Владимир Владимиров – Фантастика 2025-138 (страница 194)

– А, вы, что против союза с Россией? – слегка прищурившись, спросил неприметный. – У вас, вроде жена родом из Сибири. Тем более, что сейчас она вместе с вашими дочерьми находится у своих родителей, в селе Красный Яр.

Ух, ты, как он меня подколол? Ненавязчиво так: мол, мы знаем, где находится твоя семья, так, что будь посговрчивие парень.

– Вы не хуже меня понимаете, что как только защитники города заговорят о своем желание присоединится к России, то в этот же момент у некоторых сил будут развязаны руки и в здесь начнется полномасштабная армейская операция с авиацией и артиллерией.

– Ну и что? Россия достаточно хорошо подготовлена, чтобы оказать всю необходимую вам военную помощь.

– Это понятно, но мне, что-то совсем не хочется, чтобы два монстра выясняли отношения на моей земле. Понимаете? Хотите померяться у кого писюн длиннее, идите в другую песочницу.

– Хорошо, мы уйдем. И как вы тогда выиграете войну, где найдете необходимое оружие и людей?

– Купим. За это не переживайте. Судя по опыту Сирии, найти за небольшие деньги опытных вояк не составит особого труда. Только свисни и помани денежкой, тут же слетится столько наемников, что мы еще и кастинг объявим, выбирая лучших.

– Ой, ли? – Альхов улыбнулся, показывая, что оценил мою шутку. – А оружие тоже купите?

– С оружием еще проще. Оно уже здесь в городе. Это ведь, с ним вчера, в районе причала завода «Залив», выгружался транспорт? Мы, просто придем и заберем его.

– Я, вот, что подумал, а может мы зря с вами решили первыми встретится? В городе много отрядов, предложим кому-нибудь другому свою помощь, а? Как думаете, найдем кого-нибудь, посговорчивее?

– Вряд ли, – широко улыбаясь, как чишерский кот, ответил я. – Отрядов много, но вот только, с загробным миром еще связь не налажена.

– В смысле? Намекаете на то, что мы не уйдем живыми с этой встрече?

– Ага, – простодушно ответил я.

В этот момент, спокойным остался только я и неприметный Альхов. Испанец, Кожанов и Серов удивленно посмотрели на меня, ожидая объяснений, а Тверской, вскинул автомат и махнул рукой, привлекая внимание охранников.

– Ну, вы же понимаете, что нас здесь несколько больше, чем кажется, на первый взгляд и ваши бойцы ничего не успеют сделать против нескольких снайперских пар, – улыбнулся в ответ Аьхов.

– Тю, вы шо подумали, что мы сейчас устроим пальбу, как в дешевых боевиках? Нет. Зачем нам тратить патроны на тех, кто уже мертв?

– Не понял? – впервые с момента разговора, в голосе неприметного прорезались нервные нотки.

– Коньяк, который мы только что выпили, был отравлен. Неужели вы не почувствовали горечь во рту? Такое легкое жжение?

– Но, вы ведь пили вместе с нами? – истерично, взвизгнул Тверской. – Да, да! У меня во рту как будто жидкий огонь. Всё жжет!

– А мы заранее приняли антидот, – глядя прямо в глаза неприметному, произнес я.

Есть у меня редкая особенность – могу врать, глядя прямо в глаза собеседнику. При этом не краснею, глаз не дергается и даже уши не шевелятся, несмотря на все народные приметы. Что поделать, но я истинный, стопроцентный врун и обманщик… работая такая!

– Вы сейчас врете! – уверенно произнес Альхов.

– Это легко проверить. Мы сейчас уйдем, а вы через двадцать минут, – я специально достал из кармана мобильный телефон и посмотрел на его экране, который сейчас час, – умрете… хотя нет, доза то была одинаковая, а вес у вас разный, значит, Васька – ты умрешь первым, вы, господин Альхов – вторым, ну, а вы, пан атаман Тверской – умрете самым последним.

– Хорошо, допустим, вы правы, – неожиданно легко согласился Альхов. – Как по вашему должны развиваться события?

– Мы, честно платим за наемников. Тысячу долларов – за рядового бойца, полтары – за десятника, две – за взводного, три – за сотника. За специалистов: саперов, артиллеристов, минометчиков, снайперов и прочих – две с половиной тысячи долларов. Питание и размещение – наше. Оружие и первичное обмундирование – ваши, нам новинки не нужны, достаточно будет того, что вы уничтожаете в связи с перевооружением армии: АК-47, АКМ, АК-74 «весла» и тому подобное. В России подобное вооружение уничтожают каждый день по тысячи стволов за раз. Если мы сейчас договоримся, то лично каждый из вас господа Альхов и Тверской, получит по сто тысяч долларов в виде премии. Как вам такой вариант развития событий?

– Нам надо посовещаться? – схватив за рукав неприметного, атаман оттащил его в сторону.

– Ты, на счет отравы, серьезно? – спросил Василий, когда мы остались в тесном дружеском кругу. – А то у меня и, правда, во рту жжение.

– Совсем, что ли сбрендил? – шепотом произнес Испанец. – Этот гад, заставил меня смешать дорогущий французский коньяк с перцовой водкой. Вот этот перец у тебя во рту и жжет.

– Всего-то? – удивился Серов. – И, что ты думаешь, что это подействует? Как то, это все по детски выглядит? А вдруг они не поверят, что отравлены?

– А они и так не верят. Ну, по крайней мере, Альхов, точно уверен, что я вру.

– А какой тогда смысл во всем этом? – заинтересованно спросил Кожанов.

– Психология, мой друг. Человеческая натура такова, что ей надо обязательно оправдать свои слабости. Понимаешь? Настоящая приманка – это деньги. Сто тысяч американских рублей – это большие деньги, ну, а якобы отрава в коньяке, всего лишь очистка совести, дескать, они согласились только под угрозой быть отравленными.

– Леха, а где мы столько денег найдем? Я тут прикинул, что одна рота нам обойдется, почти в двести тонн зелени. И это только за один месяц.

– Не бойся, деньги найдем. Сейчас главное, чтобы гости согласились на наши условия.

Через несколько минут, Альхов и Тверской вернулись и неприметный, объявил вердикт:

– Поскольку оружие уже здесь, а несколько сотен бойцов уже готовы к переброске, то нам ничего не остается, как согласится на ваши условия, – нейтральным голосом объявил Альхов. – Но, предупреждаю сразу, что через пару недель мы вернемся к этому разговору. И еще: нашими людьми будут командовать, наши люди, никаких других вариантов не может быть. О каждой предстоящей операции сообщать заранее, чтобы не получилось подстав.

– Я, только – ЗА! Скажу даже больше: если среди вашего командования найдется адекватный человек, который правильно организует оборону города, то мы не будем против, чтобы он взял на себя общее руководство. А, на счет того, чтобы вернутся к нашему разговору, давайте отложим его на месяц… к этому времени, мы как раз подготовим очередную премия для вас господа. Ну, что вы согласны?

– Согласны. Премия должна быть сегодня вечером у нас. Ждем вас до 21–00, в расположении отряда господина Сволина. Только не опаздывайте и приезжайте на нескольких грузовиках – заберете спонсорскую помощь, – Альхов протянул руку, для прощального рукопожатия.

– Подождите! – встревожено вскрикнул Тверской. – А как же противоядие? Нам осталось всего несколько минут, я уже чувствую, как у меня голова кружится.

– Действительно, чуть не забыли, – усмехнувшись в ответ на понимающую улыбку Альхова, произнес я. – Испанец, налей-ка всем противоядия из своей фляжки.

– А может, я налью из бутылки? – намекая, на перцовую водку, спросил Испанец.

– Нет, из фляжки, – с нажимом произнес я. – Ты, забыл, что противоядие в серебряной фляжке, внутреннего кармана твоей куртки.

Понятно дело, что Испанец, отлитый французский коньяк не вылил, а перелил в другую емкость. А упустишь сейчас, этого алкогольного гурмана из виду, и все, считай никогда в жизни не попробуешь на халяву такого напитка.

Испанец, с таким грустным вздохом извлек из кармана фляжку, как будто я попросил его отдать свою почку.

На этот раз фокус с одинаковым уровнем жидкости в стаканах не получился… вернее получился, но не совсем – в пяти стаканчиках уровень коньяка был одинаковый, а в шестом немного больше. По странному стечению обстоятельств это был стаканчик Испанца.

– Вот это, совсем другое дело, – произнес Альхов, ставя пустой стаканчик на капот «УАЗа». – Теперь, я верю, что это коллекционный французский коньяк.

– А противоядие точно подействовало? – вытирая испарину со лба, спросил Тверской.

– Не переживайте, Павел Борисович, конечно подействовало, – усмехнувшись, ответил Альхов вместо меня.

После того, как Альхов и атаман Тверской в сопровождении двоих охранников скрылись за руинами гаражей, мы с Испанцем, Кожановым и Васькой Серовым погрузились в машины и, подобрав остальных бойцов, вернулись в базу на берегу.

За отпущенное нам время, удалось переделать много дел: загрузить две машины, найденной на складе электроникой – ноутбуками, оргтехникой, мобильными телефонами и планшетами, съездить на основную базу и привезти деньги и золото, перевезти упакованное в гроб тело Вовы Серова, младшего брата Василия. Вовка был ранен вовремя подрыва машины возле ворот интерната. Обрушившаяся стена придавила Вову и через сутки, после того, как его раскопали, он умер, так и не приходя в сознание. Возможно, если бы это произошло в мирное время, то Вовку удалось бы спасти, а в городе, который подвергся штурму и обстрелу, шансов не были никаких.

Когда со всеми остальными делами было покончено, а до намеченного времени оставался еще час, я, Кожанов, братья Патроховы, Вася Серов и Испанец помянули всех погибших. Что-то за последние три дня я стал много пить, чуть ли не месячную дозу употребил. Да, что там говорить, практически все время нахожусь под «легким градусом». Наверное, это защитная реакция организма на происходящие вокруг события, недаром же на Великой войне были так популярны «фронтовые сто грамм».