Владимир Владко – Идут роботы (страница 23)
Две недели Джорди Рундал находился в лагере, надев обычную солдатскую униформу. Он откровенно ходил по лагерю, прикидываясь то часовым, то подметальщиком с метлой, то гонцом. И одновременно работали его восемнадцать организаторов. Командование сообщало в главный штаб о том, что войска готовы к наступлению и только ждут приказа. Джорди знал, что командование не ошибалось. Войска были наготове, по крайней мере их подавляющее большинство. Они лишь ожидали приказа. Но солдаты были готовы — к какому наступлению и чьего приказа ждали?..
Здесь командование немного ошибалось. Оно вряд ли полагало, что солдатские штыки могут повернуться против него, что солдаты ждут приказ революционной организации, чтобы присоединиться к победившим пролетариям Нью-Харрис, силой оружия сломив сопротивление командиров и фашистской части отряда…
… Внезапно, совершенно неожиданно и резко раздались звуки сигнальной трубы. И через минуту лагерь ожил… Из палаток выходили солдаты, они выстраивались под командой офицеров. До сих пор ещё нельзя было заметить чего-то неопределенного. Солдаты молча шли отрядами туда, куда приказывали им идти офицеры. Звучали команды, слышался звон оружия. Где-то в стороне грохотали броневики.
Солдаты выступали в сторону Нью-Харрис. Взвод шел за взводом, сотня за сотней. Куда же делись организаторы, почему войска выполняют приказ командования, почему они движутся на рабочих?.. Ведь приготовлены орудия и пулемёты, ведь выехали уже заранее броневики — они грохочут далеко в темноте…
Войска движутся на город, на рабочих. Неужели Джорди Рундал смылся, неужели войска не остановятся… Идут, четко перестраиваясь на ходу, выполняя офицерские команды…
Ещё десять километров остается до Нью-Харриса. Он там, внизу, где видны огни железнодорожной станции. Город лежит в темноте, будто никогда и не был он залит электричеством. Не видно гигантских, всегда освещенных корпусов машиностроительного завода, не видно ярких уличных фонарей.
… Джорди Рундал мчался в коляске мотоцикла вниз, обгоняя сотни. Он показывал патрулям пакет, адресованный передовым пикетам, что защищали путь внизу. Джорди Рундал мчался вниз. Он смотрел на огни станции, в темноту, окутавшую город. Он высчитывал минуты…
Город был уже недалеко. Вот и передовые пикеты. Джорди подал мотоциклисту знак остановиться. Стало тихо. Джорди вышел из коляски, размял напряжённое тело.
— А дальше? — Спросил мотоциклист.
— Подождём, — ответил Джорди, — вскоре начнется. Давай пока ракету, надо известить.
И через минуту высоко в небе яркой белой огненной линией мелькнула сигнальная ракета.
ВСТРЕЧАЕМ ДРУЗЕЙ-СОЛДАТ, ТОВАРИЩИ!
Действительно, если на заводе царила тьма, совсем другая картина была у вокзала. Здесь работа шла под яркими лучами электрического света. Выгрузкой вагонов с оружием руководил сам Боб Лесли. Это он распорядился, чтобы электростанция отключила завод и заводские дома:
— Оставить Бирза и Говерса без света очень стоит. Я по своему опыту хорошо знаю, как деморализует темнота, — сказал он Тиму.
Выгрузка двигалась энергично. Осталось уже всего с полвагона, когда в небе мелькнула огненная линия ракеты, и почти одновременно к Бобу подбежал рабочий с ружьем:
— Войска окружают город! Их разведка наткнулась на наши баррикады. Они выводят пулемёты. Я прибежал с Айленда, там ждут помощи, потому что там у нас мало оружия.
Боб взмахом руки подозвал к себе товарищей:
— Кончайте немедленно выгрузку и распределяйте оружие. Всех вооруженных присылайте на баррикады. Пойдем, Тим!
Надо было только свернуть с площади, где находился вокзал, по улице налево, — как были уже слышны одиночные выстрелы. Словно кто-то раз за разом раздирал небольшие кусочки полотна. Боб крикнул рабочего, пришедшего с баррикад:
— Вот что, товарищ. Мы найдем путь сами. А ты возьми эту записку и беги в полицию, то есть теперь уже не полицию, а штаб нашей красной милиции. Передай записку и возвращайся на место. Понял?
Он подошел к светлому окну и быстренько написал записку.
— Вот, действуй.
Рабочий исчез за углом, а Боб объяснил Тиму:
— Надо расставить патрули по улицам, да ещё захватить тех гадин из желтой профсоюзной организации. Ведь они могут очень нам навредить. Понимаешь?
Тим кивнул головой. Они подходили ближе. Уже было слышно, как пробовали пулемёт где то, за баррикадами. Это была пока только-разминка, потому что пулемётчики выпускали кряду не более пятишести пуль. Но ясно было, что это разминка перед решительным боем. С этой стороны баррикады выстрелов не было слышно: рабочие экономили патроны, выжидая открытого нападения.
Прячась от пуль, которые словно пчелы гудели в воздухе, Боб и Тим добрались до баррикады. Здесь всё было спокойно, отрядом руководил один из старейших работников, членов забастовочного комитета.
— Хелло, Джаспер! — Окликнул его Боб. — Как дела?..
— Ждём, Боб, ждем. Ведь такой ты дал приказ?.. Однако, если не оправдаются твои замыслы, — будет очень жарко. У них множество пулемётов. Видишь, сколько стреляют… Прислушайся сам. Действительно, пулемётные выстрелы раздавались со всех сторон. Враг словно хотел прострочить пулями все баррикады, нащупать противника пулемётами — и уже потом что-то начинать.
— Ничего, Джаспер, — ответил Боб, — такого добра хватит и у нас. Через несколько минут получишь с вокзала новую партию оружия и ещё че-тыре-пять пулемётов. Держись, старик, не трать зря патронов. Ваша тактика такова: спокойно ждать и присматриваться, как ведут себя солдаты. Ты ведь знаешь, что среди них есть много наших. Конечно, таких огнём не встречать. Но будут и такие, что с ними один только способ разговаривать — из пулемётов. Понимаешь?..
— Хорошо. Мы начеку. Лишь бы не задержалось дело с оружием.
— Нет, не беспокойся. Ну, мы пошли дальше. Пока!
Когда они отошли от этой баррикады и шли по улице к другой — Тим сказал:
— И все же меня иногда тревожит мысль: а что, если работа наших военных организаторов во главе с Джорди Рундал не даст хороших результатов?.. Что тогда?..
Боб посмотрел на Тима, как на ребёнка и хлопнул его по плечу:
— Никогда не думал, что мой хороший приятель, рыжий Тим, может так рассуждать. Во-первых, что это за панические настроения?.. Ты видел ракету? Кто её выпустил? — Джорди. Значит — всё в порядке. А если бы и не так, — мало что ли у нас оружия что бы пугаться? Разве не готовы мы к решительному бою? Эх, ты!..
Тим смутился.
— Видишь ли, я немного не про то говорил… Я вспомнил о той третьей сотне… Помнишь, где собрались самые отъявленные фашисты?.. Как бы она не наделала нам хлопот…
— И опять — не так страшен чёрт, как его малюют. Пусть даже Рундалу не удастся своевременно справиться с этой сотней — что может она сделать?.. Нет, Тим, ты сегодня какой то робкий…
Тим смутился ещё больше. Между тем они приблизились уже ко второй баррикаде, которая перегородила широкую улицу. Здесь было ещё спокойно, потому что баррикада стояла дальше от линии войск, чем первая. Вдруг Боб остановился и, неслышно смеясь, показал на что-то Тиму:
— Видишь?..
Вместе с рабочими по эту сторону баррикады сидели и лежали солдаты. Их было не очень много, всего человек десять. Боб крикнул им:
— Хелло, товарищи, как попали сюда?
Один из солдат повернулся к нему и сказал улыбаясь:
— Очень просто. Пришли с ружьями и патронами. Считаем, что лучше используем их с этой стороны, чем с той. Ведь мы сами рабочие, а двое из нас даже с Говерсовского завода…
— Что расскажете о состоянии войск?
— Что же рассказывать? Мы — из передовых патрулей. Джорди Рундал приехал к нам на мотоцикле и дал приказ — просто идти в город. Мы люди дисциплинированные… Приказы привыкли выполнять — и вот уже здесь. Кажется, там, — солдат махнул рукой, показывая по ту сторону баррикады, — двигаются войска. Однако, у них там какая-то заминка. Мы слышали, спеша сюда, какую то довольно странную стрельбу. Словно войска уже там встретил врага и начали бой… Эй, да вот ещё солдаты идут. Это не из нашего патруля; может, они что-то знают?..
Действительно, к баррикаде возвращалась рабочая разведка — и вместе с ней шел отряд солдат — мужчин с двадцать пять — тридцать. Солдаты несли с собой винтовки, а позади даже тащили пулемёт.
— Здравствуйте, товарищи! — Воскликнул их вожак, который шел впереди. — Принимайте гостей-солдат. Может, пригодятся. А?..
Рабочие окружили солдат, весело смеясь.
— Что за стрельба такая на горе? Мы только издалека слышали, а в чем дело — не разобрали, — спросил вожака, солдат из тех, что пришли раньше.
— Это хороший знак, — ответил вожак, — ведь, по нашим планам, Саве-ри с командой пулемётчиков и гранатомётчиков имел намерение неожиданно окружить третью сотню и закончить с ней всякие разговоры. Слышали, наверное, что это за третья сотня?.. Так вот, думаю, что Савери выполнил свою задачу…
Он не закончил, ибо издалека послышались глухие взрывы. Один, второй, третий… Потом снова стало тихо, если не считать нечастой стрельбы из винтовок.
— Это, насколько я понимаю, Савери встретился с упрямством. Значит, вынужден был применять гранаты… Ну, ладно, баба с возу, кобыле легче, — махнул рукой солдат.
— А как с другими сотнями? — Спросил его Боб Лесли.
— Распадаются, командование ничего сделать не может, просто на глазах распадаются, — насмешливо ответил тот. — Распадаются на куски, и каждый из кусков сам на нашу сторону лезет. Джорди Рундалу приходится только сдерживать и собирать эти куски, чтобы они приходили к вам организовано… Пусть меня чёрт возьмет, если до утра здесь у нас не будет солдат больше, чем с той стороны, право!..