Владимир Торин – О носах и замка́х (страница 89)

- А кто такой мистер Конфетт?- Джаспер указал на название лавки «Рид и Конфетт» на фотокарточке № 2.

- Думаю, никакого мистера Конфетта не было – это просто вывеска, часть которой построена на созвучности. И, если попытаться понять логику владельца лавки, ее полностью можно расшифровать, как «Рид и его конфеты». Это кондитерская.

- Кондитерская?- разочарованно протянул племянник.

Доктор покачал головой: еще бы – Джаспер, небось, представлял себе, что в деле замешана какая-то зловещая тайная организация (помимо зловещей тайной организации «Клуб заговорщиков мистера Блохха»), и Реймонд Рид – некто вроде злого гения, сумасшедшего, но талантливого изобретателя и составителя коварных планов…

Фото № 3 практически ничего не дало, кроме, разве что, того, что являлось неким логическим звеном между фото № 2 (открытие кондитерской Рида в Габене) и фото № 4 (заключение какой-то сделки). Оно дало понять, что прошло много времени, район обнищал и обветшал.

Что касается фото № 4, то оно рассказало многое – по сути оно завершило эту историю в фотокарточках, и помог раскрыть его тайны именно Джаспер:

- Я знаю его!- неожиданно воскликнул мальчик, когда фото № 4 попало к нему в руки.- Этого толстяка с сигарой! Который жмет руку мистеру Риду!

- Что?- удивился дядюшка.- Откуда?

- Я его видел. Недавно. Это Сессил Ригсберг, основатель банка! Его портрет висит в кабинете мистера Портера. Он там такой же – точь-в-точь: и сигара, и живот, и огромные нижние веки!

- Гм. Сессил Ригбсерг, значит…- задумчиво протянул доктор Доу.- Занятно. Знаешь, что я думаю, Джаспер?- дядюшка зажег новую папиретку и откинулся в кресле.- Что мы видим на фото № 4? Помимо двух очевидных… гм… персонажей? Здесь запечатлено какое-то громкое событие, учитывая столпотворение и неприкрытый ажиотаж. Учитывая присутствие господина банкира, несомненно, это было какое-то важное дело. На фотокарточке присутствуют репортеры с фотографическими аппаратами и переносными фонографами для интервью, а это значит, что там должен был присутствовать кто-то из «Сплетни», а уже это значит, что…

- Что это событие освещалось в газете!

- Именно. И мы буквально можем прочитать, что именно произошло там в тот день.

Доктор Доу отправил запрос в газетный архив, и с племянником они продолжили изучать фотокарточки и строить различные теории. Джаспер все гадал: что банкиру Ригсбергу понадобилось от кондитера Рида? Дядюшка, в свою очередь, рассуждал на тему предназначения непонятной машины – пока что сделал вывод, что это какой-то кулинарный кондитерский станок. Но, как и все прочее, без наличия подтверждения, это предположение являлось сугубо умозаключением. И хоть доктор Доу уважал умозаключения, все же считал их непозволительной вольностью, если под ними нет твердокаменного доказательного обоснования. В практическом ключе, разумеется.

Ответ не заставил себя особо ждать – он пришел меньше, чем через полчаса. Из прихожей раздался свист – датчик приемника пневмопочты разрывался.

- Ну, наконец-то!- воскликнул Джаспер.- Это из газетного архива!

С маниакальной неспешностью доктор Доу отправился в прихожую, открутил вентиль и извлек из капсулы газетную вырезку. Вернулся в гостиную и медленными, аккуратными движениями, за которые Джаспер его возненавидел, развернул вырезку, расправил ее, дотошно разгладил все уголочки и только тогда прочитал:

«ПОСЛЕДНЕЕ ЗАВЕДЕНИЕ ДОМА № 7 ПРОДАНО!!!

Свершилось! Свершилось, дамы и господа!

Нашим читателям из Тремпл-Толл и прочих мест будет любопытно узнать, что непримиримый собственник и талантливый кондитер мистер Реймонд Рид сдался! Безоговорочно! Бесповоротно! Окончательно!

Как, без сомнения, знают наши почтенные читатели, между господином Сессилом Уортингтоном Ригсбергом и мистером Ридом долгие годы длилась борьба. У господина Ригсберга давно имелись планы на здание по адресу “Площадь Неми-Дрё, дом № 7”, и одну за другой он выкупил все лавки и квартиры в нем – лишь владелец кондитерской “Рид и Конфетт” был упорен и непоколебим. Все полагали, что мелкая сошка из Саквояжни ничего не сможет противопоставить богачу и влиятельному джентльмену из Старого центра, что она будет задавлена мощью и влиянием богатств семьи Ригсберг, но никто и предположить не мог, что все так затянется.

Мистер Рид ни в какую не соглашался продавать свое заведение, несмотря на все новые предложения, на повышение суммы, различные ухищрения своего оппонента и даже угрозы. Все вы помните историю с адвокатом господина Ригсберга, который неожиданно переметнулся к мистеру Риду, попробовав всего лишь одну его шоколадку. И все вы видели непреклонность мистера Рида, и благосклонность к нему лично главного судьи Уиндерга, только лишь которая не позволяла господину Ригсбергу применять грязные методы и расправу к мистеру Риду. Все вы слышали, как мистер Рид поклялся, что не бросит и не предаст свое дело, пока хоть один человек будет приходить к нему за шоколадом.

Ходят слухи, что Сессил Ригсберг заплатил или запугал всех в Тремпл-Толл, чтобы никто не покупал ничего в “Рид и Конфетт”. И хоть скептики заявляют, что это попросту невозможно (ведь на это, даже при наличии ресурсов) понадобилась бы сотня лет, мы рады сообщить, что в том или ином случае эта приевшаяся всем история, наконец, завершилась.

А мы поздравляем всех, кто ставил на господина Ригсберга с победой! А тем, кто ставил против, желаем отчаиваться и отчаиваться как можно сильнее, ведь большего вы недостойны, жалкие неудачники!

Между тем наш корреспондент взял комментарий у господина Ригсберга:

“Это было неизбежно,- говорит известный богач.- Вы все слышали, что, подписывая бумаги, я говорил мистеру Риду, что его, образно выражаясь, крошечный аэростат достойно встречал удары бури и продержался достаточно долго, чтобы вызывать уважение! Но так как все уже закончено и семья Ригсберг одержала победу, я без излишнего напускного добродушия могу заявить, что все вышесказанное – ложь: у мистера Рида не было ни шанса! Он смят, размазан, уничтожен! Я победил! Дом № 7 принадлежит мне целиком! А о жалком недотепе Риде больше никто не вспомнит! Как и о его жалкой кондитерской “Рид и Конфетт”! По секрету скажу вам, что чудесный шоколад, который вы все так любили, – это вовсе не заслуга мистера Рида. Сам по себе мистер Рид – полнейшая бездарность и ничтожество! Тем временем дом № 7 будет снесен, и на его месте восстанет то, что вдохнет новую жизнь в Тремпл-Толл! Дамы и господа, я счастлив и рад объявить, что сегодняшний день можно считать днем основания семейного дела “Ригсберг-банк”…

Как именно господину Ригсбергу удалось переубедить несговорчивого мистера Рида, который, как все полагали, скорее самолично сжег бы свою кондитерскую “Рид и Конфетт”, чем продал бы ее Сессилу Уортингтону Ригсбергу, выяснить нам так и не удалось. И это навсегда останется тайной.

Мнение мистера Рида по данному вопросу вряд ли заинтересует вас, дорогие читатели, и мы не стали его узнавать…»

Доктор дочитал и добавил:

- Еще здесь фотография. Погляди, Джаспер.

На приложенной к статье фотографии был запечатлен господин Ригсберг, самодовольный и едва не лопающийся от собственной важности. Сзади понуро скрючилась фигурка Реймонда Рида.

- Дядюшка! Погляди, кто это здесь! Ты узнаешь?!

Дядюшка взял заметку, нацелил на нее лупу и вгляделся. На заднем плане, за спиной господина Ригсберга, застыл человек. У него не было той шикарной прически, что сейчас – вздыбленной кверху луковицы – и он был намного, намного моложе, но его нос, цепкие глаза и застывшая полуулыбка за годы не изменились. Это был мистер Портер, нынешний господин управляющий «Ригсберг-банка». Мистер Портер косился на мистера Рида так, словно что-то задумал.

- Разумеется, ты тут как тут,- пробурчал себе под нос доктор Доу.- Так что же вы сделали? Как вам удалось сломать Реймонда Рида?

Доктор сложил заметку, взял тетрадь, в которую Джаспер поспешно занес открывшиеся им сведения, и оценил сделанный сбоку рисунок, изображающий мистера Портера с большой головой, коварной ухмылкой и подписью: «Злодей!!!».

- Что, ж…- начал доктор, поморщившись, – он не любил все, что связано как с изобразительным искусством, так и с поспешными выводами.- Учитывая все имеющиеся у нас сведения, можно подытожить. В Льотомне жили два друга: мистер Фиш (дедушка) и мистер Рид. Вместе они основали общее дело (открыли кондитерскую). Неизвестно, как долго их дело работало и было ли оно успешным – известно лишь, что в какой-то момент Реймонд Рид забирает Машину (вероятно, какой-то шоколадный станок) и перебирается с ней в Габен. Судьба Фиша-дедушки нам неизвестна. В Габене мистер Рид открывает свою кондитерскую «Рид и Конфетт». Здесь его дело процветает, его шоколад пользуется популярностью и многими любим (что следует из статьи), но постепенно Тремпл-Толл приходит в упадок, люди больше не могут позволить себе шоколад, а здание, в котором обосновалась кондитерская, по частям скупает Сессил Ригсберг, чтобы построить на его месте свой банк. Рид держится до последнего, но в какой-то момент что-то происходит, и он уступает своему давнему противнику и продает ему свою лавку. Дальнейшая судьба Рида неизвестна (кроме, пожалуй, даты его смерти (через три дня после продажи лавки и Машины)), а на месте здания, в которой была кондитерская, появляется «Ригсберг-банк».