Владимир Василенко – Пожиратель (страница 36)

— Пожалуй, чуть меньше, — покачал я головой. — Сидели в засаде в подземных ходах под монастырём. И, похоже, прибыли туда сильно заранее. То есть знали о готовящейся встрече. И Демьян прав — никто, кроме нас троих, не знал о той записке от Сумарокова.

— Думаете, я их навёл? Да как⁈ Я недавно в городе, и слыхом не слыхивал про местных «голубей»! К тому же, если уж разбираться, то про эту встречу знало ещё как минимум несколько человек — сам Сумароков и прочие члены Совета. Может, от них и была какая-то утечка?

— Они тоже чужаки здесь, — напомнил Демьян.

— Ну, тогда я вообще не знаю, что и думать! Вы же тут местные. У вас есть какие-то версии?

Мы с Велесовым переглянулись.

— Вообще, про «голубей» ходят кое-какие слухи… — неохотно признал он. — Поговаривают, что Филька Багров с ними связан. Он за городом живёт. Скотину держит, и кожевенный цех у него, и мясом приторговывает. А ещё — псарня у него большая. Выводит сторожевых и охотничьих — на продажу и так, для себя. Я про него сразу подумал, когда увидел всю эту свору…

— Ну, что ж, вот и зацепка! — кивнул я. — Через Фильку этого можно попробовать и на голубей выйти. А там и разузнать, кто их навёл.

— Для кого Филька, а для кого и Филимон Кузьмич, — проворчал Демьян. — Я-то помню его ещё пацаном, как и отца его. Но при Кузьме хозяйство было втрое меньше. А Филька после его смерти развернулся. И не спроста. С Кудеяровым, говорят, дела водит.

И здесь Фома… Впрочем, без него в этом городе, похоже, ни одно серьёзное дело не обходится. По крайней мере, без его ведома.

— Багров… — задумчиво пробормотал Путилин. — А ведь я тоже, кажется, уже где-то слышал эту фамилию…

Дальше мы ехали молча. За окнами авто уже мелькали здания Томска. До дома оставались считанные минуты. Я, держась за рукоятку над окном, глядел в сторону, делая вид, что задумался. Сам же погрузился в созерцание тонкого тела.

Поначалу я был удивлён и обескуражен. Несмотря на то, что я высушил четверых вампиров, включая самого Сумарокова, в Сердечнике не добавилось ни одного нового Аспекта. Хотя в целом некоторую прибавку в силе я чувствовал. Правда, учитывая, сколько со мной всего произошло за сегодня, ощущения уже здорово смазывались.

Чуть успокоившись и приглядевшись внимательнее, я понял, что первое впечатление было обманчивым. Да, новых трофеев в ячейках Сердечника не появилось, однако уже существующие заметно изменились. Прежде всего — Боевая форма. Она стала ещё крупнее, и светилась теперь гораздо ярче, чем все остальные Аспекты. Аспект Морока тоже заметно усилился, но не настолько.

Похоже, что уже имеющиеся у меня Аспекты попросту сливаются с себе подобными, усиливая то, что я про себя называл базовой мощностью Дара. Это радует. С другой стороны, я поглотил Аспекты у четырёх могущественных вампиров, членов Совета Стаи, а что получил взамен? Только общее усиление Боевой формы, в которую входил Аспект Зверя? Слабовато…

Я уже не в первый раз задумывался об этом. Когда я перенимаю чужой Дар, то копирую и тонкое тело — полностью, вместе со всеми его, так сказать, настройками. То есть перенимаю не просто Аспект, но и его конфигурацию, конкретные способы воздействия на материю. И это очень ценно, поскольку вариаций Дара с одним и тем же Аспектом — великое множество. В той чёрной книге, что я добыл через Скворцову, вообще пишут, что двух одинаковых Одарённых не бывает. Аура каждого уникальна, как отпечатки пальцев.

Но когда я пожираю чужое Сердце, то перенимаю лишь сам Аспект — безликий, усреднённый. Сброшенный к заводским настройкам, если говорить терминами из моей прошлой жизни. А весь массив других данных — то, что носитель Дара взращивал и тренировал годами — попросту теряется. И это хреново. Слишком расточительно получается.

Может, я просто слишком тороплюсь, когда вырываю чужой Дар? Процесс поглощения у меня занимает считанные секунды — в азарте схватки я попросту раздираю чужое тонкое тело на части, заглатываю его кусками, словно изголодавшийся зверь. В итоге я получаю только Аспект, с которым потом приходится разбираться самому с нуля.

Или всё же память прошлого владельца Дара тоже остаётся в этой добыче, просто я пока не умею её распаковать и использовать в своих целях? В конце концов, когда я экспериментировал с магическими конструктами с помощью Аспекта Ткача, у меня получалось довольно ловко. Я будто бы интуитивно чувствовал, что нужно делать, хотя и не помнил этого. Правда, Аспекты, полученные от албыс — это вообще отдельная история…

Впрочем, и Боевую Форму мне удалось слепить достаточно быстро, по памяти восстановив те свойства, которые я уже знал по своим предыдущим использованиям Аспекта Зверя. Так что, может, и с остальными поглощёнными Аспектами не всё потеряно?

Эх, и ведь не спросишь о таком ни у кого! Даже албыс на этот счёт вряд ли что-нибудь подскажет. Но вот что точно нужно будет вытрясти из призрачной ведьмы — так это её знания о языке варман туур. Со значениями некоторых символов я уже и сам разобрался, но их ведь десятки. И здорово было бы расшифровать мою нательную роспись хотя бы наполовину…

Было уже глубоко за полночь, улицы города были почти безлюдны, за исключением островков жизни возле питейных заведений. Чёрное авто Путилина проносилось по пустынной мостовой, как призрак, эмберитовый двигатель, время от времени сбрасывая излишки пара через сопла в капоте, окутывал его белёсым облаком, быстро остающимся позади. К воротам усадьбы мы подкатили на всех парах, и я первым выскочил из машины, чтобы открыть главные ворота.

Я ожидал, что к этому времени во дворе будет тихо и темно, если не считать пятен света от эмберитовых фонарей, которые рабочие на днях установили на аллее, ведущей к главному входу в здание. Однако обострившийся под Боевой формой слух уловил голоса на заднем дворе, а нюх донёс запах чужаков.

Зар-раза! У нас, похоже, гости!

— Демьян! — обернувшись, громким шёпотом окликнул я Велесова, и первый бесшумно нырнул в калитку.

Путилин замешкался в машине, но старый волк понял меня с полуслова. Пока мы ехали, он успел оправиться от ран, и двигался с прежним проворством и скоростью, неожиданной для его телосложения.

Мы, не сговариваясь, разделились — я дунул напрямик к заднему двору, огибая главное здание усадьбы справа, Демьян же свернул на одну из боковых дорожек, заходя к цели по широкой дуге сбоку.

Больше всего меня беспокоил запах псины. Собак Демьян не держал, да и в целом недолюбливал — я не раз наблюдал, как уличные шавки то и дело увязываются за ним, облаивая издалека и сбегая, поджав хвосты, стоит ему обернуться. Животные вообще чувствуют Одарённых, и чаще всего реагируют настороженно, а то и агрессивно.

Услышав приглушённое рычание и разглядев метнувшийся ко мне из кустов силуэт, я чертыхнулся. Так и есть! Пёс. Здоровенный, лобастый, дымчато-серый с чёрными подпалинами на груди и лапах. Явно не дворняга.

Неужели «голуби» и сюда добрались⁈ Меня бросило в жар от одной мысли, что фанатики врываются в дом, хватают Раду, Варю…

— Тихо… — процедил я, выставив вперед руку.

Пёс почти не рычал, но смотрел на меня не отрываясь, скалил зубы и медленно приближался. Судя по тому, как он припадал к земле, напружинивая лапы — готов кинуться в любую секунду. Я поднял руку повыше, напитав её для защиты Укреплением. В другой уже скатывал «снежок» из эдры, щедро накачивая его силой, чтобы свалить животное наповал одним зарядом. И желательно бы не промазать, потому что слева ко мне вышло ещё сразу двое псов, похожих на первого, как братья. Эти и вовсе не рычали, подкрадываясь бесшумно и быстро. Один из них двигался боком ко мне, постепенно заходя за спину.

Умные твари! Явно натасканные на работу в команде.

Я метнул гудящее прозрачное ядро в того, что ближе всех, но тот умудрился увернуться — заряд ухнул в землю чуть ближе и правее него, с ударившим по ушам хлопком подняв фонтанчик из комьев земли и обломков тротуарной плитки. Сам пёс, хоть и явно был оглушён этим взрывом, не испугался, лишь мотнул башкой. И тут же прыгнул.

Тут уже я оказался чуть быстрее, увернувшись от челюстей, метящих прямо в горло, и пропуская массивное тело пса мимо себя. Второму, попытавшемуся в ту же секунду впиться мне в лодыжку, отвесил такого пинка, что тот с визгом отлетел в сторону. Третий как раз готов был напрыгнуть на меня со спины, но вдруг раздался резкий окрик.

Псы, навострив уши, неохотно отступили, при этом не сводя с меня немигающих жёлтых глаз. Я же засёк за кустами их приближающегося хозяина. Не столько по силуэту, сколько по красноватому свечению ауры.

Нефилим. Мало того — Сын Зверя. Позади него, быстро догоняя, маячили ещё двое.

Меня это открытие не особо обрадовало. Хрен редьки не слаще. Вампиров в своём поместье я сейчас хотел видеть ничуть не больше, чем религиозных фанатиков. Однако испуганно-радостный возглас Варвары заставил меня немного расслабиться.

— Богдан! Это ты!

Девушка выбежала ко мне по дорожке, ведущей к бывшему крылу для прислуги — растрёпанная, в наспех накинутом на плечи пальто.

Чужаки тем временем тоже приближались, не таясь, и вскоре показались в свете фонаря. Я беглым оценивающим взглядом окинул всех троих.

Одеты все трое в простую, но добротную одежду. Я поначалу даже решил — крестьянскую, в городе я такую почти не видел. Но присмотревшись чуть внимательнее, решил, что снаряжение ближе к охотничьему. Куча каких-то ремней, подсумков, сапоги — высокие, до колена, утеплённые.