Владимир Владимиров – Фантастика 2025-138 (страница 523)
– Да, это я.
– Что случилось?
– Твоя магия не совсем в порядке, – сказал ему. – И твой отец собирается ее ограничить. Что будем делать, Аст? Хочешь, сбежим сейчас вдвоем?
Я понимал, что Астару безопаснее оставаться во дворце, но ограничители? Нет, это уже слишком!
Аст покосился на уснувшую мать и тихо ответил:
– Да.
Я помог ему подняться. Молнии меня не пугали, а вот самочувствие кузена – да. Его едва ли не шатало. Ничего, потом выспрошу, что произошло. А сейчас лучше убираться из дворца. Мы уже шли к двери, когда та неожиданно распахнулась и на пороге замер крон.
– Куда это вы собрались? – спросил он сурово. За его спиной маячили все те же лица: Гарден, Кертис, Ленор.
– Пройтись. – Я ответил первое, что пришло в голову.
– Астар никуда не пойдет.
Я уже собирался применить на кроне свою силу, когда раздался раздраженный голос Аста:
– С какой это стати, папа? Думаешь, я дам так просто ограничить мою магию? Так вот, если ты это сделаешь, считай, что сына у тебя нет.
Дарентел замер на миг и неодобрительно посмотрел на меня.
– Зачем? – спросил он.
– Вы не правы, – ответил я. – Астар справится и без браслетов.
– И это мне говорит воспитанник Арды?
Все, с меня хватит! Надо уходить отсюда, немедленно. Вот только я ничего не успел сделать. Гарден накрыл меня заклинанием. Я дернулся, но на его стороне оставался опыт, и в висках застучал ментальный приказ: «Стоять и не шевелиться!» У меня хватало сил ему противиться, но головная боль становилась все сильнее, а события вокруг развивались слишком быстро. Сверкнули молнии – голубые и золотые одновременно, а затем магический фон выровнялся. Сила Гардена выпустила меня, а Аст уставился на два тонких серебряных браслета на запястьях. Он медленно поднял голову.
– Ты свой выбор сделал, – тихо сказал отцу.
Ой, как мне это не нравится!
– Так будет лучше, сынок, – ответил Дарентел. – Это временные меры.
– Не смей решать за меня, что будет для меня лучше!
– Ваше величество, вы ошибаетесь! – вмешался я. Видимо, зря, потому что Дарентел вспомнил о моем существовании, взглянул на спящую супругу, все еще находившуюся под действием магии, затем на Астара…
– Дени! – крикнул он, и на пороге появился гвардеец крона в белой форме. – Слушай мой приказ. Проводи этого молодого человека в тюрьму до моего особого распоряжения.
– Что? – Я кинулся к крону, но между нами замерли Кертис и Ленор. – Я ничего не сделал!
– Ты помогал моему сыну скрываться, только что хотел устроить ему побег, усыпил мою жену… Мне надо подумать, что с тобой делать.
– Папа, нет!
Вокруг Астара снова заискрила магия, но сразу же погасла. Ограничители действовали.
– Прошу, пройдите за мной добровольно, – попросил гвардеец, обращаясь ко мне.
– Я провожу, – вызвался Гарден. – А то до тюрьмы он не доедет. Счастливо оставаться, ваше величество, ваше высочество.
Я мог бы использовать силу, но не здесь, где она может задеть тех, кто ни в чем не виноват. И наверное, действительно лучше послушаться. А уж выбраться из тюрьмы я смогу в любую минуту. Мы спускались по лестнице, когда я услышал в голове голос Гардена: «Потерпи. Сейчас не пытайся бежать, это будет глупо. Дар объявит на тебя охоту и навсегда запишет в ряды преступников».
«А что же мне делать?» – мысленно спросил я.
«Побудешь пока взаперти. Так надо. Скоро очнется Аланел. Поверь, он тебя вытащит».
«Но…»
«Берт, просто послушай меня. – Даже мысленно в голосе Гардена зазвучали нотки раздражения. – Все будет хорошо. Если Дар тебя не отпустит, я сам вернусь за тобой, обещаю. Но тогда тебе станет гораздо сложнее жить. Дай нам с ректором время. Пусть всё успокоится».
«Хорошо».
Гарден был прав. Куда я сейчас пойду? В академию? Крон сразу меня там найдет. А больше и некуда. Надо подождать, пока все решится. Потому что это ошибка. А еще душа болела за Астара. Как он справится? Что будет делать?
Я не сопротивлялся, когда меня ввели в здание тюрьмы и обыскали. Не сопротивлялся и тогда, когда провели в камеру. Но когда попытались застегнуть на запястьях ограничители, не собирался с этим мириться! Вот только я вряд ли был первым аномальным магом, заключенным здесь. Сработала сама защита тюрьмы, и я упал на пол, корчась от боли, а тюремщики поспешно защелкнули на моих запястьях ограничители и вышли, оставив меня на полу. Я медленно поднялся и осмотрелся по сторонам. Окон не было, из мебели – кровать, стол, стул, маленькая дверца в уборную. И никого вокруг. Моя сила взметнулась вопреки браслетам – и никого не нашла. От ужаса все внутри сжалось. Я снова ощутил себя маленьким ребенком, которого бабушка заперла в наказание в темной комнате.
– Выпустите меня! – крикнул больше для того, чтобы развеять гнетущую тишину, но никто не пришел…
Глава 18
Без магии
Я спал и видел удивительный сон, будто стою на берегу бескрайнего синего моря. В воздухе пахнет морской солью, а внутри все звенит от такого простора и свободы. Но вдруг небосклон потемнел, и вспыхнули молнии. Они приближались ко мне, а я вспомнил, что молния – моя стихия. Попытался призвать щиты и понял, что моей магии больше нет. А значит, стихия пожрет меня.
Проснулся с глухим вскриком.
– Асти, что такое, милый? – Мама кинулась ко мне и обняла за плечи.
– Дурной сон, – ответил я, а взгляд упал на два тонких браслета, обхвативших запястья. Сон? Нет, это правда. Отец решил, что моя сила слишком опасна, а значит, ее надо ограничить. Все события вчерашнего дня вспоминались урывками. Там, в домике Арды, я тоже спал, когда послышался шум. Что было дальше? Голова тут же отозвалась глухой болью. Я помнил только, как уводили Берта. И конечно, ощущение собственной беспомощности с этими двумя полосками металла на запястьях. Кажется, теперь оно будет преследовать меня всегда.
– Асти? – Мама не сдавалась. Она вглядывалась в мое лицо, словно надеялась в глазах прочитать ответ на мучивший ее вопрос.
– Все в порядке, мама, – спокойно ответил я и отвернулся к стене. Стимула вставать с постели не было. Ничего больше не было, только пустота. И надо научиться с нею жить.
Теплая ладошка мамы коснулась плеча, затем провела по голове.
– Все будет хорошо, милый, – пообещала мама.
Как легко обещать что-то бесполезное и бессмысленное! Просто слова. Ничего, кроме слов. Я не ответил. Тупая боль в висках тоже никуда не делась. Не хотелось лишний раз шевелиться. А изнутри медленно и неуклонно поднималась волна злости. Почему? Почему я должен мириться с тем, что меня оставили без магии? Кто дал отцу право принять такое решение? Это мерзко!
Тихонько хлопнула дверь. Мама ушла. Я приблизительно знал, что она будет делать – минует несколько длинных коридоров, чтобы добраться до кабинета крона, и сообщит ему, что я проснулся. Скорее всего, он придет сразу же. Отец? Нет, называть этого человека отцом мне больше не хотелось. Хватит!
Как я и предполагал, десять минут спустя послышались другие шаги. Это уже был крон. Он открыл дверь, постоял на пороге, наблюдая мою спину, потому что оборачиваться я не собирался.
– Как ты себя чувствуешь? – долетел вопрос, который поднял изнутри волну бешенства.
– Как я себя чувствую? – я подскочил на ноги. – О, просто замечательно! Учитывая, что ты оставил меня без силы.
Отец спокойно смотрел на меня, будто ему было все равно. Хотя разве не так? Разве ему не плевать на меня? Плевать!
– Астар, давай поговорим без лишних эмоций, – холодно произнес он, присаживаясь в кресло.
– Давай. – Я опустился на край кровати. – Слушаю вас, ваше величество. Очень внимательно.
– Зачем ты так? – В голосе отца прозвучала усталость.
Я промолчал. Хочет говорить – пусть говорит, а я послушаю. Крон, видимо, понял, что ответа от меня не добьется, и продолжил сам:
– Асти, эти браслеты – временная мера, пока твоя магия не успокоится. Ты же понимаешь, насколько это опасно.
– И насколько удобно! – Я все-таки не выдержал. – Правда? Не надо думать, не потеряю ли я контроль. Лишний раз беспокоиться. Можно просто оставить меня без силы. Так легче. Как еще не запер в тюрьму, как Берта? Это вообще был бы прекрасный вариант! А потом, на старости лет, выпустил бы, если бы не появился другой наследник.
– Ты не прав.
Я уже видел, что отец злится, но пока что держал себя в руках. А я вот нет. Долго сдерживаемый гнев рвался наружу. Казалось, еще немного – и браслеты-ограничители вспыхнут, от них повалит дым. Но нет, держались.
– Не прав? – Я почти кричал отцу в лицо. – Мне надоело! Надоело, что ты все время решаешь за меня, как будет лучше. Я не твоя марионетка, не кукла, а живой человек.
– Асти, я беспокоюсь не о себе, а о тебе. Ты ведь понимаешь…
– Что? – спросил упрямо. – Понимаю что?