Владимир Ящерицын – Заблудший (страница 135)

Моя же копия стала приближаться к нам. Я даже не поднял взгляда, когда она прошла мимо нас. А вот моя охрана что-то почувствовала и напряглась. Анко так стала сверлить спину клона тяжелым взглядом. Сэнго насторожилась и тоже стала внимательно ощупывать взглядом улицу, на предмет необычностей.

Впрочем, когда моя копия удалилась, моя охрана немного успокоилась.

Я стал работать намного медленнее, что бы выделить на разговор больше своего внимания.

В группе было пятеро шиноби, которые расположились за двумя столиками. Одно место рядом с изящной женщиной было свободно. Мужчина и женщина в просторных плащах и в накинутых глубоких капюшонах. Клон подошел к их столику и сел.

— Здесь занято. — произнес мужчина ровным голосом.

Клон приоткрыл рот и из него зазвучал голос. Это я сделал специально, что бы движения губ нельзя было прочитать шаринганом или бьякуганом.

— Я — часть его. Говоря со мной вы говорите с ним. — тихо произнес клон: — Я же говорил вам держаться от Конохи подальше. Это ты, Амеюри? Что ты здесь делаешь? Что-то произошло? Вас предала Мэй?

Бывшая Мечница чуть подняла капюшон, продемонстрировав, что на ней стальная полумаска, с красиво выгравированной на ней оскаленной морде дракона.

Ее голос прозвучал довольно глухо:

— Да — это я. — она оглянулась и глубже спрятала лицо в капюшоне: — Нет. Дело в другом. На острове Кикайджима мы наткнулись на остатки базы Орочимару. Судя по всему — он там проводил эксперименты по слиянию людей с животными, обладающими чакрой.

— Я понял. База точно заброшена?

Она медленно кивнула:

— Я была там и уверена.

Я немного помолчал, обдумывая услышанное. Моя физическая оболочка даже замерла, перестав водить руками над невысоким ростком дерева, тянущимся из земли.

— Что еще?

Амеюри произнесла:

— Я вступила в контакт с дайме Страны Моря и он согласился на создание на его территории Скрытой Деревни. Так что теперь я — Руйкаге. «Тень дракона». Я управляю Намигакуре — Деревней Скрытой в Волнах.

— Отлично. Я и не надеялся на такой быстрый прогресс.

— Что нам делать дальше?

— Просто развивайтесь. Поддерживайте Мэй. Торгуйте. Тренируйтесь. Время на подготовку у вас есть…

Когда они ушли мой клон еще несколько посидел за столиком, а потом пошел в трущебы и, убедившись что за ним не следят, развеялся в подворотне.

Вечером я пересказал суть разговора всем остальным.

Для меня стало неожиданностью увидеть глаза Анко, полные слез.

Наоми, приобняла ее за плечи и произнесла:

— Ты отомстишь, Анко. И месть вытрет твои слезы.

Я же мрачно произнес:

— Меня больше беспокоит другое. Орочимару явно ищет способы создать из ничего сильную армию. Никто не слышал о массовом похищении людей, а значит этот способ его не удовлетворил и он его бросил. Хотя перспективность этого проекта велика. Даже ты это должна признать…

Наоми фыркнула:

— У нас двенадцать ветеранов с Мангеко. Мы сомнем кого угодно! Мы можем даже сами потянуть войну с любой из Скрытых Древень! Неужели ты боишься? Чего?

— Я опасаюсь того, что он ему предпочел… Страх — естественная реакция на непознанное. Орочимару — всегда был сам себе на уме. А если учесть то, что этот ум — гениален…

Днем меня срочно вызвал посланец Хьюг и уже через пять минут я со своей охраной был у них в квартале.

Сегодня со мной была пара Югито-Пакура. Я организовал свою охрану так, что бы они один день сторожили меня, а второй — тренировались на полигоне.

Возле огромного особняка меня встречал глава клана собственной персоной.

Когда мы обменялись сдержанными поклонами, я произнес:

— Здравствуйте, Хиаши-сан. Вы меня звали? Что-то срочное?

Он ответил:

— Да, Аико-кун. — он перевел взгляд мне за спину: — Для меня честь привечать в своем доме Собаку Пакуру и Нии Югито. Проходите…

Неожиданно я увидел, как из-за угла выглядывает маленькая черноволосая девочка с характерными глазами Хьюг.

Хиаши, чуть помолчав, произнес:

— Моей жене хуже. Мы боимся, что она не переживет эту ночь.

Я не сдержался и зевнул, тут же извинившись:

— Прошу прощения — работа в госпитале изматывает… Хорошо, что вы меня сразу позвали. Поймите меня правильно — возвращать с того света людей намного-намного затратнее излечения их же, но еще живых.

Когда мы вошли в дом, Хиаши сказал:

— Она долго болела: рождение Ханаби сильно подкосило ее здоровье.

Удивляюсь:

— Так она болеет уже продолжительное время?

Обстановка в особняке мне не очень понравилась: конечно вкус и стиль присутствует, но, на мой взгляд, уж очень все традиционно. Однако, сам дом производил впечатление неживого: стояла абсолютная тишина и в помещениях и коридорах не было видно ни одного человека прислуги.

Хиаши замялся:

— Уже больше года. В последнее время она настолько сильно ослабла, что начала отказываться от еды.

Я закатил глаза и воскликнул:

— О, Рикудо! У нас в деревне есть супер-ирьенин, способный вернуть любого человека с того света и полностью исцелить каждого, а Хьюги тянут до последнего! Логику некоторых кланов умом мне не понять…

Глава Хьюг поджал губы:

— Все что происходит внутри клана Хьюг — внутреннее дело Хьюг. Вдобавок ко всему мы до недавнего времени не очень доверяли тебе.

Выразительно фыркнув, я буркнул:

— Ведите уже.

Когда мы поднялись по широкой лестнице на второй этаж, я заметил, что девочка последовала за нами.

Пройдя через несколько длинных коридоров мы оказались в большой комнате, пахнувшей стерильностью. Посреди помещения лежал широкий белоснежный футон, на котором лежала, одетая в сиреневое кимоно и накрытая простыней по пояс, очень худая женщина. Ее дыхание было слабым, а глаза были закрыты. Здесь также я, впервые за все путешествие по особняку, увидел других людей — двух слуг и Хьюгу-ирьенина. Они подпирали стеночку, изображая предметы интерьера.

Хиаши стал сбоку от жены на колени и с нежным отчаянием провел руками по ее лицу. Когда он заговорил, мне показалось что его он сейчас заплачет:

— Понимаешь, дело в том, что бьякуган ребенка оказывает разрушительное воздействие на источник матери. Из-за этого смертность женщин при рождении первого ребенка составляет больше пятидесяти процентов, а вот среди оставшихся при рождении второго смертность намного ниже. К моей радости и моему горю, Айко смогла родить Хинату без особых проблем, но рождение Ханаби выпило из нее все соки.

Я опустился рядом и быстро провел ладонями над ее телом:

— Крайнее истощение чакросистемы и расслоение чакроисточника. Случай интересный. Действительно — она бы умерла сегодня, максимум — завтра. — я покосился на Хиаши и укоризненно произнес: — И почему меня позвали сегодня? Вы бы меня позвали еще в тот момент, когда она уже умирала… — вздохнув, я сказал: — Ладно, отойдите в сторону — я, пожалуй, начну…

Собрав свою «инь» и «янь», я замешал лечебную чакру и, раскрыв кимоно, осуждающе покачал головой при виде впавшего живота женщины. Собрав достаточное количество чакры, я щедро влил ее в чужой источник. Под моим воздействием он тут же пришел в норму. Дальше моя чакра стала разливаться по чакросистеме, полностью ее восстанавливавшая.

По телу женщины пошла волна жизни.

— Невероятно… — прошептал Хиаши: — Когда видишь бъякуганом все тонкости процесса, то понимаешь насколько твоя сила, Акио-кун, за гранью возможного.

Женщина неожиданно открыла глаза и прошептала: