Владимир Яцкевич – Родной ребенок. Такие разные братья (страница 30)

Ананд, расхаживая по комнате, ликующе произнес:

— Видишь? Разве я не прав? Кто больше заботится о нем? — Помолчав некоторое время, он посмотрел жене в глаза и добавил с искренней гордостью: — Именно я!

Он важно, словно павлин в брачный период, расхаживал по комнате и приговаривал:

— Все продумано!

Затем, взяв с полки миниатюрного белого слона, на котором восседал изящно выточенный махараджа, Ананд повертел его в руках и осторожно поставил на место.

— Конечно! — согласилась Деваки, с трудом скрывая восторг. — Продумано все, кроме одного!

— Не понял? Как? Тебе что-то здесь не нравится? — насторожился будущий отец.

— Замечательные игрушки. Но они же все для мальчика! А вдруг у нас будет дочь? — неожиданно для Ананда сказала Деваки, глядя на пестрые автомобили, велорикши, экскаваторы.

— Э… э! Нет, дорогая! Я абсолютно точно знаю, что у нас будет мальчик! — категорично заявил Ананд.

— А я уверена, дорогой, что это девочка!

— Нет, мальчик! Я знаю! — Ананд встал на колени перед женой, обнял ее пониже талии и приложил ухо к ее животу. — Я же слышу, что мальчик.

Деваки засмеялась. Ананд встал с колен и, довольный, улыбнулся.

— Пойдем пить чай! — сказала она.

— А ты помнишь слова Вики, который сетовал на женщин, что они пьют чай и кофе. Ведь врачи говорят, что это вредно.

— Чай будешь пить ты, а я выпью немного соку.

— Хорошо.

Деваки пила сок манго и наслаждалась панди.

— Меня почему-то тянет на сладкое, — тихо сказала она.

— Значит, он требует. Кстати, в манго есть все элементы для роста и жизни, задумчиво ответил ей муж.

Допив сок, Деваки раскрыла книгу.

— Вот в санскарах сказано: «О прекрасная! Беременная женщина не должна принимать пищу в сумерках. Должна избегать тени дерева».

— Мудро! Нашему сыну необходимо солнце и первичная пища, а не вторичная.

— Ты прав, Ананд! Вот «Вараха-смрита» как раз запрещает мясную пищу.

— Надо возвращаться к истинной индийской кухне, — продолжал Ананд, — овощи, плоды, рис, саго, молоко и пшеничные лепешки. Словом, милая, делай все в соответствии с дхармой и советами врача, — сказал он, допивая чай, и встал из-за стола.

— Итак, я должен часа на три отлучиться по делам. Спасибо за чай. Деваки, береги себя. Слуге я скажу, чтобы он следил за тобой. Не поднимай ничего тяжелого. Ясно? Ну, все! Я ушел, — он осторожно обнял жену и вышел из столовой, прикрыв за собой дверь.

На этот раз полет был мягким. Ветра не было. Облачности тоже. Викас вернулся домой радостный. Его, как обычно, встречала Ешода. В столовой они разговорились. Викас налегал на мясные блюда и, заметив, что жена в последние дни не разделяет с ним высококалорийную пищу, спросил ее, отчего она не ест мяса.

— Женщине вообще вредно есть мясо, — улыбаясь, ответила она и, как бы в подтверждение своих слов, принялась разрезать «купол» огромной груши, желтый, как только что созревшие медовые соты.

В комнату влетела оса. Пронзительно жужжа, она покружилась вокруг благословенного плода и села на лезвие ножа, с которого, словно амрита, стекал сок.

— Да, конечно все плоды: груши, яблоки, персики, бананы и так далее, — самой природой заряжены необычайной энергетикой, — сказал Викас, тщательно пережевывая баранину.

— Вот слон, например, огромное животное, — смеясь, продолжила его мысль Ешода, — а питается травой и листьями.

— Он так создан. Попробуй, покорми леопарда соломой! — Викас тоже засмеялся. — На протяжении веков на всей земле идет спор между вегетарианцами и мясоедами. И те и другие правы по-своему.

— Викас! — торжественно произнесла вдруг Ешода.

— Да? Что случилось? — и он с интересом посмотрел на жену, оторвавшись от тарелки. — Что с тобой, дорогая? Отчего ты так загадочно на меня смотришь?

— Ничего! Просто я счастлива, что ты у меня есть. Что ты мой муж. Мне так хорошо с тобой!

Викас улыбнулся. Вытер салфеткой губы и отпил немного виски из хрустальной рюмки.

— Мне тоже хорошо с тобой. И у нас впереди вечность.

— Чай будешь?

— Да. Для расщепления жира нужен чай. Только, пожалуйста, зеленого, Ешода.

— Хорошо.

Через несколько минут она принесла чай и чашку молока с пшеничной лепешкой.

— Я смотрю, мои слова обрели плоть, реализовались! — воскликнул Викас. — Ты не пьешь чай. Правильно. Врачи…

— Викас! — вновь тем же тоном, что и несколько минут назад, произнесла Ешода, прервав его.

Супруг вновь удивился.

— Ты уже несколько раз называешь меня Викасом, а не Вики! — удивился супруг. — Произошли какие-то изменения… — он внимательно посмотрел на жену. — Ты что-то от меня скрываешь. У меня интуиция.

— Викас… — кротко сказала Ешода, — у нас будет… ребенок.

— Что?! — из уст супруга вырвался оглушительный вопрос. — Ребенок?

Он встал, подошел к ней и нежно обнял. Они присели на оттоманку и с минуту молчали. Первым заговорил Викас.

— У нас будет сын, мальчик, я знаю. — Он встал, взял чашку и допил остывший чай.

— А если девочка? — робко спросила Ешода.

— Девочка это хорошо, но дело в том, что будет-то мальчик! — убежденно ответил ей Викас и стал шарить по карманам. — Слушай, Ешода, где-то у нас были сигареты!

— Ты уже два года как не куришь, но я сейчас посмотрю на твоем столе.

Она вернулась с пачкой сигарет.

— Этим сигаретам уже два года. Я закурю одну, хорошо?

— Кури, — спокойно ответила ему жена.

— Ты молодец, Ешода, что родишь мне мальчика, я всегда считал тебя образцовой женой.

— А если будет девочка? — настаивала она.

— Не надо спорить, я все сейчас же выясню! — глупея от радости, остановил ее Викас и вскочил.

— Как ты выяснишь? — удивилась она.

— Подожди минуточку! — Викас вышел в гостиную и сиял телефонную трубку. Минуты две он стоял и слушал длинные гудки. Затем три раза произнес традиционное французское «Алло!». — Я его слышу! — сказал он жене.

Ей стало весело.

— Мальчик! — нежно кричал в трубку Викас. — Я жду тебя и очень люблю! Все будет хорошо. Будет мальчик, — заключил он и посмотрел на прекрасные ковры, словно увидев их впервые. — А у нас хорошие, добротные, истинно кашмирские ковры, Ешода! Нужен еще один. Для детской, чтобы он расстилался, как гульмарг, цветочный луг. Мальчик будет гулять по нему сначала, конечно, на четвереньках! — и он счастливо рассмеялся.

Ешода тоже была счастлива. Никто не мог так разделять ее чувства, как Викас.

— Викас, ты талантливый человек! Настоящий мужчина и экстрасенс! Но все же будет девочка! — дразнила она мужа, в то же время морально подготавливая его на тот случай, если родится дочь.

— Поверь! — убеждал он, впадая в детство. — Это мальчик, точно! У меня интуиция.

Ешода отвернулась, скрывая улыбку, и продолжала настаивать на своем: