Владимир Волков – «ОНИКОМ». Объект-81 (страница 4)

Андрей шёл по судну и с каждым новым шагом, с каждым пройденным метром, он всё больше ассоциировал «Спутник-2» с кораблём призраком, ведь не смотря на то, что путь из его каюты до медицинского кабинета проходил через несколько палуб и длинных коридоров, на пути этом он не встретил ни одного человека.

С момента проведения эксперимента прошло всего десять часов, но этого времени хватило, чтобы весь экипаж, не считая восьмерых человек, погиб по неизвестной причине.

Сначала люди жаловались на плохое самочувствие, на головную боль и сильную усталость. Первой умерла повар. Женщина, которая несколько часов, бледная, из последних сил, стояла за плитой, присела отдохнуть и закрыла глаза. Она уснула и больше не проснулась.

Практически в то же время многие люди, почувствовав сильную усталость, направились в свои каюты. Считая, что им просто нужно отдохнуть, они легли вздремнуть. Итог – минус двадцать человек.

Когда тех, кто ещё был жив, по приказу Андрея разместили в просторной комнате отдыха, капитан забил тревогу.

Ему удалось связаться с материком, с центром принятия решений и сообщить о происходящем, сообщить о том, что выжившие начинают бредить, что у людей галлюцинации. Из центра, о котором Андрей знал лишь то, что в его состав входят военные и учёные, ответили, что к ним отправили врачей, к тому времени, с момента проведения эксперимента прошло семь часов, а на «Спутнике» в живых оставалось двадцать человек.

Но сейчас…

Капитан остановился, собрался с мыслями и открыл дверь.

Небольшой кабинет – всего на три койки, в конце концов, «Спутник-2» не военный корабль. Царапины да кашель – вот основные причины посещения этого кабинета, с которыми сталкивался Винер – судовской врач.

– Как они? – смотря на троих людей, лежащих на кушетках, спросил капитан.

– Плохо, – врач снял с руки одного из пациентов рукав тонометра и повернулся к Андрею. Я бы и сам прилёг, – бледными, бескровными губами добавил Винер, – Но боюсь, что если я усну, то не проснусь…

Капитан сложил руки за спиной.

– Это ждёт всех нас?

– Я даже не знаю что с ними происходит, – Винер опустил голову и закрыл лицо руками. – Они тоже шептали… Буквально час назад. Все трое, одновременно…

– Что они говорили?

– Как и все… Преисподняя, вечные муки, темнота… Прошу вас, давайте уплывём, – прошептал мужчина.

– Это поможет?

– Я не знаю, – врач поднял взгляд и посмотрел на Андрея, – Знаю лишь то, что я ничем не могу им помочь. Из людей словно выкачивают жизнь, словно что-то лишает их сил.

Андрей задумался над словами Винера.

– Я не могу покинуть остров без приказа, – он развернулся и открыл дверь, – И я не брошу людей на станции, – добавил капитан, повернув голову. – К нам летят специалисты с материка. Я свяжусь с тобой, когда они прибудут, – сказав это Андрей вышел из медицинского кабинета.

Пока он шёл до радиорубки, где его ожидали остальные выжившие, Андрей размышлял над тем, что он и двое других, находившихся вместе с ним на мостике во время проведения эксперимента, не заметили ухудшения в своём самочувствии. Но почему?

Ещё один человек – радист, который постоянно что-то твердил про проблемы с радаром, выглядел вполне здоровым.

Дак неужели всё дело именно в мостике ледокола?

9

В помещении радиорубки было темно, – свет создавался всего лишь одной тусклой лампой под потолком. В воздухе стоял густой табачный дым. Закрыв за собой дверь, Андрей посмотрел на троих людей.

Александр – радист, сидел за приборами. На голове мужчины были надеты наушники. Он вновь и вновь менял настройки радиостанции пытаясь связаться хоть с кем-то.

Данила и Родион сидели за небольшим столом поодаль от приборов. Родион дремал, уперевшись о стену. Данила держал в руках потрёпанный тетрадный лист. Андрей знал, что это письмо от сестры Данилы, знал, что молодой человек относиться к этому листку как к талисману.

Увидев капитана, Данила резко встал из-за чего толкнул стол. Стол немного сдвинулся, от чего проснулся Родион.

– Ты чё скачешь? – возмущенно рявкнул Родион, но, увидев капитана, быстро прогнал сонливость со своего лица и тоже встал. – Андрей Геннадьевич, – начал Родион, но не договорил.

– Родя, сядь! – перебил мужчину капитан и посмотрел на Александра. – Саша, как успехи?

– Тишина, – не поворачиваясь ответил Александр, – Эфир стерилен… Никто не отвечает, станция тоже молчит…

– Продолжай. Хоть кто-то должен нас услышать, – Андрей сел за стол и снял с головы фуражку.

Какое-то время он крутил головной убор в руках, потом посмотрел на Данилу, который всё ещё стоял.

– Ты сделал?

– Да… – тихо ответил молодой человек. – Я отключил отопление в комнате отдыха и в тех каютах… – он тяжело вздохнул, – Где лежат тела…

– Капитан, – взволновано сказал Родион, – Тридцать два человека мертвы… Неужели помощи не будет? А если и мы умрём?..

– Так! – резко возразил Андрей, – Не говори ерунды!

В этот момент Александр громко закашлял себе в кулак. Он обернулся и сначала посмотрел на капитана, а потом на кровь на своей ладони.

– Что-то мне не хорошо… – обессилено и виновато прошептал Саша. – Ещё, вы должны знать, по поводу радара, думаю, что он вышел из строя…

– Нашёл о чём переживать!

– Вы не понимаете, я видел… – радист замолчал и правой рукой прижал наушник к уху. – Вертолёт! Слышу пилота! – позабыв о слабости и радаре закричал Александр и повернулся к микрофону.

– Вот и помощь, – Андрей встал и обратился к Родиону. – Останься здесь, если Саше станет плохо, веди его к Винеру. – Капитан подошёл к навесному шкафчику и достал из него две рации. – Если что-то изменится, сразу же сообщи мне, – он передал одну рацию Родиону, а вторую Даниле, – Мы встречать вертолёт. Буду сразу же требовать эвакуацию выживших.

10

Разрезая лопастями воздух, вертолёт коснулся ледокола.

Владимир, который всё время полёта изучал личные дела сотрудников станции и прочую информацию по проекту, убрал документы в сумку, туда, где лежала красная папка. Он протёр глаза и на мгновение задумался над тем, в какое окружение он попадает. Убийца, насильник, пациент психиатрической клиники… И ведь это ещё не самое страшное… Хотя… Чем он лучше?

Мужчина отстегнул ремень безопасности.

Тимур спал. Толчок во время посадки не разбудил мужчину. Владимир подошёл к нему и потряс его за плечо. В этот момент задний люк вертолёта начал опускаться, образуя собой большой трап и впуская в салон холодный воздух.

Тимур вздрогнул. Он схватил Владимира за руку и стал быстро оглядываться по сторонам. Через несколько секунд он успокоился и, часто дыша, посмотрел на Владимира.

Владимир увидел страх в глазах Тимура.

– Всё в порядке? – губами спросил мужчина, понимая, что он не в силах перекричать шум работающих двигателей.

Тимур отстегнул ремень и посмотрел на контейнер. В ушах раздавались глухие удары, словно кто-то кулаками стучал по пустой металлической бочке. Он вновь посмотрел на Владимира и неуверенно кивнул.

Владимир помог Тимуру встать. Весь вид напарника говорил о том, что он вот-вот рухнет на пол, – слишком обессиленным он выглядел.

Метрах в десяти от вертолёта стояли Андрей и Данила.

– Наконец-то, сказал Андрей, когда мужчины подошли к ним. – Вы опоздали, в живых осталось всего восемь человек, все остальные мертвы.

– О чём вы? – непонимающе крикнул Владимир, – Что-то случилось с людьми на станции?

– Да при чём тут!.. – он не договорил.

– Капитан! – толкая Андрея в плечо крикнул Данила и пальцем указал на вертолёт.

Трое обернулись и посмотрели туда, куда указывал молодой человек.

Держа в руках автомат, дуло которого было направлено на мужчин, из вертолёта вышел пилот. Он медленно двинулся в их сторону и остановился тогда, когда расстояние между ними составляло метра три.

– Выгружайте контейнер! – заорал пилот.

– Ты что творишь?! – гневно крикнул Владимир, и в эту же секунду раздался выстрел.

Пуля пролетела над головами мужчин.

– У вас минута! После, я застрелю вас и улечу! У меня приказ! – ещё громче крикнул пилот.

Четверо переглянулись, ни у кого не было желания спорить с вооруженным человеком.

Под прицелом автомата мужчины зашли в вертолёт, подняли контейнер и вынесли его на палубу.