Владимир Высоцкий – Стихи и песни (страница 22)

И что нам с Америкой драться: Левую – нам, правую – им, А остальное – китайцам.

Песня о сумасшедшем доме

Сказал себе я: брось писать, — но руки сами просятся. Ох, мама моя родная, друзья любимые! Лежу в палате – косятся, не сплю: боюсь – набросятся, — Ведь рядом – психи тихие, неизлечимые. Бывают психи разные — не буйные, но грязные, — Их лечат, морят голодом, их санитары бьют. И вот что удивительно: все ходят без смирительных И то, что мне приносится, все психи эти жрут. Куда там Достоевскому с «Записками» известными, — Увидел бы, покойничек, как бьют об двери лбы! И рассказать бы Гоголю про нашу жизнь убогую, — Ей-богу, этот Гоголь бы нам не поверил бы. Вот это мука, – плюй на них! — они же ведь, суки, буйные: Все норовят меня лизнуть, – ей-богу, нету сил! Вчера в палате номер семь один свихнулся насовсем — Кричал: «Даешь Америку!» – и санитаров бил. Я не желаю славы, и пока я в полном здравии — Рассудок не померк еще, но это впереди, — Вот главврачиха – женщина — пусть тихо, но помешана, — Я говорю: «Сойду с ума!» – она мне: «Подожди!» Я жду, но чувствую – уже хожу по лезвию ноже: Забыл алфавит, падежей припомнил только два… И я прошу моих друзья, чтоб кто бы их бы ни был я, Забрать его, ему, меня отсюдова!

Про черта

У меня запой от одиночества — По ночам я слышу голоса… Слышу – вдруг зовут меня по отчеству, — Глянул – черт, – вот это чудеса! Черт мне корчил рожи и моргал, А я ему тихонечко сказал: «Я, брат, коньяком напился вот уж как! Ну, ты, наверно, пьешь денатурат… Слушай, черт-чертяка-чертик-чертушка, Сядь со мной – я очень буду рад… Да неужели, черт возьми, ты трус?! Слезь с плеча, а то перекрещусь!» Черт сказал, что он знаком с Борисовым — Это наш запойный управдом, — Черт за обе щеки хлеб уписывал, Брезговать не стал и коньяком. Кончился коньяк – не пропадем, — Съездим к трем вокзалам и возьмем. Я устал, к вокзалам черт мой съездил сам… Просыпаюсь – снова черт, – боюсь: Или он по новой мне пригрезился, Или это я ему кажусь. Черт ругнулся матом, а потом Целоваться лез, вилял хвостом.