Владимир Владимиров – Фантастика 2025-138 (страница 182)
Парень слушал меня, раскрыв рот от удивления, как будто я раскрыл ему тайну, где храниться золото коммунистической партии.
Мы еще проговорили с Грачом и Мартой, минут сорок, я сходил за своим ноутбуком и показал, материалы, которые успел подготовить. Кажется, Грачев, готов был начать прямо сейчас, он что-то рисовал фломастером в своем блокноте. Марта, тоже заинтересовалась, предложенным проектом, видимо, девушка, уже представляла себя, журналистом, который получает эксклюзивную информацию, так сказать из первых рук.
Когда на веранде появился Енот, я ввел его в курс дела, объяснив ему, какие теперь перед ним стоят задачи. Вначале, он долго упирался и сопротивлялся, но потом согласился, что предстоящее дело очень важное и нужное. Когда троица будущих «акул пера», скрылась в предрассветной темноте, я съел еще один бутерброд и отправился спать. Завтра… вернее сегодня будет очень тяжелый день – предстоит много работы.
Глава 2
Проснулся часов в девять, удалось выспаться и чувствовал, я себя, вполне отдохнувшим. Только голова слегка болела – давило в висках и ныло в затылке, а вот раны уже затянулись, и лишь слегка чесалась кожа под повязками.
Завтрак бы готов, Дед проснулся раньше всех и приготовил омлет с жаренной колбасой. С провизией, в нашем маленьком отряде было все очень хорошо – напротив дома располагался продуктовый магазин, и как только в городе начались взрывы, стрельба и паника, то парни, не растерялись… и разграбили его, вынеся все, что было внутри.
В подвале, я решил больше не прятаться. Толку от этого все равно никакого, если с каждой минутой, все больше людей знает, что я живой. В большой комнате, за столом собрались: я, Ветров, Испанец, Дед, братья Патроховы и Степан Кожанов – атаман керченских казаков. Все остальные уехали добывать нужное для Грача оборудование.
– Испанец, хорошо бухать! – ударив по столу кулаком, приказал я, видя, что неутомимый коллекционер оружия, вытащил из кожаного саквояжа бутылку спиртного. – Нам еще целый день работать, как неграм на плантациях.
Испанец, сделал вид, что жутко обиделся, но бутылку спрятал, обратно в саквояж, при этом из него донесся такой мелодичный перезвон стекла, что окружающим стало понятно: запас алкоголя неиссякаем!
– Ну, что у кого, какие новости? – спросил я, когда с едой было покончено, а кофе в кружках, еще был слишком горяч.
Первым, с докладом, к карте города, висевшей на стене, подошел, Степан Кожанов – атаман керченских казаков. Степка, был хоть и молод, ему, зимой исполнилось двадцать пять лет, но, парень был не по годам серьезным и деловитым. Иначе и не объяснишь, как он смог, в столько короткий срок объединить под своим началом такое разношерстное воинство, и пусть в его отряде, после первых боев осталось всего восемнадцать человек, но и это говорит об очень многом. Керченские казаки – это, я вам скажу, то еще сборище… казаков. Исторически у нас, их здесь отродясь не водилось… вот на Кубани и в Краснодарском крае – там, да, там всегда были казачьи станицы, призванные оберегать границы Российской империи от набегов из турецкого Крыма. Но, как только Союз развалился и из всех щелей поперли различные новомодные движения: монархисты, баптисты, националисты… появились и казаки. Где, они до этого прятались, совершенно не понятно, но как только казачество стало модным «трендом», то в Керчи сразу, же появился союз казаков… а потом еще один… и еще один. Если, я не ошибаюсь, то на 2012 год в Керчи насчитывалось СЕМЬ казачьих образований, причем каждое из них, считало себя истинно правильным и верным, а остальные, конечно же, были самозванцами. Самый малочисленный керченский союз казаков насчитывал – аж три человека, и это не мешало им гордо называться – сотней.
Степан подошел к карте города, и, тыкая в неё штыком от СВТ, стал показывать расположение отрядов самообороны, при этом он называл их примерную численность, вооружение и кто ими командовал. Я старательно все записывал в блокнот, периодически задавая уточняющие вопросы, постепенно в обсуждение втянулись все присутствующие, каждый пытался добавить что-то от себя, давая оценку боеспособности отрядов.
Совещание продлилось несколько часов, за это время мы успели выпить по несколько чашек кофе… и две бутылки коньяка – Испанец, зараза, все-таки, соблазнил содержимым своего саквояжа. Ну, это даже и к лучшему, обсуждение сразу же пошло более бойко и продуктивно.
– Подвожу итог всему, ранее изложенному, – громко сказал я, вставая из-за стола: – Если мы срочно, что-нибудь не изменим, то обороне города – писец! Если, здесь, здесь и здесь – наши позиции очень хорошо защищены, то вот, здесь, здесь и здесь – тыкая пальцем в карту, я указал на самые не защищенные места, – не оборона, а хрень собачья. Татары порвут её, как Тузик, грелку. Надо срочно провести ротацию сил, чтобы укрепить слабые отряды, за счет более сильных.
– Не получиться, – тут же вмешался Гена Патрохов, остальные поддержали его дружным гулом, – все отряды самоорганизованные, фактически это группы людей, которые объединились вокруг одного или нескольких лидеров по принципу соседства или родства. Лишь с несколькими из них получится договорится, остальные не примут чужаков и никого не отдадут из своих.
– Ну, значит надо объединить людей вместе, – спокойно сказал я. – Как только, каждый боец, отрядов самообороны осознает себя, частичкой чего-то общего, то сразу же уберутся разногласия и трения.
– И как ты это сделаешь? – спросил атаман.
– Легко, дам им то, что они потеряли: стабильность и централизованную власть. А если, проще, то надо создать один единый отряд, который подомнет под себя остальные, но сделать это надо так, чтобы люди сами хотели к нам идти. Для этого, необходимо провести несколько эффектных акций….и пустить пыль в глаза.
– А подробней объяснишь, что задумал? – спросил Дед. – Уж больно ты витиевато говоришь, ничего не понять, прямо, как депутаты наши – вроде и слова русские произносят, и каждое слово по отдельности понятно, а что сказал, так в итоге никто и не понял.
– Объясняю: этап первый – выбираем один из отрядов, к примеру, сотню Кажанова, – я ткнул пальцем в сторону Степы, – и присоединяем к нему, всех наших пацанов и сочувствующих. Выдаем общую форму, оружие, усиленный продуктовый поек, знаки отличия, назначаем командиров… и платим зарплату. Введем график боевых дежурств, чтобы бойцам было время отдыхать. Организуем место отдыха с обязательными развлечениями. Когда остальные увидят, все это благолепие, сами к нам прибегут просится. Надо только столкнуть телегу, а там она разгонится, только и успевай, что догонять!
– Не понял, как это зарплату? – спросил Ветров. – Вы, что собираетесь людям платить деньги, за то, что они кровь проливают… да, да! – Данил, аж заикаться начал, от возмущения. – Да, наши деды в гробу от такого перевернуться… где это только видано, чтобы деньги платить?! Мы же не наемники, как арабы и турки. Мы – защитники города, как наши деды в сорок первом… они то, уж точно не деньги воевали.
Все-таки алкоголь, очень плохо влияет на не окрепшую психику подростков, вон как Ветрова забрало – кричит, руками машет, пытаясь что-то доказать. Дурачок!
– Данил, ты, что и, правда, думаешь, что солдаты во время Великой отечественной войны, воевали бесплатно? – широко улыбнувшись, спросил я. – Ошибаешься. Им платили и вполне неплохо. Причем, боевым частям платили намного больше, чем тыловым или находящимся на участках фронта, где царит затишье.
– Точно! – поддержал меня Испанец. – Очень широко применялась система премирования за подвиги и уничтоженную вражескую технику. К примеру, за каждый подбитый фашистский самолет, платили одну тысячу рублей, что равнялось ежемесячной зарплате офицера, столько же платили за танк. Ты, Ветров, просто, о войне, судишь, исключительно по фильмам, а там такого не показывают. Точно так, как и не показывают быт солдат. Никогда не думал, куда ходили солдаты в туалет, сидя в окопах? А, прямо под ноги себе и ходили, если не было, конечно возможности организовать сральник, где-нибудь в стороне. Так, что война, она на самом деле не такая уж и красивая штука, как показано в кинематографе.
– Ну, не знаю! – гордо ответил Ветров, – вы как хотите, но я денег брать не буду!
– Как хочешь, – Дед размешивал остатки кофейно-коньячной смеси, в своей кружке. – Алексей, а скажи мне, где собираешься взять столько одинакового оружия и обмундирования? Я уж молчу, про деньги.
– Ну, на первых порах, нам не надо будет одевать и вооружать всех, достаточно только своих, а когда дело сдвинется с мертвой точки, то, поверь мне, и оружие и форма у нас появятся.
– А, деньги?
– Деньги найдем здесь, – ответил я, ставя свою кружку, перед Испанцем и многозначительно кивая на его саквояж, после выпитого, головная боль, терзавшая меня всю ночь, прошла. – В городе, ведь остались богатенькие буратины, которые не успели покинуть его границ. Тем более, сдается мне, что и с отправкой первой волны беженцев было все не так и гладко, сто процентов, нашлись лихие людишки, сколотившие на этом не хилый капитал.
– Надо Карабаса трясти, он с самого начала ошивается в районе порта, на