Владимир Владимиров – Фантастика 2025-138 (страница 240)

— Давайте проанализируем ошибки, — замер между противниками. — Ленор, хорошо. Лизи, ты должна была продолжать свою линию и нейтрализовать заклинания. Вместо этого ты подставила под удар всю группу. Если бы не сила Кэрри и Кертиса, вы бы пострадали. Вторая тройка, у вас все гораздо хуже. Регина, щит не удался. Нужно было брать конкретную защиту, потому что абсолютные заклинания быстрее высасывают энергию. Дени, Джем, вы — одно целое и должны действовать как одно целое. Прикрывать друг друга. Не увидел ничего из этого.

— А вы суровы, профессор, — снова Элена. Ненавижу, когда она так подкрадывается. — Нет бы показать ребятишкам что-нибудь действительно полезное. Теория, сухая теория. Моя группа, вам тоже полезно будет это послушать. В совместной работе всегда есть маленькие хитрости. Стратегия — это хорошо, но хитрость — всегда лучше. Ленор, Лизи, двойняшки, нападайте на меня так, как раньше.

Студенты отошли шагов на десять и попытались атаковать Элену тем же способом, что и предыдущих противников. Внезапно Ленор споткнулся на ровном месте, не удержался и полетел вперед, чуть не пропахав носом пол. Лизи отвлеклась. Элена создала маленькую иллюзию для отвода глаз, ловко обошла девчонку, очутилась позади Дабл Кей и опустила руки им на плечи.

— Попались, — задорно улыбнулась она.

Студенты восхищенно загалдели, желая поскорее выведать секреты профессора. А я отошел в сторону. Внутри клокотала злость. Слушал, как Элена описывает детские заклинания «споткнись-ка» и «прятки» — и готов был втоптать ее в землю. Зачем она так себя ведет? Почему не занимается со своей группой, а лезет к моей? Что ж, ответ прост. Элена быстро теряла интерес к тому, что принадлежало ей. И никогда — к тому, что принадлежало мне. Чем бы это ни было: местом за столом, игрушкой, скамейкой в саду. Ничего не изменилось. Элена снова пыталась забраться на мою территорию, и ей это удалось. Студенты опять разделились на группы — теперь уже семь на восемь — и попытались забраться на другую половину зала. Моя команда действовала более слаженно, но я почти не следил за боем. Вместо этого отошел к окну и смотрел, как невидимый дворник сметает опавшие листья с дорожек. Только метла двигалась, вытанцовывая сложный танец. Ее равномерные взмахи успокаивали, позволяли отвлечься.

— Поздравляю, Аль. Ваши студенты победили, — очутилась рядом со мной Элена. — Для всех, кто хочет больше узнать о маленьких хитростях боя, предлагаю собраться в садовой беседке сразу после ужина. У нас будет пара часов, чтобы немного поболтать.

Прозвенели колокольчики, оповещая об окончании урока. Я схватил Элену за рукав и заставил задержаться, пока не уйдут студенты.

— Чего тебе? — весело спросила она.

— Не лезь не в свое дело, — прошипел я. — Тебя просили вмешиваться?

— Ты плохо их учишь, Аль, — усмехнулась сестрица. — В настоящем бою они пропадут.

— Никто не говорит, что им придется сражаться.

— А зачем, по-твоему, их тут собрали? — удивилась Элена. — Чтобы обучить и создать идеальных воинов. Люди с магическими аномалиями сильнее и опаснее многих. Но ими нужно управлять. Они должны научиться сдерживать эмоции и повиноваться приказам. Ты же учишь их другому. Вольномыслию. И что с ними будет тогда? Они погибнут в первом же бою. Пойми, братишка, то, как ты живешь, подходит не всем. Ты мог позволить себе не думать ни о чем. А нашим студентам приходится постоянно помнить о самоконтроле. Или они могут отнять чью-то жизнь.

— Это не повод вмешиваться!

— Не надо благодарить за помощь, — подмигнула Элена и пошла к двери.

Мне хотелось догнать ее, развернуть к себе и пару раз хорошенько встряхнуть. Но вместо этого я молча пошел на лекцию по стратегии на факультете магии перемещения. Ничего, справлюсь и с этим.

После лекций вернулся в комнату. В мыслях царил такой разброд, что казалось, никогда не приведу их в порядок. Настоящее и прошлое — все смешалось. Я лежал на кровати, смотрел в потолок и вспоминал. Воспоминания нельзя было назвать радужными. Точно так же, как Элену нельзя назвать образцовой сестрой. В детстве мне иногда думалось, что Элена предпочла бы не иметь братьев вовсе. Я постоянно ей мешал, путался под ногами. При этом она отлично ладила с многочисленными кузенами и кузинами.

Элена стремилась быть первой во всем. У нее раньше проявились силы. Она без особого труда поступила в академию, закончила ее с отличием. Родители гордились ею и постоянно рассказывали друзьям, какая у них замечательная дочь. Казалось бы, живи и радуйся. Но сестре было мало.

Не знаю, почему мы все время ссорились. Я старался не попадаться ей на глаза. Но Элена не упускала случая выставить меня посмешищем. Сначала, в детстве, было обидно. Затем пытался ее превзойти, но провалил экзамены в академию. Понимаю, почему. Сестрица прекрасно управлялась с боевой магией. Вместо того чтобы развивать собственные способности, я захотел стать боевиком. Но что такое иллюзия против настоящей силы? С годами понял, что мой провал был неминуем. Со временем я перестал обращать внимание на выходки Элены. Но однажды дражайшая сестрица превзошла саму себя.

У матери был день рождения. По праздникам в нашем особняке собиралось огромное количество людей. Мама всегда была человеком общительным, у нее было много друзей. Я любил, когда в доме толпился народ. Мне нравилось наблюдать за окружающими, общаться с ними, потому что в глазах родителей я привык видеть только разочарование. Но тот день был для меня особенным вдвойне. Первая любовь делает нас глупыми. Мне тогда нравилась наша соседка, Милия эр Кармаль. Очаровательная девушка с огромными голубыми глазами, похожая на куколку. Сейчас понимаю, что это была только нелепая влюбленность, но тогда я думал о Милли днем и ночью. Иногда казалось, что мне отвечали взаимностью. Иногда — наоборот. В семнадцать лет голова плохо контролирует порывы сердца.

Уж не знаю, как Элена догадалась. Наверное, мне плохо удавалось скрывать чувства. Или просто она была слишком проницательна. Кто скажет?

В тот вечер я долго наблюдал за Милли издалека. Думал, приглашать ее на танец или нет. Наконец, решился. Мы вальсировали по залу, о чем-то разговаривали. Когда мелодия затихла, предложил Милли немного прогуляться. Мы как раз шли к двери в сад, когда на нашем пути возникла Элена.

— Поздравляю, братишка, — ехидно улыбалась она. — Неужели решил признаться? Хвалю.

— Признаться в чем? — удивилась Милия.

— Как это? — Элена говорила нарочито громко. — Да он же влюблен в тебя по уши. Разве не видишь? Краснеет, бледнеет, стоит тебя увидеть. Я уже думала, Аль до самых седин будет молчать.

Милия рассмеялась. Ее смех потом долго преследовал меня, потому что в нем не было и намека на чувства. Только веселье и насмешка. А вместе с ней смеялись и другие гости, которых привлек голос Элены.

Я тоже виноват. Вспылил, наколдовал рой ос и обрушил на гостей. Осы-то были ненастоящие, но жалили знатно. Праздник был испорчен. Родители не пожелали слушать оправданий, а отец пообещал, что на следующий же день отправит меня на военную службу. Мы разругались в пух и прах. Напоследок он крикнул, что если откажусь от службы, он лишит меня наследства и места под крышей. В ту же ночь я собрал вещи и ушел из дома. Не знал, куда подамся и что буду делать, но понимал: дальше так продолжаться не может. Жалел ли об этом позднее? Иногда, когда перебивался с хлеба на воду. Но стоило вспомнить лицо Элены — как сожаления испарялись, словно вода на солнце.

Почему мы должны были встретиться снова? Я предпочел забыть о доме, о семье. Нашел себя, собственный путь. Мне было весело представлять, что бы сказали родители, узнай они, что их сын стал комедиантом. Вот крику было бы.

А теперь веселье кончилось. Элена снова пыталась разрушить все, что создал с таким трудом. Не знаю, зачем ей это. Никогда не понимал мотивы сестры. Но и сдаваться не собирался. Поэтому сразу после ужина направился в беседку. Хотелось узнать, чему она собирается учить моих студентов.

И в глубине души надеялся, что никто не придет. Зря. Присутствовали все семеро. Сначала появились девушки, затем подтянулись и парни. Они приветствовали меня и рассаживались на узкие скамейки. Элена задерживалась. Наконец, она появилась на дорожке в узком платье цвета молодой листвы. Мне начинало казаться, что в тех десяти чемоданах не было ничего, кроме одежды.

— Добрый вечер. — Ее глаза сияли, а мне хотелось рвать и метать. — Смотрю, не только студенты решили подучиться.

Я сделал вид, что меня это не касается. Не хватало идти на поводу у вздорной девицы.

Элена села рядом со мной. Я заметил, как переглянулись Лизи и Регина. Это еще что такое? Задумали что-то? Не к добру.

— Сейчас подадут чай, — щебетала Элена. — Если вам понравится наша маленькая встреча, предлагаю сделать их регулярными.

На столике появился поднос, заставленный чашками.

— Спасибо, Никти, — обратилась сестра к пустоте. И снова она знала больше меня, потому что я понятия не имел, что за существа прислуживают в общежитии. — Итак, можем начинать. Как и обещала, расскажу вам о нескольких хитростях боя. Возможно, когда-нибудь они вам пригодятся. Или даже спасут жизнь. Запоминайте. Правило первое — нельзя недооценивать противника. Если перед вами стоит невзрачный парнишка или хлюпик вроде профессора Кроуна, это еще не значит, что он безобиден.