Audiatur et altera pars! *
Застрелил дед парнишку за розу,
Что в саду у него расцветала.
Дробью крупной смертельную дозу
Прямо в сердце всадил горсть металла.
Ну нашкодил парнишка, конечно,
Тёмным вечером в сад воровато
Он пролез сквозь ограду неспешно
Принижая опасность расплаты.
Для любимой в подарок, разочек…
Нехороший поступок, и всё же,
Так не может быть, чтобы цветочек
Человечьей был жизни дороже.
Старый пень, жадный до исступленья,
Не читал в жизни Библию вовсе,
Вызывает он только презренье,
Я б его утопил в дихлофосе.
***
«Подсудимый, скажите, как было?
Вашим действиям есть ли причина?»
«Воевал, бил фашистов не хило,
Три награды, дошёл до Берлина.
Десять лет садовод я любитель,
И готовил, совсем не обеды,
(Как-никак, ведь и я – победитель)
Свой сюрприз к юбилею Победы.
Роза синяя, символ упорства,
Чтоб утопию сделать возможной,
Нужно капельку взять чудотворства,
Я скажу вам без скромности ложной.
Если б парень мне стукнул в калитку,
Попросил, с уважением к деду,
Подарил бы ему я, навскидку,
Три цветочка в честь нашей Победы.
Он же пёрся дороги не чуя,
Не обрезал цветы аккуратно,
Матом крыл, целиком куст корчуя,
Труд сгубил многих лет безвозвратно.
А когда я к нему обратился:
«Что ж ты делаешь? Разве так можно?»
Он надменно, с ленцой, возмутился:
«Ты б валил, дед, отсель осторожно.
А то вытолкну нафиг пинками.
Мне цветы подарить нужно бабе,
А ты мечешься здесь под ногами
Как гнилой тарантас на ухабе.»»
Закипело тут сердце солдата,
Показалось ему – он на фронте,
Говорит подполковник: «Ребята,
Вы врага только не провороньте!
Вот стоит он и нагло смеётся,
Вы не дайте уйти безвозбранно,
Расплатиться по счёту придётся,
Наказанье не будет гуманно.»
«Потемнело в глазах, замерцало,
Вы простите, судья, ради Бога,
Я попал под статью трибунала
И жалею об этом немного.»
***
Я по Библии знаю, как надо…
Если б кто-то меня вдруг спросил:
«Чтоб ты сделал на месте солдата?»
Знаю я как бы я поступил…
* – Пусть будет выслушана и другая сторона!
Счастье
