейские святые изречения…
Он проповедовал смирение и любовь,
А получилось что? Насилие и кровь!
Как на Руси язычество искоренили?
В крови всех несогласных утопили!
Спалили идолов, религиозные убранства,
Нож к горлу: принимайте христианство!
А крестоносцы по дороге к Иерусалиму
Мечу предали сотни городов муслимов!
Неужто, чтобы гроб Господень защитить,
Необходимо столько злодеяний совершить?
Средневековье взять – иезуиты, гугенотов кровь,
Резня невинных и насилие вновь и вновь!
А сколько человек (еретиков) сожгли в кострах
Во имя кроткого и непорочного Христа?!
Да ладно прошлое – сейчас не всё кристально чисто:
Педофилия у католиков, а что до исламистов…
Собрался сжечь публично экземпляр (один) Корана
Не так давно священник в США, чтобы ревнители ислама
В трагическую годовщину обрушения Башен-близнецов,
Публично осудили террористов-подлецов,
Задумались о мракобесии в их жизни,
О притеснении женщин и открытом экстремизме.
В ответ сто тысяч демонстрантов в исламистских странах
Жгут тысячами флаги США, портреты Барака Обамы,
Дотла спалили у себя в столицах шесть посольств Америки,
Камнями заживо забили 8 женщин в праведной истерике.
Благими намерениями, как говорят,
Дорога вымощена в Ад!
Да ладно о жестоком и былом. Под оком Бога
Давайте подводить итоги.
Мечеть и церковь соотносятся с Аллахом и Иисусом,
Как касса театральная – с искусством.
А наша церковь православная без меры,
Флиртует с государством вдалеке от веры.
По мне так, если верите всем сердцем в Бога,
К нему идите праведно своей незримою дорогой.
А церковь – это так, посредник и не самый чистый,
Кровавый в прошлом, ныне – пафосный, речистый. 
