Владимир Владмели – Неверноподданный в своей тарелке (страница 9)

Борис оглядел присутствующих, и, увидев молодого человека, который показался ему знакомым, подошёл к нему и тихо сказал, – помоги мне перенести вещи, – а когда парень вышел вслед за ним, добавил, – кажется, мы встречались.

– Мы точно встречались, – ответил тот, – я был с вами, когда Дональд Красин пытался всучить вам неработающий телевизор.

– Тебя зовут Роб? – спросил Борис.

– Да, – ответил молодой человек.

– Ты с тех пор сильно изменился.

– Конечно, я жил в Тай Пее.

– И выучил китайский?

– Разумеется.

– Молодец. Я вот английский до сих пор никак не освою. А карате ты ещё занимаешься? – спросил Борис, вспомнив, как Роб, в доме Дональда подкинул вазу к потолку, а потом поймал её около самого пола.

– Конечно, я от Тайваня и на макабиаду ездил.

– Что такое Макабиада?

– Спортивные соревнования типа олимпийских игр. Они проводятся раз в четыре года в Израиле обществом «Маккаби».

– Но ты говорил, что живёшь на Тайване?

– Это отдельная история, – сказал Роб.

– Так расскажи её отдельно, – попросил Борис.

– Я год жил в Тай Пее, это такой город в Тайване. Там находится центр по производству полупроводниковых приборов, в котором я работаю. Всё свободное время я занимался карате, и тренер, узнав, что я еврей, посоветовал мне поехать на Макабиаду. Дозвониться до штаб-квартиры Макабиады я не смог, и обратился в посольство Тайваня в Израиле. Они обрадовались мне, как родному, потому что до меня команда Тайваня в Макабиадах не участвовала. Я же был резидентом страны, и имел право выступать под её флагом. Я и нёс этот флаг во время открытия Макабиады, и мои фото попали на первые страницы всех местных газет.

– За что же такая честь? – спросил Борис.

– Я держал флаг Тай Пея в одной руке, вытянув её вперёд. Это была хорошая реклама для команды, которая и состояла из одного знаменосца. Посол Тайваня устроил торжественный приём в мою честь, и демонстрировал эти фото всем приглашённым. Я, пользуясь моментом, попросил его оплатить расходы на поездку, но он сказал, что такой статьи в бюджете посольства нет.

– А какое место ты занял на Макабиаде?

– Пятое.

– Ну, тогда помоги мне перенести вещи из машины, – сказал Борис.

Глава 6

Покупка дома

После новоселья Леры Коганы вплотную занялись поиском дома для себя. Борис позвонил риелторше, которую ему рекомендовал один из сотрудников. Её звали Нэнси, она в самых общих чертах узнала у Бори, что он хочет, и сказала, что у неё есть на примете несколько домов.

В условленное время Нэнси заехала за Коганами, а по дороге на место поведала, что много лет была учительницей, но устав от постоянных столкновений с детьми, начала новую карьеру. Эта работа ей очень нравится, она встречается со взрослыми людьми, а не со шкодливыми малолетками, которые только и думают, как бы напакостить.

Слушая её, Борис посочувствовал её ученикам, которые, наверно, строили козни, чтобы не заснуть на уроках от её нудного голоса и монотонного рассказа. Работа в школе наложила на Нэнси несмываемую печать, и даже если бы она не назвала свою бывшую профессию, в ней можно было сразу узнать учительницу младших классов.

Она показала Коганам несколько домов, но ни один из них им не понравился. То там чего-нибудь не хватало, то было что-то лишнее. Нэнси уверила их, что это нормально, и мало кто с первого раза находит то, что нужно.

Но они не нашли ничего подходящего ни со второго, ни с третьего, ни с четвёртого раза, а на пятый Нэнси привезла их к дому, который стоял рядом с парковкой большой церкви. Увидев, куда они направляются, Борис остановился.

– Мы это покупать не будем, – сказал он.

– Но раз уж мы приехали, давай хотя бы посмотрим, – возразила Рая, – бог тебя простит.

Борис нехотя пошёл за женой.

Дом явно принадлежал священнику. Стены комнат были увешаны гравюрами Гюстава Доре, а под каждой были цитаты из Библии. В кабинете на полках стояли религиозные книги, на рабочем столе под стеклом лежал календарь, в верхней части которого в качестве заголовка от руки было написано: Боже милостивый, дай мне мужества бороться за то, чего я могу добиться, дай мне благоразумия отказаться от борьбы за то, чего я не в силах добиться, и дай мне мудрости отличить первое от второго.

Осмотр занял у Коганов гораздо больше времени, чем Боря рассчитывал, а когда они сели в машину, Борис сказал Нэнси, что впредь не хочет смотреть дома, находящиеся рядом с культовыми сооружениями.

В следующий раз Нэнси показала им несколько старых неухоженных домов, у каждого из которых гараж находился во дворе. Борис разозлился. Он специально предупредил её, что не хочет бегать из гаража в дом по снегу или под дождём, поэтому гараж должен быть встроенным. Сдерживая раздражение, он спросил, кто живёт в этом районе. Нэнси ответила, что это можно легко проверить, покатавшись по соседним улицам.

– Наверно, этот дом находится в чёрном районе, – сказал Ося, когда Борис ему всё рассказал, – а она, как политически корректная особа, не хочет это озвучивать, вот и советует вам поездить и посмотреть.

– Понимаешь, она каждый раз говорит, что найти такой дом, как мы хотим, невозможно, надо купить, что есть и сделать ремонт.

– Естественно, она хочет побыстрее получить комиссионные, но вам-то нужно то, что вам нужно, и если она не может этого предоставить, возьмите другого риелтора.

– Я и сам думал об этом, но неудобно, она нас уже два месяца по городу катает. А вчера даже сказала, что мы уже посмотрели 29 домов.

– Это её вина, вы только зря потеряли время. Пошли её к чёртовой матери. У меня есть один знакомый риелтор.

– А чем он лучше Нэнси?

– Он лучше тем, что я его тебе рекомендую.

– Ну, это, конечно, главное, а ещё?

– C ним приятно работать.

– Он тоже бывший учитель?

– Он? Учитель! Ха-ха. В Союзе он работал инженером, а жил фарцовкой. Жена боялась, что он сядет, и увезла его оттуда. Тут он тоже работает инженером, риелторство – это его подработка. Его зовут Слава Михайлов.

На следующий день Слава позвонил сам. Трубку сняла Рая. Он представился и сказал, что найдёт им нормальный дом за хорошую цену.

– Мы уже работаем с риелтором, – возразила она.

– Давно?

– Месяца два.

– И ничего не купили, – сказал Слава, – а я вам гарантирую результат через неделю. Я могу заехать прямо сейчас.

– Мне неудобно прогнать человека, который потратил на меня столько времени.

– Не надо прогонять. Я буду показывать вам свои дома, она – свои. Попробуйте, вам это ничего не будет стоить.

– Я подумаю.

– Я буду у вас через десять минут. Вам этого времени хватит на размышления?

– Откуда вы знаете мой адрес?

– Я готовлюсь к урокам, не то, что Нэнси, поэтому вам со мной будет очень легко.

Риелтором оказался тот элегантно одетый мужчина, который на новоселье Леры хвастал, что выбрал ей самый лучший дом по самой доступной цене. Поздоровавшись, он стал рассказывать, почему стал риелтором. По его словам риелторша, которую ему посоветовали, когда он хотел купить дом, хотела воспользоваться тем, что он недавно приехал из Советского Союза, и пыталась заставить его подписать бумагу, обязывающую работать только с ней. Он ничего подписывать не стал, но от услуг её не отказался. Действовала она на удивление прямолинейно и, показывая очередной дом, ахала от неумело разыгрываемого восторга, говорила, что если он упустит такую возможность, она, пожалуй, сама купит этот дом, сделает косметический ремонт и продаст его в два раза дороже. Слава быстро с ней расстался, а, подумав, решил, что если такая особа может продавать дома, то ему сам Бог велел. Он окончил курсы и стал работать, но основную работу – инженером – не бросал. А женщина, про которую он рассказывал, это Нэнси, и знает он её не только, как плохого риелтора, но и как учительницу, которая доставала его сына своим занудством.

Первый же дом, который показал Слава, был намного лучше всех, виденных Коганами до сих пор. В нём ещё теплился камин, протопленный берёзовыми дровами, и стоял запах недавно испечённого хлеба. Это создавало очень уютную атмосферу. Борис и Рая ходили по комнатам, заглядывали в шкафы, включали конфорки газовой плиты и открывали краны, проверяя всё, что можно было проверить. Слава их не торопил. Он видел, что им здесь нравится, и для того, чтобы усилить интерес, подвёл их к небольшой дверце в стене кабинета на втором этаже и спросил:

– Знаете, что это такое?

– Нет, – ответила Рая.

– Это устройство для того, чтобы грязное бельё сбрасывать в прачечную, а не бегать с каждой тряпкой в подвал, где эта прачечная находится. Мелочь, конечно, но она делает жизнь удобнее. Ведь ходить вверх-вниз человеку лень, обычно, он просто суёт куда-нибудь грязные носки, чтобы они не светились, и тут же забывает куда, а обнаруживает их только через год, во время очередной генеральной уборки, когда они уже наполовину сгнили. А для пожилых людей, которым трудно ходить, бельепровод вообще спасение. Улавливаете? – Слава посмотрел на Коганов. По его тону можно было подумать, что такое приспособление существует только в этом доме, хотя оно было стандартной частью любой постройки.

– Улавливаю, – ответил Борис.

– Я вижу, вам здесь нравится, это хорошо, потому что дом, как женщина, его тоже можно полюбить с первого взгляда.

– Так вы считаете, что надо делать предложение?