Владимир Владимиров – Эрия. Часть I. Зидро (страница 17)

Научившись ползать, союз бактерий учится ходить. Вскоре и вовсе бегать, и уже становится способным преодолевать, гораздо, большие расстояния, соответственно получая доступ к разнообразному питанию, что вновь способствует развитию. Бактерии стремились к развитию, приспосабливаясь к окружающей среде, сообразно этому приобретая необходимые свойства и качества и способы получения энергии, и всё шло, как-то естественно и, наверное, необходимо. Процесс становления шёл полным ходом к тому же условия, в которых пребывал союз, будто бы были заодно, способствуя стремлению бактерий ведя их к заветной цели.

С развитием физических свойств и качеств, развивается, и глава, руководитель бактерий. Он сам сплошь состоит из клеток. Его величество мозг развиваясь, как-то незаметно для самого себя начинает обосабливаться от всего. К тому же, находясь в ближнем соседстве с глазными щелями, ушами, и прочими каналами связи с окружающей средой, получая информацию из первых рук, мозг, будто бы отделяется от общего союза клеток и начинает наблюдать за всем со стороны. Обозревая окружающее пространство, видя свой защитный панцирь, тело, которое безропотно подчиняется ему, хотя он сам, был создан, чтоб служить телу. Мозг, наблюдая за всем этим, решает назвать себя человеком.

– Я человек, – повторяет он, несколько раз. Приходя в изумление от собственного голоса. Вскоре и вовсе ему становится этого мало, и он, придумывает себе новое имя. Называя себя – homosapiens. Он, будто бы, тем самым отделяет себя от общего океана жизни, высокомерно и с усмешкой поглядывая на безостановочно снующих и копошащихся братьев своих меньших. Попутно придумывая и им, различные имена.

Вскоре оформившись окончательно союз бактерий и клеток, находясь уже всецело под руководством мозга, начинает считать себя отдельной частичкой – индивидуальностью. Союзы клеток и бактерий уже уверенно называют себя людьми, так появляется первое человеческое племя на планете Зидро. Всё же, первые Зидрийцы, автохтоны планеты долгое время жили, полностью не сознавая в себе человеческое существо. Они существовали, подобно животным не видя своих различий с окружающими их, творениями природы. Дикая, первобытная жизнь шла своим ходом. Человеческое племя не выходило за рамки установленные природой. Первобытные люди рождались в большом количестве, и гибли в таком же, лишь единицы одарённые природой выживали и продолжали человеческий род.

По сути это был, всё тот же союз клеток и бактерий, образовавший человеческое существо, но вскоре он, попал, совершенно не предвидя этого, в созданную собой же, ловушку. У созданного, союзом клеток и бактерий, мозга появилось сознание. В сознании появились мысли, зародились зачатки ума, который развившись, выпустил свои щупальца и захватил всё сознание, соответственно и тело и всё, что находилось вблизи его. В общем, человеческое существо, стало мыслить, и незаметно союз бактерий попал во власть созданного им, творения.

Теперь, человеческое существо начинает думать перед тем, как произвести, какое-либо действие, чтоб не пострадать и извлечь из него, максимально выгод. Оно уже не мчится сломя голову, как прежде, падая с высокого обрыва. Не срывает в слепую, что попадется на пути, и не тащит в рот. После съеденного плода в конвульсиях валится на землю и прекращает дышать. Человеческое существо озирается по сторонам, выискивая более безопасный путь, ищет пригодную пищу. От чего количество глупых смертей минимизируется, а человеческий род множится.

Бактерии и клетки, находясь в столь ближнем соседстве, вынужденном сожительстве, дабы минимизировать конфликтные ситуации, от которых, никуда ни деться, так как не все клетки разумны в достаточной степени, чтоб жить без намордника, или законов. Приходят к тому, что им, нужно создать, ещё и нечто, что могло бы мгновенно решать возникающие проблемы и недоразумения, между ними. И, они в короткие сроки создают примитивную нервную систему. Некоторое время система работает. Приносит положительные результаты. Но, вскоре бактерии и клетки, более хитрые, более циничные, желающие лучшего положения, начинают использовать и подчинять, те клетки, которые более просты и сговорчивы и не требующие для своего короткого периода жизни, каких-то особых привилегий и преференций. В общем, нервная система не выдерживает и происходит раскол в обществе клеток, и они решают разделиться. Простые клетки и бактерии, отделяются от тех, которые требуют к себе особого отношения, так появляется существо мужского пола и существо женского пола. Деление происходит, как-то быстро, нервно и как следствие неразумно, так как, разделившись физически, не происходит разделения энергетического от чего, впоследствии, начинают множиться всякие глупости и недоразумения, чреватые неприятными последствиями для простых клеток. Союз простых клеток и бактерий, вероятно, будучи в спешке и на нервах, во время раскола забывает отделиться, так, чтоб быть самостоятельным, чтоб его больше ничего не связывало с хитрыми, циничными клетками. И, эта оплошность в дальнейшем несёт много горя и страданий простому союзу клеток. Так как он, испытывает притяжение к циничному союзу клеток, последний же в свою очередь, обладая животной интуицией, проявляет свою истинную сущность. Уподобляясь ей всецело, вырывает, некогда общую возможность продолжения рода, и это-то становиться главным оружием, по средствам, которого циничный союз клеток, может манипулировать простым союзом. Уже отделившись, продолжается та же история, которая и привела к расколу. Союзы клеток, руководимые инстинктом, вынуждены сходиться, дабы продлить род, пусть даже это стоит, иногда жизни простому союзу клеток. Он, ведомый внутренними позывами, вопреки всему разумному, вопреки здравому смыслу всюду ищет циничный союз клеток, чтоб продолжить служить ему, как прежде, когда они были единым целым.

Люди, видя друг друга, начинают объединяться, вероятно, следуя внутреннему позыву, исходящему от клеток и бактерий, когда-то образовавших человека. Они устраивают поселения, облегчают быт. В общем, проделывают, всё то, что делали образовавшие их, клетки и бактерии. На поверхности планеты появляются города, мегаполисы. Население планеты растёт, захватывая, всё новые и новые территории. Если представить себя великаном, то есть увеличиться в размерах до такой степени, чтоб планета могла уместиться в ладони, и глядя с высоты на шар, где проживают люди, то занимаемые ими территории, становятся похожи на плесень, и если рассматривать её под микроскопом, то можно ясно увидеть в покрывающей поверхность планеты плесени малюсеньких, едва заметных движущихся пылинок, которые снуют взад и вперёд. Они, строят города. От чего, видимая с высоты плесень, разрастается. Увеличивая площадь, своего распространения на поверхности планеты, поглощая, все больше территорий.

Существо, назвавшее себя человеком, впоследствии Зидрийцем, было не спокойно. И было с чего, быть не спокойным. Явившись, в этот мир непрошеным гостем, человек, как-то негаданно, нежданно, внезапно для самого себя, так как будто бы его разбудили и ещё спящего вытолкнули из темной комнаты на сцену под яркий свет огней, где уже толпилось приличное количество ему подобных существ, был потерян. Озираясь по сторонам, он видел людей, и каждый смотрел на него враждебно, словно прицеливаясь и измеряя его, будто бы желал поглотить целиком. К тому же, он и сам, его тело, как и всё окружающее, было загадочно для него. Его тело оказалось капризным требовало веществ, для поддержания жизни, часто выходило из строя, соприкоснувшись с агрессивной, внешней средой. Иногда, и вовсе переставало функционировать и валилось на землю, в лужу, или на холодные камни. При этом постоянно, нужно было быть начеку, оборачиваться, чтоб кто-то не ударил камнем или дубиной по голове, и не съел тебя.

– Как же быть спокойным, при таких-то обстоятельствах, – пролетали подобные мысли в голове древнего Зидрийца. – Когда тут такое! В общем, древнему человеку планеты Зидро, оставалось, только удивляться и разводить руки в стороны, ничего не понимая в происходящем. И ничего другого не оставалось, как продолжать жить, как получается, как повезёт. Живя по наитию, как бы в слепую несколько тысячелетий, а может быть, и более, человеческое существо, всё же продолжало развиваться, не осознано для самого себя, не ставя перед собой подобной цели. И в одно прекрасное солнечное утро дикий, необразованный человек, живущий по инерции, так же по инерции схватил уголёк из костра и мазнул им, по гладкой, ровной скале напоминающую школьную доску. Прикоснувшись угольком к скале, ещё раз, древний Зидриец провёл линию, следом другую, и так, он начал рисовать.

Древний человек рисовал, то, что видел, картины из своей жизни, и ему это нравилось. Он, продолжал рисовать, оттачивая навык. Вскоре он, уверенно держал уголёк и переносил на скалу, всё, что видел вокруг и то, что рождало его примитивное воображение. Его сородичи наблюдали за его действиями, заражаясь идеей, так у него появились последователи. Вскоре, все скалы, находящиеся вблизи мест обитания древних Зидрийцев превратились в картинные галереи.