Владимир Владимиров – Фантастика 2025-138 (страница 802)

Однако Мюрджен был готов к такому повороту событий и Астрэйелль получил ощутимый удар по носу. Мало того, что новоиспеченное княжество сумело отстоять объявленную независимость, оно отбросило присланные войска вглубь империи, отвоевав часть восточных квот и расширив свои владения.

Пока империя утирала кровавые сопли и мечтала о мести, на ее долю выпало очередное тяжелое испытание. Был убит император со своей избранницей, оставив стране наследника пяти аров.

Мюрджен не стал более испытывать судьбу и остановился на том, что уже имел. Княжество закрылось своими разросшимися городами-портами, воздвигло высокие стены защитных крепостей, поставило подданных на защиту от посягательств империи на их права и научило отражать атаки.

Впрочем, Астрэйеллю было тогда уже не до атак, и противники сделали вполне правдоподобный вид, что каждого устраивают те отношения, которые между ними установились. Вернее, их полное отсутствие.

Несколько аров назад княжество вновь встало на тропу войны. Нет, они не обстреливали поселения, не выводили армию на соседнюю территорию, не убивали жителей империи, они забивали умы подданных его величества тем, как хорошо живется за стеной. Все чаще и чаще по империи стали ходить недозволенные листовки, в которых была информация о быте за закрытыми дверьми, брошюры с непристойными описаниями сладкой жизни, книги пропагандирующие свободные отношения между людьми с даром и без. Стали появляться дамы в шелках, о котором раньше не знали в Астрэйелле, в том числе и при самом дворе. В подвалах заводились бочки с вином из черного винограда, которой рос только на землях долины. И другие мелочи, которые бурной рекой текли в империю, заставляя людей со все возрастающим интересом смотреть на скрывшегося за стенами соседа.

— Так, что у нас с Затерянной Землей? — Дим специально использовал старый язык, чтобы отразить свое пренебрежение к выскочкам.

— Люди долины свою землю называют благословенной, — вставил Ориф, — так как затерянный — это все же «мюрдж», а вот «мюр» — благословение.

— Очень трогательно, — фыркнул Иланди.

Второй помощник чуть подобрался на стуле, прежде чем ответить на вопрос.

— Несколько дней назад на границе изъяли целую повозку с запрещенными книгами. Отлаженные каналы. На прошлой неделе в порты стали приходить наши паромы, груженные их товаром. Мы успели задержать двоих, остальные ушли в портовые склады и разошлись в течение нескольких сэтов. За последний минор пойманы несколько десятков жителей долины.

Клит замолчал, обдумывая свои дальнейшие слова.

— Могу я высказать свое мнение, сэй?

Димостэнис развел руками.

— Именно ради этого мы и сидим здесь, проводя без сна уже которую ночь. Обсуждать и искать выходы из проблем.

— Нашествие Мюрджена как бурный поток. Его нельзя остановить заслонкой. Чем больше мы закрываем, тем больше рвется. И каждый раз в новых местах. Люди должны сами бежать прочь.

Дим внимательно посмотрел на своего помощника. Они встретились совершенно неожиданно в одном из поселений на границе с Мюрдженом. Расторопный парень очень вовремя подвернулся под руку, выполняя различные поручения и всегда оказываясь рядом в нужную минуту. Димостэнис взял его в Эфранор и определил в одно из своих подразделений. Через несколько миноров Клит снова появился в поле его зрения уже в новой должности, чему глава службы не был удивлен. Он взял парня к себе, приблизил, не без основания решив, что сможет вырастить себе отличного помощника. Прошло чуть меньше ара, когда Клит занял место второго заместителя, став надежной опорой для своего руководителя.

— Ты прав. Мы должны бороться с ними их же оружием.

— Например, вот так, — Ориф протянул Диму бумагу, на которой он что — то усердно рисовал последние несколько мен. На листе был изображен человечек с тремя глазами, редкими торчавшими в разные стороны волосами и длинным хвостом с пушистой кисточкой.

— Что это?

— Один из вариантов листовок, которые мы можем распространить по селениям вблизи границ княжества. Вот что получается от запрещенных союзов! Или вообще не рождаются дети, а если рождаются, то мертвые и ими удобряют виноградники, и что если пить их вино, то у тебя вырастет хвост и непременно с такой вот кисточкой. Для небольших поселений, где любят рассказывать сказки на ночь, сойдут подобные истории. Для образованной части населения более правдоподобные, но не менее страшные. Я прав? Ты это имел в виду? Их оружие — слово. И мы ответим им тем же.

Димостэнис кивнул головой. Клит бросил на Орифа раздраженный взгляд. Отношения между помощниками всегда были напряженными. Каким бы не был расторопным и смышленым Клит, Ориф всегда был на шаг впереди. Даже если они думали одинаково, Ориф всегда успевал высказать свои мысли первым.

От Иланди не укрылся этот взгляд, и он довольно улыбнулся про себя. Одна из его задач: держать людей в тонусе и никому не давать расслабляться. Конкуренция — двигатель прогресса. Не дает стоять на месте и чувствовать себя незаменимым.

— Можно подбросить в несколько поселений какую-нибудь заразу, обвинить в распространении мюрдженцев, объявить карантин, — выдвинул свои идеи второй помощник, — как вы говорите, сэй Иланди, устроим показательную порку. Остальные чуть поостынут.

С амбициозностью Клита могла поспорить только его циничность.

— Можно еще вырезать все поселения до самых южных и западных квот, поставить заградительные кордоны и тогда туда и вовсе больше никто не сунется, — с самым серьезным лицом произнес Ориф, — и быстрее, и практичнее.

Дим резко хлопнул в ладоши, привлекая внимание к себе и останавливая очередную ссору.

— К завтрашнему дню подготовьте еще парочку идей и пути их реализаций. А на сегодня все. Спасибо за службу.

Димостэнис откинулся на спинку стула и закрыл глаза. Астрэйелль стоит на краю пропасти. Одно неосторожное движение, неверный шаг и все покатится в Бездну. Слишком много недовольства в людях, нет веры в своего правителя, в силу, которую он должен олицетворять.

Если не дай того Зелос, Мюрджен решит выступить против империи, примыкающие к его границам поселения даже не окажут сопротивления. И княжество победным маршем пойдет по землям Астрэйелля. Запад и юг, а уже тем более центр, еще не тронутые ветром перемен, дующим из долины и не попавшие под сладкий плен обещаний лучшей жизни, дадут отпор. Начнется война.

В это время поднимут головы остальные, которых пока удавалось держать в узде. Тот же Диксеритти со своими безумными идеями о создании отдельного государства для неодаренных. Воспользовавшись удобным моментом, смертные восстанут.

Придет конец старой империи, а вместе с ней и династии Эллетери. Император потеряет свой трон, власть, а возможно и голову.

Вот такие невеселые мысли терзали главу службы имперской безопасности, который обещал своему другу помощь и взял на себя ответственность разделить нелегкую ношу вместе с ним. Он тяжело выдохнул.

Здесь одними листовками не отделаться. Можно лишь слегка попридержать прыть особо ретивых, кто уже готов бросить семена войны и перевернуть все с ног на голову. Время перемен и решительных действий.

— Гм.

Дим открыл глаза. Ориф все так же сидел рядом, ожидая пока на него обратят внимание.

— Извини, что отрываю, но у меня есть еще кое-что. Я думаю, тебе будет интересно.

— Есть что-то приятное для меня лично? — Димостэнис с трудом подавил в себе растущее раздражение. Вряд ли Ориф будет тревожить его ерундой. Тем более в такой сэт. Значит, случилось что-то еще и опять можно забыть про сон.

Помощник протянул ему лист бумаги, сложенный в четверо.

— Сегодня с утра одним из моих людей был перехвачен гонец с посланием от многоуважаемого сэя Дайонте, не к ночи он будет упомянут.

Дим медленно развернул письмо.

«Ситуация начинает выходить из-под контроля. И ты как никто другой должен это чувствовать. Каждый, кто может видеть, видит, что Серебряный все сильнее рвется в этот мир. Мы не можем так больше рисковать. Возвращайся в столицу, мы должны принять решение. Я понимаю, не легкое для тебя, но единственно верное для всех нас».

Кровь ударила в виски. Серебряный. Кто может видеть, видит.

Разбуженное сердце бешено стучало, с каждым новым ударом выбивая ритм этого слова. Се-реб-ря-ный-се-ре-бря-ны-йсе-реб-ря-ны-й.

Дим со злостью скомкал лист и отшвырнул его от себя.

— Кому было адресовано это послание?

— Главе Дома Иланди.

Димостэнис с силой вонзил ногти в ладони.

— Это копия? Отец получит это послание?

— Да, — кивнул Ориф, — ты сам сказал, чтобы они ни о чем не подозревали.

— Спасибо, — глухо произнес он, — можешь идти.

Когда за помощником закрылась дверь, Дим встал со стула, поднял с пола скомканное письмо и еще раз перечитал его. Открыл хьярт, освобождая энергию. Серебряные искры поползли по коже, образуя изломанный контур. С самого детства аура была такой — неровной, она то вспыхивала, то гасла, то рваными клочьями висела на его коже.

Правда, после того случая, когда сам еле живой Аурино вытащил его из подземелья, речь даже не шла о том, чтобы сохранить его возможности одаренного и восстановить хьярт. Тогда Бриндан Пантерри лучший целитель Астрэйелля боролся лишь за его жизнь — собирал почти в клочья разорванные легкие, восстанавливал сосуды, чтобы они вновь начали гнать кровь и снабжать сердце, которое уже почти перестало биться.