Владимир Ящерицын – Заблудший (страница 118)

Пакура раскрыла глаза и пару секунд посмотрев на низкий потолок перевела взгляд на меня:

— Мне же убили. Кто ты?

Я улыбнулся:

— Меня зовут Акио Яманака. Я думаю, ты обо мне слышала.

Она прикрыла глаза:

— Да. Я знаю кто ты. Ты тот кого называют новым богом этого мира. — снова взглянув на меня она спросила: — Неужели моя родная деревня передумала и решила вернуть меня на службу?

Моя улыбка стала грустной:

— Нет. Конечно же. Когда мы двигались через Ю но Куни, то встретили большой отряд Киригакуре. Естественно мы их перебили. Допросив одного из шиноби, мы узнали о твоей судьбе. Я захотел тебя в свою команду и вот ты тут. Конечно, не все прошло очень уж гладко, мне пришлось созвать Совет кланов и уже через них припихнуть решение о твоем присоединении ко мне. Ну, что — хочешь получить второй шанс? Немногие получают его от судьбы, хотя почти все о нем ее молят. К кому относишься ты? Я могу дать тебе многое — здоровье, долгую молодость, большую прибавку к силе. Подумай хорошенько, прежде чем отказаться…

— Чего тут думать? — чуть прикрыла она глаза: — Конечно же — я согласна.

В комнату стали входить мои сокомандницы во главе с Наоми:

— Ну что — она согласилась? — спросила Учиха.

Я обернулся:

— Да!

— А мы и не сомневались! — протянули почти хором они.

Создав скальпель чакры, я провел рукой по ткани, в которую АНБУ Суны замотали Пакуру, разрезая ее. Под ней оказалась зияющая окровавленными прорехами одежда в которой она была в момент смерти. Кровь сильно ее пропитала и засохла.

Один из клонов протянул мне пустой шприц-пистолет. Я помог Пакуре встать и произнес:

— Знакомься — Наоми Учиха и ее племянницы Тоши и Шизука. Мы сейчас находимся в старом подвале, что находится аккурат под их домом. Анко — она бывшая ученица Орочимару и Сэнго из клана Юки.

Пакура чуть поклонилась:

— Собаку Пакура. Позаботьтесь обо мне.

— Вот и прекрасно. — произнес я: — Теперь нужно заняться приручением злобного котенка.

Пакура обратила внимание на поддерживаемую клонами в вертикальном положении джинчуррики.

Окинув ее взглядом, она выдохнула:

— Вашу мать, это что Нии Югито?

Я развел руки:

— Ну, я же бог, в конце-то концов? Кому как не мне ловить джинчуррики? Ладно, Пакура пошли на нижний этаж я дам тебе последний дар.

Она подняла брови:

— А что здесь его дать нельзя?

— За этим домом пристально следят и защиты этого этажа может быть недостаточно.

— Хм. — она кивнула и неожиданно накрыла своей ладошкой мою свободную руку, сказав: — Веди.

Мои клоны подхватили Югито и потянули ее за мной.

Спустившись вниз, я уложил Пакуру на давешний стальной стол и на ее глазах воткнул себе в шею шприц. Наполнив его кровью, я произнес:

— Говорят, это не очень больно, но… — и резким движением вогнал иглу ей в солнечное сплетение. Выдавив кровь, я вытащил шприц и тут же стал воздействовать своей лечебной чакрой на ее источник. — Вот и все. — произнес я, спустя пять минут.

Пакура села и, посмотрев на свои руки, произнесла:

— Странное ощущение.

Я пожал плечами:

— В течении двух дней будет меняться твой источник и чакросистема, а потом они потянут за собой изменение тела. Это будет усиление всех твоих параметров: объем и качество чакры, величина тенкецу и проводимость чакросистемы. Кроме того — увеличится скорость и качество регенерации, ты станешь быстрее и сильнее. Намного. Точный параметры можешь спросить у остальных — они все получили точно такой же дар как и ты.

— А минусы? — сощурила она глазки: — Я как-то привыкла, что за все в этой жизни нужно платить.

— Пока что было замечено лишь повышение аппетита и усиление индивидуальных признаков. Можешь поспрашивать у других. — Я повернулся к джинчуррики: — Ладно… Пришла пора мне заниматься тобой.

Нии Югито лишь злобно зыркала на окружающих.

Я сделал шал к ней ближе и она, сглотнув, попыталась отодвинуться, но мои клоны держали ее крепко. От связанной Мокутоном девушки пошла волна ужаса. Я же смешал Мокутон и дотронулся до держащих ее деревянных объятий, влив его в корни. После этого я повел рукой по ее коже, блокируя все тенкецу, что я ощущал.

Похожим приемом пользуются Хьюги, выбивая их своими ударами. Если бы я мог их видеть, я бы тоже это делал, поэтому приходится нащупывать их рукой и блокировать.

Почему Югито не пользовалась чакрой раньше? Мокутон обладает беспрецедентной степенью поглощения любой чакры. Даже биджу. Именно поэтому носители Мокутона так важны для Конохи — они могут подавлять Кьюби но Йоко. Югито же была замотана в новый элемент почти полностью, при этом хватило бы на ее удержание даже узенького ошейника. Но я ведь не идиот полагаться на узенькую полосочку там, где нужно десять раз перестраховаться?

Быстро проведя ладонью по всему ее телу, я заблокировал тенкецу и ветки расцепились и упали на пол.

Югито пошатнулась, но клоны не дали ей упасть. С видимым трудом подняв руки она чуть пошевелила пальцами.

— И что теперь? — прошипела она.

Я же сделал шаг назад и произнес:

— Оглянись вокруг. Что видишь ты?

Она сжала кулачки и прорычала:

— Я видела тебя, чудовище. Они — твои марионетки.

Я рассмеялся и:

— Ой, ли? А если взглянуть внимательнее? Ты видишь их кандалы?

Она выдохнула:

— Кандалы бывают нематериальны.

Я хохотнул:

— А мы оказывается не только красивы, но и умны!

Неожиданно из ее рукавов выскочили ей в ладони пара кунаев. Она резко ударила ими моих клонов и они исчезли. В следующее мгновение она бросилась ко мне и нанесла удар. Я улыбнулся и легко остановил ее клинки своими ладонями. Кунаи завязли в чакре, даже не дотянувшись до моей кожи.

— Я не никогда не предам! Я — куноичи Кумогакуре!!! — закричала она мне в лицо.

Резким рывком я перехватил кунаи в ее руках и, вырвав их, отбросил в сторону:

— Они предали тебя первой. — применив короткий сверхбыстрый «шуншин», я возник у нее за спиной и схватил ее за левую руку. Раскрутив девушку вокруг себя, я бросил ее в стену. От удара о бетон она громко вскрикнула. Ее отбросило от стены на пол. — Но если ты присоединишься ко мне… — склонившись над ней, произношу: — … я буду с тобой всегда.

Она зарыдала:

— Я убью тебя…

— Не выйдет. Этот мир нуждается в перековке, как сломавшийся меч. Я выверну его наизнанку и снова соберу обратно.

Она встала на чевереньки и крикнула:

— Тогда убей меня! Потому, что тебе не заставить меня служить тебе!

Я распрямился и сделал шаг назад: