Владимир Василенко – Обитель Серебряных Волн (страница 4)
– Вот только кто про него знает-то? – снова вмешался Гремучка. – Мы вот через Золотое море ходим лет семь. Но и слыхом не слыхивали, что у Каменной короны можно где-то причалить.
– А таким, как вы, знать и не нужно, – обернувшись на коротышку-харкина, бросил Линьфао. Его кошачьи глаза, скрытые тенью конусовидной соломенной шляпы, коротко блеснули.
Гремучка раздражённо фыркнул.
– Ха! Сдаётся мне, тут дела не в контрабанде. Больше похоже на схрон каких-нибудь повстанцев. Как вы их там называете? Братства Когтя? Связываться с этими блохастыми баламутами – себе дороже! Этак мы у всех алантов вне закона станем! А, Калаан? Чего молчишь?
– Да не всё ли равно? – капитан поморщился, будто от головной боли. – Наш уговор – высадить их там, где попросят. Вот и пусть выметаются с корабля. А если на этом острове мы сможем разжиться провиантом – так тем более чего нос воротишь? Нам ведь потом как-то надо будет дотянуть до Тьер-Накара…
– Это да. Но что, если этот тощий пройдоха нас заманит в ловушку? Вдруг там не просто перевалочный пункт, а логово Когтей? Думаешь, они нас так запросто выпустят после того, как мы узнаем фарватер?
– Да что ты несёшь? – скривился Калаан. – Какие Когти? Аланты их всех перебили уже лет двадцать назад.
– Кто знает, кто знает. Разные слухи ходят…
– Ага. И, конечно, один из Когтей годами дожидался нас на задрипанной Зелёной скале, чтобы заманить в ловушку! – издевательски проскрипел Калаан, пародируя голос харкина. – Иди уже займись делом! Проверь заплаты в трюме. Кажется у нас опять крен на нос. Может, воды натекло?
– Вот вечно ты никого не слушаешь! А потом мы оказываемся в какой-нибудь вонючей клоаке! – обиженно проворчал коротышка, но из рубки и правда вышел.
– Да мы из неё и не выбираемся… – пробормотал Калаан, ещё крепче сжимая рукоятки рулевого колеса. Использовал его он, кажется, больше для опоры – его изрядно покачивало, а перегаром несло так, что хотелось проветриться.
– Так что, идём по маршруту, который я предложил? – спокойно уточнил Линьфао.
– А у нас есть выбор? – огрызнулся пират.
Но Солёный смотрел не на него, а на нас с Намирой.
– Выбор у нас и правда невелик, – пожал я плечами. – Единственное, что меня беспокоит – как бы нам потом не застрять на этом туманном острове. Ты уверен, что его по-прежнему используют?
– Думаю, да. Есть и ещё одна причина, по которой нам стоит там остановиться. Но… об этом позже, – он искоса взглянул на капитана.
Мне вся эта недосказанность жутко не нравилась. Но за дни пути я уже несколько раз пытался разговорить Солёного и вытянуть из него побольше подробностей из его прошлого. И понял, что это дохлый номер. Сказать, что старик был скрытным и подозрительным – это всё равно, что назвать море слегка влажным. Но всё же на Зелёной скале он показал себя полезным, и я доверял ему – до некоторой степени. Уж точно не настолько, чтобы посвятить его в тайну Хрустального пути, как Намиру.
Я взглянул на Взывающую, и та пожала плечами. Линьфао воспринял это, как знак согласия.
– Значит, решено. Но мне понадобится ваша помощь. Говорю же – на эхолот надежды мало. А нам предстоит проскочить через бутылочное горлышко. Сможете опять провернуть трюк с Китовой песнью?
– Да, конечно. В море эта Техника работает гораздо лучше, чем на суше. Так что я даже одна справлюсь. Когда начинать?
Линьфао ответил не сразу. Задрав подбородок, он какое-то время всматривался вдаль через переднее окно рубки. Скалы впереди уже можно было разглядеть во всех подробностях – некоторые из них вздымались на высоту двадцатиэтажного дома, некоторые едва виднелись из-под воды. Сама вода вокруг них выглядела пятнистой – невооружённым взглядом можно было разглядеть светлые участки мелководья. Сейчас, при свете дня и в спокойную погоду, всё это смотрелось довольно живописно. Но с точки зрения мореходства, особенно в шторм – наверное, сущий ад.
– Подходить ближе, пожалуй, пока не стоит – можем напороться на мель. Надо развернуться вон туда и идти вдоль скал. Проход должен быть где-то там. Пожалуй, ещё ксефов пять…
В местных мерах расстояний я пока не очень разобрался, так что уточнил:
– Но до темноты-то доберёмся?
– Конечно! Если не управимся до заката – лучше бросить якорь и переждать. Ты слышал, Калаан?
– Слышу, слышу, – буркнул капитан, вовсю орудуя рулевым колесом. Корабль, скрежеща и вибрируя от резкого разворота, разворачивался левым бортом к скалам. – Что мы хоть ищем-то? Что за приметные скалы?
– Похожи на два столба, соединённые перемычкой поверху. А перед ними – россыпь подводных камней. Сейчас отлив, их должно быть хорошо видно.
Калаан, сдвинув на затылок потрёпанную шляпу, вытащил подзорную трубу и долго вглядывался вперёд.
– А не они ли вон там, впереди? Торчат из-под воды, как китовые спины… Я бы предпочёл обойти их подальше…
– Как и большинство на твоём месте, – усмехнулся Линьфао. – Но я ведь не зря вёл вас сюда. Между этими валунами есть извилистый проход. И теперь главное, чтобы твоё ржавое корыто оказалось достаточно манёвренным. Ну, и чтобы у рулевого руки росли не из задницы.
– Это мяуканье твоё из задницы доносится! – огрызнулся пират. – Моя «Волчья звезда» и не из таких передряг выходила! Но ты уверен, что это именно те камни?
– Надо пройти ещё немного – эта вон здоровенная чёрная глыба всё загораживает. Сразу за ней как раз должны быть те каменные ворота…
Линьфао указал вперёд когтистым пальцем, но потом вдруг осёкся и подался вперёд, вглядываясь в волны.
– Это что там, за скалой?.. Да нет, не сразу за этой, а во-он там, ещё дальше, возле отмели?
Намира и Калаан тоже прильнули к смотровому окну. Я сначала подался вперёд вслед за ними, но потом вспомнил, что у меня есть кое-что получше для того, чтобы осмотреться. Шагнул назад, в угол рубки, и мысленным приказом призвал Зерно Путеводной звезды. Гранёный хрустальный шарик материализовался в ладони, и я крепко сжал его.
Меня словно вышибло из тела, и бесплотный дух рванул стрелой вверх, так что корабль подо мной быстро превратился в силуэт размером с обувную коробку. Но такой обзор мне сейчас был не нужен, и я притормозил, а потом и наоборот начал снижаться, оглядывая скалы внизу.
С высоты птичьего полёта барьер из рифов и скал, отгораживающий внутренние острова Каменной короны от открытого моря, выглядел впечатляюще. И в то же время наводил на мысли о какой-то странности, неестественности его происхождения.
Большие скалы были похожи на обломки затонувшей крепостной стены, которая тянулась по дуге выпуклой стороной на юг. При этом между ними в нескольких местах зияли глубокие разломы, хорошо заметные по непроглядной, насыщенной синеве воды. Будто бы что-то невероятно мощное раздолбало когда-то этот ландшафт. Землетрясение? Или удар сверху каким-то неведомым оружием?
Море сейчас было спокойное, так что неровности дна были заметны ещё отчётливее, чем с борта корабля. Они были похожи на причудливый камуфляжный рисунок. Перепады глубины были зачастую очень резкими – вот длинная светлая каменистая коса, едва прикрытая водой, а в паре десятков метров от неё – уже тёмно-синий провал. А ещё в глаза бросались остовы затонувших кораблей. Их было неожиданно много – на обозримом пространстве я навскидку насчитал не меньше тридцати. Некоторые было видно сквозь прозрачную воду на мелководье, некоторые и вовсе затонули не полностью – над поверхностью торчали верхушки мачт и палубных надстроек. Будто молчаливое предупреждение о том, что ближе подплывать не стоит.
К северу же с океаном и вовсе творится странное – над водой стелется какая-то плотная дымка, не позволяющая толком разглядеть, что там внизу. Туман? Дым от действующих вулканов? Пар от горячих источников, о которых упоминал Линьфао?
Впрочем, в подробностях разглядывать всю панораму мне было некогда. Снижаясь, я окинул взглядом россыпь подводных камней, через которую нам предстояло провести корабль. Увидел приметную пару скал, соединённых вверху перемычкой, похожей на естественный дугообразным мост. А чуть поодаль от неё…
– Корабль! – выпалил я, вываливаясь обратно в реальность.
– Точно! И здоровенный! Большой торговец, не меньше сотни лей в длину!
В правом углу рубки неприятно запищал какой-то прибор, назначение которого я не знал – тоже с линзой, но выпуклой, почти полусферической формы, и расположенной вертикально. Но на сигнал пока никто не обращал внимания. Калаан и вовсе замер, оскалившись и вцепившись в рукояти рулевого колеса так, будто его заклинило.
Корабль чужаков был по меньшей мере втрое длиннее нашего, и другой конструкции – пузатый, с выпуклыми, нависающими над водой бортами и кучей надстроек над палубой. И уж точно он был богаче и новее «Волчьей звезды». Даже во время беглого осмотра с высоты я разглядел кучу блестящих на солнце позолоченных украшений на бортах, а на флагштоках в носовой части судна были развёрнуты целые полотнища – чёрные с золотом, с какими-то вензелями и гербами. А ещё с высоты я успел заметить по бокам несколько довольно крупных шлюпок, закреплённых в специальных гнёздах.
Судя по суете на палубе, мы явно были не единственными на «Волчьей звезде», кто заметил торговца. Да и на той стороне нас тоже должны были увидеть. Скорее всего, даже раньше, чем мы их. Весь вопрос в том, как будут реагировать. Сдаётся мне, мы не в том положении, чтобы ссориться с кем бы то ни было. Корабль и так едва на плаву.