Владимир Вишняков – Делириум. Проект «Химера» (страница 2)
Достав из внутреннего кармана перчатки, «гость» деловито принялся рыться в сумке Павла, как бы нарочно раскидывая вещи, пока не нашёл небольшой неприметный на вид металлический контейнер цилиндрической формы.
– Непорядок! Даже значка биологической опасности нет. А маркировка где? Конспираторы хреновы… Раздолбаи…
«Строитель» достал из своей синей сумки точно такой же контейнер и аккуратно поменял их местами. Затем вывернул у крепко спящего горе-разведчика карманы, забрал деньги, мобильник и более-менее ценные вещи. Подумав, снял с руки Павла часы и сложил всё в сумку. Прибрал на столике, скинул в свою же сумку початую бутылку и остатки закуски. Оглядел купе и достал из кармана мягкую тряпочку. Тщательно протёр все предметы, где могли остаться отпечатки.
– Операция «Чистые ручки»! Пальчиков не оставляем.
Поезд тем временем прибыл на очередную станцию. Подойдя к Павлу, незнакомец как-то по-клоунски наклонился и похлопал спящего мужчину по плечу.
– Поздравляю, чувак! Тебя официально поимели. То есть прокачали.
Потом «случайный» попутчик взял сумку и направился к выходу.
– Я же говорил, что ненадолго, «Гриша». Адьос, амиго! Привет начальству.
Часть первая. Экспозиция и завязка
Доктор Игорь Константинович Покровский уверенным шагом шёл по Петровке, погружённый в свои мысли. По-деловому серьёзное лицо высокого и широкоплечего мужчины было не по годам испещрено глубокими морщинами. Особенно выделялись две из них, идущие к уголкам рта. На докторе был хорошо подогнанный по плотной фигуре бежевый костюм с неброским светлым галстуком в тонкую полоску. В левой руке мужчина нёс чёрный кожаный портфель.
Летнее солнце, казалось, застыло в зените, опаляя Москву и москвичей почти тропическим потоком тепла и света. Лето в этом году выдалось знойное, и мужчина пожалел, что не может снять галстук. Говорят, в светлом костюме всё же не так жарко, но для Игоря это представлялось слабым утешением. Как назло, поблизости не наблюдалось ларька с мороженым или какими-нибудь прохладительными напитками. «Так-так, – подумал Покровский, увидев на другой стороне улицы табачный киоск. – Ни попить, ни поесть. А вот покурить – всегда пожалуйста. Москва – всё для людей…»
Игорь Константинович свернул с тротуара, пересёк оживлённую дорогу по «зебре» и подошёл к киоску. Купив пачку «Честерфилд» и в очередной раз прочитав уже изрядно избитое «Курение убивает», Покровский закурил. «Пора бросать – сам же врач… – подумал он, делая первую затяжку. – Что ж. Как только – так сразу».
Игорь курил уже тринадцатый год подряд. Курил много. Меж тем, он отлично понимал: в свои тридцать пять уже пора подумать о будущем. Что лучше: быстро скончаться от инфаркта или медленно – от рака лёгких? Почувствуй разницу, что называется.
«Интересно, все врачи циники?..» Игорь Константинович сам иногда поражался своими умозаключениями. Насколько глубока может быть профессиональная деформация личности у врачей! Циничность – одна из черт медиков, как думается многим. Но если доктора и циники, то это сугубо профессиональное…
А Москва всё хорошеет. Зелёные газоны, фонтаны, ровно постриженные живые изгороди, аккуратно посаженные вдоль тротуаров деревья. Столица государства, желающего вернуть себе статус сверхдержавы, должна соответствовать. Огромный монитор на другой стороне улицы транслировал рекламу, новости бегущей строкой и кадры из жизни большой страны. Рост ВВП, укрепление экономики, наращивание обороноспособности и прочие успехи президента и правительства. «Да уж, – усмехнулся про себя доктор Покровский. – Народ и партия едины. Это покруче советской пропаганды будет. Куда мир катится?..»
Желая отвлечься от такой софистики и прочих непродуктивных размышлений, Игорь решил сосредоточиться на деле. Произошло необычное событие. Его – врача-эпидемиолога, заместителя директора Центра инфекционного контроля Роспотребнадзора – вызвали в Министерство обороны. Для беседы. Что может потребоваться военным чинам от гражданского эксперта по особо опасным инфекциям? Да, дело явно пахнет керосином. Или чем похуже… В конце концов, среди военных медиков тоже есть свои профи. Могли бы и сами справиться. Даже случись что чрезвычайное. Но Игорю Константиновичу всё же было интересно. Особо опасные инфекции были для него не просто профессией. Это было делом всей жизни. Он любил свою работу и старался делать её хорошо. И, надо сказать, это всегда получалось.
Преодолев ещё один квартал, Игорь, наконец, увидел нужное ему учреждение. Это было большое строение из серого камня с не очень гармоничными белыми колоннами, окружённое высоким металлическим забором. Новое здание Главного военно-медицинского управления Министерства обороны на Петровке по задумке архитектора, очевидно, всем своим видом должно было внушать гражданам веру в военную мощь нашего государства. «И кто придумал построить его именно здесь? – подумал Покровский, проходя на охраняемую территорию. – Тут только памятника Железному Феликсу не хватает… или Владимиру Владимировичу».
Преодолев пост охраны и войдя в фойе, доктор направился к дежурному.
– Здравствуйте. Покровский Игорь Константинович, замдиректора Центра инфекционного контроля Роспотребнадзора. Мне назначено.
– Добрый день, доктор Покровский. Вас ждут, – произнёс дежурный, найдя на экране рабочего компьютера фамилию посетителя и протянув ему готовый пропуск. – Пройдите на второй этаж, кабинет номер двести два. Просьба крепить пропуск выше пояса.
– Непременно, – утвердительно кивнул Игорь Константинович.
Миновав ворота металлоискателя и засунув пластиковый пропуск в нагрудный карман пиджака, доктор Покровский поднялся на второй этаж.
Игорь постучал в дверь кабинета номер двести два и вошёл, не дожидаясь ответа.
– Здравствуйте, – произнёс эпидемиолог. – Я к генералу Ганину.
– День добрый, доктор Покровский. Проходите, пожалуйста, – в меру упитанный пожилой генерал с тремя большими звёздами на погонах, улыбаясь, приветствовал Игоря Константиновича, казалось, со всем радушием, на которое способен военный. – Позвольте представиться: генерал-полковник Ганин. Можно, если угодно: Валентин Сергеевич.
Игорь Константинович решил, что представлять себя бессмысленно: «Наверняка эти ребята всю мою подноготную пронюхали. Вероятно, генералу уже доложили, что я ел сегодня на завтрак…»
Ганин указал рукой на офисное кресло, стоящее у большого рабочего стола из тёмного дерева.
– Присаживайтесь, доктор.
– Благодарю.
Покровский подошёл к столу, поставил свой портфель на пол и сел в кресло.
– Итак, вас интересует, для чего мы вас пригласили, – продолжил генерал, делая два шага к стоящему у окна большому флагу России. – Скажу сразу: это связано с вашей специализацией.
– Особо опасные инфекции?
– Именно. Судя по вашему досье, вы лучший в стране специалист в области особо опасных инфекционных болезней.
– Вы преувеличиваете, – нейтральным тоном возразил Игорь.
– Отнюдь. – Ганин подошёл к своему столу, не торопясь опустился в большое кожаное кресло и открыл ничем внешне не примечательную пластиковую папку. – Диплом Нижегородской медицинской академии с отличием, ординатура, аспирантура в Ставропольском противочумном институте, блестящая кандидатская диссертация. Работали в федеральном Министерстве здравоохранения, курировали систему эпиднадзора за особо опасными инфекциями. Позже перешли в Роспотребнадзор. Продуктивная работа по ликвидации вспышек по всей России. Двадцать пять научных публикаций в отечественных и зарубежных изданиях. С девятого года – заместитель директора Центра инфекционного контроля при Роспотребнадзоре. А в перспективе…
– Я привык только к реальным перспективам. И моя биография мне известна, – перебил военного Покровский, отметив с раздражением, что Ганин до сих пор не сказал ничего по сути. – Что от меня требуется?
Генерал кивнул, решив, что пора переходить к делу.
– Игорь Константинович, требуется ваша помощь в ликвидации вспышки особо опасной инфекции. Очаг заражения в Сибири. Подробная информация в конверте.
Валентин Сергеевич взглядом указал Покровскому на запечатанный бумажный конверт формата альбомного листа, лежащий на левом краю стола.
– Позвольте напрямую, – доктор посмотрел в глаза генералу. – Зачем вам помощь гражданского специалиста?
– Как я уже сказал, вы – лучший специалист. – Ганин отвёл взгляд, положив папку с досье на стол. – Мы же с вами по одну сторону баррикады.
В последнем тезисе Игорь Константинович вдруг почему-то засомневался. К тому же – генерал не ответил на вопрос.
– Валентин Сергеевич, я утром просматривал информацию по эпидобстановке на территории России. Там ничего не сказано о вспышке особо опасной инфекции в Сибири. Я был бы одним из первых, кому бы это стало известно. Значит, никто из гражданских лиц об этом не знает?
– И не должен узнать, – генерал вдруг стал серьёзен. Выражение добродушия пропало. – Паника может быть опаснее самой болезни, и вы сами это отлично понимаете. В операции по ликвидации вспышки задействованы войска защиты и военные медики нашего управления. Но ваша помощь как опытного эпидемиолога нам также необходима.