Весь в перхоти, в три волосинки борода – дьячок.
Грешна, святой отец! – Как тяжек грех, поведай не тая? —
В рот, батюшка, взяла… – Велик и тяжек грех твой, дочь моя!
Поставь 100 свечек Господу, – качает с укоризной головой:
За вечер «Отче Наш» 100 раз прочти – отпустится грех твой…
Задумалась селянка, показалось ей всё это делать в лом,
И едет в городскую церковь бить челом.
Её встречает молодой священник с модной стрижкой,
С холёной бородой, псалтырь под мышкой.
Грешна, святой отец! – Как тяжек грех, поведай не тая? —
Да в рот взяла… – Ну, уж не так и тяжек грех твой, дочь моя…
Ты свечку Господу поставь, – качает с пониманием головой:
Прочти раз «Отче Наш» – отпустится грех твой…
Святой отец, да как же так?
Наш местный деревенский дьяк
Сказал, что я должна поставить Господу 100 свечек
И "Отче Наш" 100 раз прочесть за вечер!
Со вздохом батюшка с колен девицу подымает:
Эе-ех, да что они у вас в провинции в минетах понимают!
Колокольцы
Мужик на исповеди у попа переминается с ноги на но́гу.
Тот говорит: Вот давеча я проезжал по столбовой дороге,
Приметил, ты лужок косил так споро, без устатку,
И почему-то колокольцы были у тебя прилажены на пятках
Бывает, косишь, батюшка, а под ногами перепёлки попадаются.
Их жалко… Я вот колокольцы привяжу, они и разбегаются… —
Сие похвально! Так же впредь пекись о Божьих тварях, свет.
Да у тебя при твоей святости поди грехов-то нет?
Нет, грешен, батюшка, – стыдливо под ноги мужик глядит.
Ну, кайся, сын мой, Бог простит…
Бывает барин с барыней поехать в город решут,
А барышня одна останется… Так, грешен… —
Ну, ничего, тут дело молодое, свет,
Надеюсь, у тебя серьёзных прегрешений нет?
Нет, грешен, батюшка.
Бывает барин с барышней поехать в город решут,
А барыня одна останется… Так, грешен…
Сын мой, вот это, я тебе скажу, уже серьёзный грех!
Ты избегай, запомни наперёд, постыдных бесовских утех…
Я, так и быть, за этот грех сегодня помолюсь усердно, свет.
Уж больше никаких грехов, надеюсь, нет?
Нет, грешен, батюшка…
Бывает барыня и барышня поехать в город решут,
А барин, значит, дома… Грешен…
Сын мой! – отец святой опасливо заёрзал задом:
Тебе не к пяткам колокольцы-то приладить надо!
Решился-таки исповедоваться
Германия. Приходит в церковь пожилой мужчина:
Святой отец, для исповеди есть причина… —
И в чём твой грех, сын мой, что исповедаться решил? —
Давным-давно, во времена войны я согрешил.
В подвале от нацистов спрятал у себя евреечку-девицу. —
И в чём тут грех? – священник искренне дивится.
Не просто бескорыстно спрятал, нет —
За это мне девица делала минет. —
Ну ничего, сей грех, я помолюсь, тебе простится.
Ты хоть раскаялся, но продолжай молиться.
Тут есть один нюанс, святой отец, в неведении она…
Я до сих пор молчу, что кончилась война.
По сравнению с Пресвятой Девой
Церковный праздник. Мы сегодня, – пробасил святой отец:
Восславим Пресвятую Деву, чтобы все вы, наконец,
Почувствовали чистоту, величие её, окрепли в вере…
Рассмотрим эти тезисы на жизненном примере.
Вот среди вас сидит смиренная отроковица Маша. 
